Рубиновая комната - Паулина Петерс

«Хотя хуже всего то, – подавленно подумала Виктория, идя по побеленному коридору полуподвала, – что Хопкинс и миссис Доджсон относятся ко мне как к больной и ходят по квартире на цыпочках».

Выкрашенная в зеленый цвет дверь вела в маленький нижний дворик, отделенный от улицы кованой решеткой. Среди цветочных горшков с гортензиями, рододендронами и клематисом, покрытым почками, подставив лицо солнцу, сидела Кейтлин. Увидев Викторию, она искривила свои ярко накрашенные губы в улыбке.

– Кейтлин, есть новости по убийству Молли? Ты узнала что-нибудь о владельце запонок? – взволнованно поинтересовалась Виктория, присаживаясь рядом.

– Не-е, к сожалению, нет, – покачала головой Кейтлин. – Я пришла по другому делу. Несколько суфражисток кое-что задумали. Я имею в виду проституток, как я, и работниц, необразованных и зажиточных баб. В субботу в Эпсоме состоится дерби. Там и король будет. Мы хотим раздавать листовки, и я хотела спросить у тебя, пойдешь ли ты с нами. Богатые женщины слишком боятся. Потому что там наверняка будет куча полиции.

Виктория только собралась было сказать Кейтлин, что бабушка и дедушка будут вне себя, если узнают, что она в присутствии короля раздавала листовки за борьбу за права женщин и что из-за этого она не будет участвовать в акции, но потом вспомнила об Орле, над которой издевался такой садист, как сэр Френсис, об Агнес, которую чуть было не изнасиловали, при том что насильник мог совершенно не бояться наказания. Законы в этой стране следовало срочно менять. А пока могут голосовать только мужчины, этому не бывать. «Кроме того, – рассуждала Виктория, – мои родственники и так пытаются взять на себя опеку надо мной. Так что может быть хуже?»

– Да, я пойду с вами, – обернулась она к Кейтлин.

– На тебя точно можно положиться. – Кейтлин погладила ее по руке.

– А бордель Молли еще закрыт? – поинтересовалась Виктория.

– Да, потому что никто толком и не знает, кому этот дом-то принадлежит на самом деле. Девочки частично разошлись по другим заведениям. – Кейтлин опередила ее, ответив на не заданный вопрос. – Некоторые сняли себе комнаты. Орла живет у меня. Если вдруг ты или твоя подруга, та леди, услышите, что кому-то нужна служанка, было бы хорошо, если бы вы замолвили словечко за Орлу. Наше ремесло не для нее. Даже если бы над ней не поиздевался такой мерзавец, как сэр Френсис.

– Я поспрашиваю и Констанс тоже скажу, – пообещала Виктория. В сравнении с жизнью проститутки в Ист-Энде работа служанки может показаться раем. И, несмотря на это, девушке было ужасно жаль, что у бедных женщин так невелик выбор в отношении профессии.

– Красивенькое здесь местечко. – Кейтлин обвела взглядом стоявшие в кадках растения. – Ну, пойду я, наверное. И так привлекла немало внимания, – и она подняла глаза на решетку, где стоял одетый во все черное мужчина, глядевший в вырез ее платья с ужасом и восторгом. Кейтлин подмигнула ему, и тот поспешно ретировался.

Виктория с Кейтлин, идя по подвалу, обсуждали, где встретятся в будущую субботу, чтобы ехать в Эпсом. Попрощавшись с женщиной у двери, Виктория поднялась в свою квартиру и только на лестнице вспомнила о письме Констанс, лежавшем в сумочке. Подруга спрашивала, не хочет ли она выпить с ней чашку чаю в отеле «Савой».

Больше всего на свете Виктории хотелось спрятаться в своей комнате или в фотолаборатории, но она прекрасно знала, насколько настойчивой может быть Констанс. Она наверняка узнала о помолвке Рэндольфа с Изабель и хочет поддержать ее. Если она придумает какую-нибудь отговорку и откажется приходить, Констанс придет к ней домой. Поэтому девушка скрепя сердце отправилась в «Савой».

Стены чайной комнаты были украшены рисоваными стилизованными цветами, а обстановка выдержана в стиле ампир. Вокруг позолоченных столиков были расставлены миниатюрные диванчики и кресла мятно-зеленого цвета. Позолоченными были и капители колонн и обрамление потолка. Констанс сидела у большого окна. Бурную жизнь внешнего мира от посетителей отеля скрывали воздушные шторы. В отеле «Савой» царили роскошь и уют.

– Как я рада видеть тебя! – Констанс мило улыбнулась Виктории. На ней было чудесное выходное платье из оранжевого шелка с кружевами, отлично гармонировавшее с ее темными волосами и глазами, и Виктория в своих юбке и блузке снова показалась себе скучной и убогой. – Я была так потрясена, узнав о помолвке Рэндольфа с твоей кузиной. Никогда не думала, что он так поступит. А ты догадывалась о чем-то подобном? – осторожно поинтересовалась она.

– Моя бабушка намекала мне, что Рэндольф интересуется Изабель, незадолго до того, как я уехала в Блейкенуэлл-манор. А потом я увидела их там вместе, и общались они друг с другом как очень близкие люди.

Возможно, однажды она скажет Констанс, что застала Рэндольфа и Изабель в очень интимной позе, однако не сейчас. К столику подошел официант и налил чай в чашки из тончайшего фарфора. Пироги, тортики, нарезанные полосками сэндвичи, поданные к чаю, были наверняка столь же вкусны, как в «Рице», но у Виктории не было аппетита. Девушка отпила немного чая.

– Мне так стыдно, что я влюбилась в Рэндольфа, – вырвалось у нее. – Я должна была понимать, что его интерес ко мне несерьезен. А ведь я считала себя довольно рассудительной девушкой.

Как же приятно было выговориться и снять камень с души!

– Почему ты должна стыдиться своей влюбленности в него? – Констанс погладила ее руку. – Выглядит Рэндольф сногсшибательно. Он умен и образован. Не говоря уже о его богатстве и великолепном положении в обществе.

– И все же…

– Пригласив тебя на верховую прогулку, затем на выставку в Национальную галерею, а после на обед, он подал тебе ложную надежду. И не забывай о том, что вы познакомились в Италии, в таком месте, которое просто создано для романтичной любовной истории.

– Да, и мне так хотелось, чтобы эта история продолжилась в Лондоне, – вздохнула Виктория.

Вдруг Констанс со звоном поставила чашку на блюдце и замерла. Проследив за ее взглядом, Виктория увидела, что в чайный зал вошел Рэндольф в сопровождении элегантной пожилой дамы – вероятно, родственницы. Внутри у Виктории все судорожно сжалось. Слава богу, с ним нет бабушки Гермионы и Изабель – этого она бы просто не вынесла.

Словно почувствовав взгляд Виктории, Рэндольф повернул голову и посмотрел в их сторону. Когда он узнал ее, зрачки его на миг расширились. «Интересно, он будет игнорировать меня или наберется мужества и подойдет к нам?» – подумала Виктория. Рэндольф что-то сказал своей спутнице, а затем действительно пересек зал, подошел к их столику и поклонился.

– Виктория, можно мне поговорить с вами наедине? – спросил он.

Виктория только и могла, что молча кивнуть Констанс, ожидавшей ее реакции. Девушка была в ярости и в то же время чувствовала полную беспомощность. Она не могла заставить себя отослать его прочь, не узнав, что он хочет ей сказать. Он снова околдовывал ее.

Констанс поднялась.

– Я буду ждать тебя в холле, – произнесла она и ободряюще коснулась плеча подруги.