Ледяная корона - Ева Верми

Мы вошли в просторную избу, скромно обустроенную необходимой утварью. Середину комнаты украшал длинный уставленный едой стол. В другом конце тихо потрескивал огонь, но какой-то особенный, голубой, и совсем не горячий, поскольку внутри было даже прохладнее, чем снаружи, от чего Мерак поежился. Из этой комнаты уходила лестница наверх и проходы в другие помещения избы.

– Приветствую вас, дети Аэтерны и Аурума, садитесь за стол, будьте как дома, – раздался молодой и звонкий голосок девушки, вышедшей к нам. Дверь за нами закрылась, и староста прошла к столу, однако, не спешила садиться за него. Ее юная копия пригласила нас за стол.

– Садитесь, у нас принято первыми сажать гостей, – продолжила девушка. Мы быстро расселись, не желая держать хозяев на ногах. Староста тут же опустилась на свое место, а следом села девушка.

– Аперта, – представила ее староста, – моя внучка и ученица. А меня зовут Марита. Ваши имена мне известны, можете не представляться. А теперь ешьте, слышу, как ваши животы урчат.

Хозяйки принялись накладывать себе еду, а нам дважды предлагать было не нужно. Марита двигалась плавно, ее движения были наполнены размеренностью и выверенностью, словно она всю жизнь тренировалась, как правильно брать в руки приборы и как накладывать еду так, чтобы меньше всего напрягаться. Она без любопытства водила глазами по нам, явно читая нас как открытые книги. А вот ее внучка была ее полной противоположностью: легкой, живой, она широко улыбалась, глядя на нас, предлагала попробовать то или иное блюдо, но ни в какие разговоры не вступала, поглощенная жеванием. Складывалось впечатление, что мы сидели между самой Смертью и Жизнью. Интересно, сколько им обеим лет? Чему уже успела научиться внучка и так ли она талантлива, чтобы однажды полноценно заменить свою предшественницу? Когда мы закончили с трапезой, Марита почти сразу заговорила:

– Теперь можно и о деле. Правильно сделали, что разделились, – ее голос был похож на шуршащую бумагу, – вы на верном пути, осталось немного.

– Что потом?

– Потом будем ждать вашего друга, – ответила мне староста. – Скоро он будет.

– Марита, – обратился к предсказательнице Мерак. Я не успела его предупредить, что обращаться с вопросами к ней могут только наследницы. Я стукнула его ногой под столом, но он даже бровью не повел. – А как вы видите? Наш друг Дубхе говорил, что не может постоянно быть в потоке, а вы будто знаете все наперед. Вы же предсказательница, а не око Богини.

– А кто по-твоему предсказатели, если не глаза и губы Богинь? – усмехнулась староста. Ее внучка тем временем тихо и незаметно убрала со стола. – Ваш Дубхе, как ты его называешь, исключительный маг, раз даже вполсилы способен видеть хоть что-то.

– Что значит «вполсилы»? – продолжил допрос Мерак.

– Узнаешь, как приедет.

Усмешка не сходила с лица старосты.

– Смелый ты, сын Аурума, – продолжила староста и тут же свела брови. – Но совсем бестолковый. Разве не говорили тебе, что ко мне может обращаться только наследница?

Лицо Мерака вытянулось, а глаза расширились.

– Разве не видишь ты, как тихо сидят братья наследницы, молчаливо наблюдая за нами? А пинка наследницы под столом тебе было мало?

– Но вы ведь все-таки ответили на мои вопросы. Могли и не отвечать, – без обиняков пожал плечами Мерак, все же опустив глаза в стол.

– Ответила, – кивнула она головой. – На деток не обижаются, но впредь веди себя как должно. Остаться вы сможете у нас, наверху вам приготовили комнаты. Располагайтесь, останетесь тут ненадолго.

Никос удивленно приподнял брови, намекая спросить, что значит это «ненадолго».

– Спасибо за добрый прием, но мы не собирались надолго у вас оставаться. Нам дальше нужно ехать. Да и Дубхе будет нас искать. Мы хотели лишь избежать непогоды.

– Да? – удивилась староста, усмехнувшись. – Ну-ка, Ичес, посмотри-ка за окном что.

Ичес встал и подошел к окну избы:

– Матерь драконья… ни зги не видно.

Я нахмурилась и поднялась следом. Там, где полчаса назад было безоблачно и солнечно, бушевала метель, снега было столько, что дальше крыльца не было видно и метра. В такую погоду перенестись будет очень сложно. Ведь мы перемещаемся по следу снега, а так можно и затеряться в этой круговерти. Я вздохнула, понимая, что раз староста сказала, что на какое-то время мы ее гости, то так тому и быть.

Глава 44. Метель

– Не могу, – обессиленный, Никос упал на скамью у окна, где сидела я. Ичес уперся на улицу, вопреки нашим просьбам не соваться. Он был крайне взбешен происходящим. – Я просто не могу, снег меня не слушается. Может, маме позвонить?

– Не стоит, – покачала я головой. Я пыталась придумать, как поступить: с одной стороны, предсказательница не просто так задерживала нас здесь, с другой, непогода могла затянуться на неделю, а это уйма потерянного здесь времени, которое мы не можем себе позволить. Марита и Аперта занимались своими делами, совсем не смущенные ни переменой погоды, ни нашим присутствием. Они даже не пытались вмешаться или остановить нас, не обращая никакого внимания. Я посматривала в их сторону, когда они показывались в поле зрения, попутно размышляя о своем: – Не будем ее тревожить раньше времени. Она сама позвонит завтра. А лучше деду наберем, ему ближе до нас.

Аперта с Мераком спустились по лестнице, что-то тихо обсуждая. Девушка мило улыбалась Мераку. Марита ушла в другую часть дома, и мы с братом остались вдвоем.

– Куда этот олух запропастился? – раздраженно спросил Никос, кидая взгляды на окно, что ничего ему не давало, поскольку, даже если Ичес стоит около дома, нам было его не разглядеть.

– Пойду посмотрю, – бросила я, выбегая из избы. Я осмотрелась. Снег колючими иголками трепал мое лицо и волосы. Дед всегда говорил, что снег, как и огонь, поддается с трудом. Земля и ветер подчиняются своим владельцам быстрее, без лишних потуг, а вот вода и огонь – прихотливые, требовательные стихии, не готовые покоряться верховенству мага. Но так же он говорил о том, что потомки наследниц обладают ключами к укрощению стихий, оттого мы и сильнее всех прочих, а потому мы и ответственные за смены сезонов. Такие ключи были у всех с рождения, но не у меня. Я вытянула руки,