Французский поцелуй - Фиона Уокер

— Боюсь, что Олли слишком обо мне печется.

Касс неловко прокашлялась, в то время как немец с женой промаршировали прочь из комнаты. Джинджер улыбнулся Касс и подмигнул ей своими голубыми глазами.

— Эмоциональные люди стоят намного больше, чем бесчувственные, — легко прошептал он.

Касс натянуто улыбнулась.

— А Олли к тому же такой романтик, — Джинджер повел Касс в сторону огромных окон, которые образовывали тихий уголок в обшитой панелями стене.

Они уселись на неровную поверхность подоконника.

— Олли? — Касс засмеялась. — Боюсь, что отцовский прагматизм у него в крови. Помнится, Майкл больше интересовался спортом, чем женщинами, когда я его встретила. Убежденный холостяк. Конечно, муж на десять лет старше меня, — быстро добавила она.

— Могу себе представить.

Джинджер уперся головой в раму и лениво наблюдал, как Олли выскользнул из комнаты.

— Вы рано вышли замуж? Вы не выглядите так, как будто у вас уже взрослые дети.

— Видишь ли, когда я была девушкой, считалось, что если в двадцать три ты еще не замужем, то ты залежалась на полке.

Касс порозовела от гордости. Она неожиданно заметила Аманду, недоброжелательно наблюдавшую за ними из тени галереи.

— Вы все еще очень привлекательная женщина. — Джинджер тепло ей улыбнулся. — В самом расцвете. В наши дни красивая, зрелая женщина пользуется огромной популярностью как желанная любовница.

— Спасибо тебе, Джинджер, дорогой. — Касс решила, что разговор становится слегка фривольным. Она понизила голос до шепота: — Кажется, подруга Софии, Аманда, была не в очень хорошем настроении последнюю неделю. Не будешь ли ты настолько мил, чтобы потанцевать с ней пару раз, Джинджер? Я уверена, что разговор с таким приятным собеседником, как ты, ее развеселит.

— Если вы просите, Касс, тогда я так и сделаю. Но при одном условии, — он наклонился вперед и шепнул ей в самое ухо: — За каждый танец с ней я потребую два с вами.

— О, как это мило, — ответила Касс сдавленным голосом.

— Я думаю, о чем это jolie femme[45]может разговаривать с ребенком? — Запах чеснока и красного вина оповестил о прибытии Антона и его увядшей розы. — И говорю себе: Антон, этой женщине нужен не школьник, а мужчина. Итак, вот я здесь!

Показав множество золотых зубов, он громко рассмеялся и галантно поцеловал руку Касс.

Улыбнувшись, Джинджер подмигнул ей и удалился на поиски Олли, который несомненно занимался сейчас собиранием по всему дому рулонов туалетной бумаги.

Амбар буквально пульсировал. Сотни вспотевших подростков с взлетающими руками, рассекающими влажный воздух, и вихляющимися бедрами, громко что-то выкрикивали. Лазеры пронзали темноту. Повсюду хвостики волос и прыщавые юношеские лица; челюсти методично жуют жвачку; танцующие периодически останавливаются, чтобы припасть губами к бутылочке пива, как теленок припадает к вымени матки.

Маркус поставил пластинку с гаражным фанком, отсоединил наушники и пошел искать Тодда. Улыбающийся австралиец нашелся наверху, где помогал в баре.

Тодд с изумлением наблюдал, как танцует в длинной галерее английская аристократия. Контраст между этими танцами и бешеными, необузданными телодвижениями в амбаре был разителен. В центре Тэш танцевала обязательный танец с отчимом: она радостно наступала на собственные ноги, двигалась в противоположном от остальных направлении и смеялась до слез. Девушка, как с одобрением заметил Тодд, была в джинсах.

Паскаль нисколько не был смущен неуклюжестью падчерицы, он просто сгибался от смеха, особенно когда они двигались мимо Софии, которая смотрела на них с каменным лицом поверх плеча Майкла.

Сам Майкл, возможно из-за больной ноги, а может из-за непривычного сорта табака, который Джинджер подмешал в его поношенный кисет, постоянно раскачивался и почти полностью опирался на Софию, а на его обычно суровом лице застыло отсутствующее выражение.

Александра оживленно разговаривала с Хуго, который уверенно кружил ее. Касс была прижата к вычурной атласной рубашке Антона, а ее нос запутался в его большом красном галстуке-бабочке: ей, очевидно, было не до разговоров. Бедняга делала руками отчаянные сигналы каждый раз, проходя мимо своего мужа. Майкл тоже махал ей в ответ, как восторженный школьник с трубкой во рту.

Аманда сидела одна за низким дубовым столиком и грызла длинный красный ноготь. Никто, за исключением Антона и немецкого промышленника с испачканным животом, не пригласил ее сегодня. А теперь еще вдруг Хуго ушел с танцплощадки, чтобы выпить стаканчик и пообщаться с какой-то блондинкой. Аманда была просто в отчаянии.

Тодд подошел к средневековому оркестру и попросил сыграть что-нибудь более спокойное. И музыканты начали играть медленный проигрыш. Медленные вальсы были не очень распространены в Средние века, и это была на самом деле панихида, но этого, казалось, никто не заметил, и пары начали медленно скользить по танцполу щека к щеке.

Укрывшись за колонной, чтобы освежиться бокалом пунша, София наблюдала, как ее мать заставляет Тэш потанцевать с Хуго. «Мама, как всегда, в своем репертуаре», — весело подумала она. На лице Тэш читался ужас, ее смех уступил место застывшему, настороженному выражению.

Самодовольная улыбка Софии утонула в ее пунше, когда она увидела топик Тэш под красивым зеленым пиджаком. Он был из последней коллекции Дольче и Габбана. София в Париже купила точно такой же. Ее глаза сузились. Уж не позаимствовала ли сестра пиджак у нее? Да нет, не может быть, ведь Тэш на два размера тоньше ее.

— София, не потанцуешь со мной? — галантно обратился к падчерице Паскаль, принуждаемый Александрой. — Мне не нравится видеть, что ты стоишь одна и ни с кем не танцуешь.

— Э… да, на самом деле я хотела немного посидеть…

Слишком поздно. Она уже оказалась прижатой к щетинистой раздутой щеке.

— Тебе не кажется, что твоя мать сегодня выглядит замечательно? — мечтательно спросил Паскаль, подмигнув Александре, когда они проплывали мимо.

Тэш задыхалась от желания, она двигалась по комнате с необычайной легкостью. Но это не так-то легко на заплетающихся ногах. Ее голова была легкой как воздух, а пьяные ноги не подчинялись хозяйке и наступали на начищенные ботинки Хуго с такой частотой, что он даже перестал говорить «ой».

— Ой, — радостно прошептала Тэш, опять почувствовав сжатые пальцы под своими ботинками.

Хуго сделал вид, что не заметил.

Ему это все противно, подумала Тэш. И все же она не смогла почувствовать себя несчастной. Пузырьки шампанского как будто бурлили в каждой частичке ее тела, в особенности между ног. «О слабая, до безумия влюбленная, пьяная женщина, — радостно укоряла она себя. — Возможно, это самая большая наша близость. И я, черт возьми, собираюсь получить от этого танца максимум удовольствия». Она вдохнула пряный аромат Хуго и придвинулась немного ближе. Почувствовав прикосновение прохладного шелкового пояса к своему животу, Тэш задрожала от наслаждения.