Преданная. Невеста - Мария Анатольевна Акулова

Шок накладывается на шок, но я не протестую. Я со всем согласна. Семь так семь.

Уверена на сто процентов, что свадьбу невозможно подготовить за неделю, но Тарнавский в очередной раз доказывает: если есть желание и деньги возможно всё. Мы знакомимся с той самой сестрой-Милой. Я сразу понимаю, что в ней намного больше сходств в характере со Славой, чем у их младшей — Майи. Милу не интересуют подробности. Она не выражает по отношению ко мне ни недовольства, ни явной симпатии. Внимательно выслушивает пожелания старшего брата и обещает, что мы все сделаем.

С ней комфортно. Она разговаривает с окружающими властно и требовательно, но без истеричности или хамства. Со мной — по-деловому, но мягко. Я чувствую, что хранит дистанцию и не стараюсь ее сократить. Задаю всего несколько вопросов, пытаюсь справиться с неловкостью.

Мы вдвоем выбираем загородный комплекс. Она договаривается на ближайшую пятницу. Едем в свадебный салон. Берем из наличия три очень разных, но одинаково прекрасных платьев. Обсуждаем визаж с девушкой стилисткой, которую я уже хорошо знаю.

Просматриваем варианты цветочного декора и даже обсуждаем, каким будет наш со Славой семиэтажный торт.

Свадьба вырисовывается помпезной и одной из тех, о которых снимают сюжеты в светских хрониках.

Я не представляю, какого размера долг копится у брата перед сестрой, но сама утопаю в бесконечных адресованных Миле «спасибо».

Происходящее кажется невероятным сном. Я напоминаю себе же преображенную в принцессу простушку с волшебной феей, только не крестной, а будущей золовкой.

Единственное, что царапает ужасно сильно и от чего невозможно отмахнуться, — это родители. Я не знакома с родителями Славы. Он не представлен моим. Для них сейчас, уверена, наш союз может выглядеть исключительно как сомнительная афера и огромный стресс. Я каждый час пытаюсь взять себя в руки и позвонить маме. Сказать. Пригласить. И каждый раз позорно сливаюсь.

Удивительно быть достаточно смелой, чтобы взяться играть крысу в логове опасного врага, и бояться испугать браком мамочку. Но так и есть.

Я раз за разом откладываю и борюсь со стыдом. С осознанием, что это неправильно.

Мне хотелось бы иметь больше времени. Мне хотелось бы подготовиться лучше. И речь не о выборе цветов и диаметра плойки для локонов. По-настоящему меня волнуют только семьи.

Но я не могу отказать себе в слишком заманчивом соблазне нырнуть с головой в счастье и закрыть глаза на все, что тревожит.

Слава не занимается экспресс-организацией с нами. У него куча своих дел.

На протяжении этой недели мы с ним видимся только вечерами. Я устаю настолько, что языком ворочать толком не могу. Он тоже не фонтанирует. Мы подолгу лежим в обнимку. Разговоры если и ведем — больше глазами. Целуемся. Трогаем друг друга. Долго ласкаем и быстро занимаемся сексом. Что будет после свадьбы — не обсуждаем.

Сейчас этот день выглядит для меня чем-то похожим на прыжок в обрыв. После которого… Абсолютное счастье?

* * *

Церемония уже завтра. Мой день расписан по минутам и начнется по будильнику около пяти.

Приезжавший все эти дни в десять, одиннадцать, а то и ближе к полуночи Слава сегодня был дома в восемь. У нас получился какой-то неповторимо уютный предсвадебный вечер.

Мы ужинали со свечами и тихой музыкой. Разговаривали. Даже танцевали в гостиной. Я делилась нашими с Милой приключениями, нон-стопом хвалила его сестру и повторяла, что мы должны ее отблагодарить.

Слава преимущественно слушал. Смотрел. Спрашивал. Иногда мне казалось, его куда-то уносит. Иногда он будто бы искренне улыбался.

После возвращения я несколько раз ловила себя на мысли, что он кажется мне необычным. Но, возможно, это еще отголоски разлуки. Необходимость заново привыкнуть. А может быть он тоже волнуется. Я ведь — да.

От воспоминаний, какие чувственные волны исходили от него этим вечером, даже сейчас моя кожа покрывается мурашками, хотя нас разделяет стена.

Он ждет меня в спальне. А я из его ванной строчу Миле еще одно: «Спасибо тебе огромное! Я не знаю, смогу ли когда-то сделать в ответ хотя бы в половину столько же добра, но если нужна будет моя помощь в чем-то — я непременно сделаю всё!».

Не слишком эмоциональная сестра Славы, которая почти в полночь разрулила внезапный форс-мажор со слившимся в последний момент видеографом, отвечает мне: «Не за что, Юля. Это было не сложно))» и пропадает из сети.

Я тоже с выдохом откладываю телефон на мраморную столешницу рядом со снятым недавно кольцом.

Поднимаю взгляд и смотрю на себя в зеркало.

Завтра я стану его женой.

По слогам шепчу:

— Тар. Нав. Ска. Я. — Звучит, как что-то запретное. Сладкое. Пьянею. Губы улыбаются. Хочется еще: — Тар. Нав. Ска. Я.

Мотаю головой, чтобы стряхнуть наваждение. Как дождаться? А спать как?

Хотя мы вряд ли сегодня уснем.

Обычно жених с невестой последнюю холостяцкую ночь проводят порознь. Но мы со Славой не устраивали ни девичник, ни мальчишник.

Кого мне звать? Лизу, чей отец в эти минуты, скорее всего, утопает в куче связанных с нами проблем? Да и зачем это? Я не чувствую, что что-то теряю. И собираюсь всю себя посвятить тому, чтобы он тоже не считал наш брак потерей.

От мысли, что Слава ждет меня в спальне, мурашит сильнее. Живот изнутри щекочут бабочки.

Мы с Милой сегодня купили несколько нарядных комплектов нижнего белья. Формально это все для будущего медового месяца, который мы проведем в Альпах. Но один из них, понравившийся больше всего, я надела уже сегодня.

Не хочу откладывать ни на завтра, ни на любой другой повод.

Хочу отдавать ему лучшее в моменте. Себе отдавать без остатка столько, сколько будем жить.

Тянусь за блистером начатой упаковки противозачаточных и выдавливаю очередную.

Включаю воду.

Нужно забросить в рот и быстро запить. Схема проста и выученная на зубок.

Но сегодня меня ужасно тормозит.

Перекатываю между пальцами и смотрю на маленькую таблетку в ладони с улыбкой. Изучаю впервые так дотошно.

Страшно ли мне стать мамой в двадцать три? Нет. Ни капли. Я заметила по себе, что даже на младенцев начала заглядываться. С легкой завистью. С большим желанием.

Зная, что это желание не только мое. Слава тоже хочет детей, а не откладывать.

Наклоняю ладонь, позволяя таблетке слететь в раковину. Вода смывает ее в слив. Я переживаю всплеск эйфории.

Взяв блистер, отщелкиваю вслед за первой оставшиеся. Чувствую себя свободной. Абсолютно свободной в своем счастье.

Это больше не нужно.

— Простите, девочки. Планы меняются.

Выбросив опустевший блистер, открываю ведущую в