Мой ребенок Тигра - Евгения Мэйз

— Просто у меня мама акушер и я с самого детства с ней, — неловко пыталась объясниться все более и более бледнеющая девушка. — Умею видеть такие вещи.

— Это исключено.

Ольга передала бумажки Марине, стараясь сделать в самой что ни на есть невозмутимой манере, но понятно для нее эта тема была не самой безболезненной. У нее не получилось ничего с Денисом, не вышло ничего и с Тиграном.

— Ольга Николаевна, я правда не хотела.

— Принесите, пожалуйста, воды!

Багдасарова пожалела о том, что не сумела совладать с первой эмоцией. Марина же поняла все по-своему. Быть может подумала, что Олька откажется от ее услуг, потому что та сглазила и сунула свой нос в чужие дела.

— Я правда не хотела, — по щекам Марины вдруг покатились слезы. — Я не хотела!

Оля отодвинула бумаги в сторону, приняла у официанта стакан воды и попросила принести чаю.

— Булочки с корицей будут очень даже кстати.

Девушка пила воду, глядя перед собой. Потом оставила стакан в сторону и обратила свой взгляд на нее. Она стала похожа на испуганного зверька.

— Вы ничего такого не сказали, — Оля постаралась улыбнуться, чтобы хоть немного успокоить ее, — но реагируете так, как будто бы беременны вы.

На самом деле симптомы подходили минимум под три недуга, но Оля не стала озвучивать их. Она ведь не врач, чтобы заниматься этим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Чего вы так разволновались?

Она кивнула официанту, произнося губами бесшумное «спасибо», а потом вновь повернулась к разволновавшейся, вытирающей слезы девушке.

— Просто!.. Просто нервы ни к черту!

Она судорожно выдохнула, взявшись за кружку с принесенным чаем, сделала несколько глотков, а потом вновь попыталась объяснить.

— Я рассталась с молодым человеком, — проговорила Марина и сделала еще один глоток чая с чудесным запахом смородины. — Мы семь лет были вместе и снова надо начинать все сначала, а тут вы.

Оля не видела поводов для грусти.

— У вас еще все впереди и быть может оно и лучше, что вы расстались сейчас?

Утешительница из Оли была никакая. Кажется, в таких случаях принято было говорить: «какой же он козел!» А вот она предлагает поискать плюсы в таком положении вещей.

— Наверное, вы правы, — выдохнула Марина, вытерев щеки с вновь проявившимися веснушками. — Извините меня за мое замечание.

Ольга покрутила булочку, отщипнув от нее самый пропитанный корицей кусочек, да и отодвинула тарелку со сдобой. Ее уже за беременную принимают, а она пирожками давится.

— Хочется порадоваться вместе с человеком, но не все спешат афишировать такие вещи.

— Просто нечему радоваться. Вот и все.

— Да? — проговорила она, совсем неловко пытаясь скрыть неверие. — Наверное, я ошиблась.

Кажется, что смущение ее собеседницы можно было потрогать рукой таким явным оно было.

— Вы лучшая из моих клиентов, — продолжала говорить то бледнеющая, то вновь краснеющая Марина. — Мне бы не хотелось, чтобы вы отказались от моих услуг, как это было с моими коллегами.

Ольга не думала об этом. От прежних риэлторов она отказалась, потому что люди были неприятны ей. Она могла позволить себе это и не видела повода, чтобы не воспользоваться этой возможностью.

— Перестаньте расстраиваться.

От дальнейшего разговора Олю отвлек телефонный звонок. Звонила Ирина Алексеевна, у которой находился ее Макар. Она, ее дача, то удовольствие с которым Макар носился по ней были еще одной причиной почему Ольга решилась на покупку дома и даже нашла его в том же СОТ. А еще был Кавказ, который дал ей в полной мере оценить прелести собственного дома.

— Оленька, как у тебя дела?

— У меня нормально, а у вас?

Ольга прислушивалась к голосам на заднем фоне. Ей надо было услышать Макара.

— Ты не могла бы заехать в аптеку, когда поедешь к нам?

— Что случилось?

Оля старалась, чтобы ее голос звучал спокойно без истерических ноток.

— Ничего страшного. Наточила нож и кажется, перестаралась — порезалась и израсходовала все пластыри, бинты и перекись водорода.

— Хорошо. Как Макар?

— Дует на палец, — рассмеялась Ирина Александровна. — Борька приедет только завтра, а у меня кровь все не останавливается.

— Бориса Егоровича нет дома? — Оля нахмурилась, вспомни, что та говорила ей, прежде чем взять Макара к себе. — Как же вы справляетесь?

— Нормально.

Оля увидела воочию, как Ирина Александровна махнула рукой. Она часто так делала.

— Макар — совершенно чудесный ребенок. Он играется со щенком. Илья бы за это время разнес весь зал.

Оля выдохнула, послушала еще немного женщину, а потом повесила трубку.

— Все в порядке, Марина, — Ольга поднялась с места, подобрав сумку. — Покажете мне все, когда перенесете это в электронный формат?

Марина принялась заверять ее, что все сделает в лучшем виде. Но ведь на самом деле ей не требовалось делать это?

— Все будет хорошо, Марина.

Ольга попрощалась с девушкой, вышла на улицу и огляделась по сторонам в поисках аптеки. Несмотря на то, что они встретились с агентом по продаже недвижимости в центре и цены здесь были, как «половина крыла от боинга» она поспешила в близлежащую «ФармацевтЪ». Таким образом она узнавала так до конца не исхоженный город (даже коренному москвичу не была доступна эта супер способность) и не наматывала круги.

— Лейкопластырь, три упаковки бинта, вату, перекись водорода, йод, — начала перечислять она, остановившись напротив двойного окошка.

— Вам какой лейкопластырь?

— А какой есть?

Перед ней высыпали образцы, но Оля даже не стала заморачиваться с тем, чтобы разбираться в чем их различие.

— Давайте все.

— А бинт?

— Пожалуйста, обычный.

Ольга вышла из аптеки, кажется, что одурманенная запахами корвалола и валерианы. Покупки радовали, даже несмотря на то, что совершались в таком месте, отвлекали и будоражили одновременно.