Любовь авторитета, или Плата за всё - Елена Александровна Моисеева

— Жаль, что ты в свое время не научил меня пользоваться этой штукой, — показала я на пистолет в его руке. Они с Владом переглянулись.

— Идем, — только и сказал мой муж.

— Куда? Мы даже не успеем скрыться.

— Я знаю, — процедил Антон, сквозь зубы, — Но надеюсь, что, хотя бы двое из этой компании не дадут тебя в обиду.

— Возможно, а ты? Влад, в конце концов?

— За нас не волнуйся, — произнес Влад, идущий сзади нас, — Еще не из таких передряг вылезали.

Да, но какой ценой? Этот вопрос крутился у меня в голове, пока мы шли навстречу неизвестности, навстречу тем, кто желал смерти Синице, моему мужу.

— Какие люди и без охраны! — пропел мой отец, смотря впритык на Тошку.

— Извини, у охраны выходной, — оскалился в ответ мой муж — Это все, на что ты способен, Святой? — указал он на пришедших, — А ты знаешь, что один из твоей компании просто спит и видит тебя за решеткой? У него на руках были все документы, доказывающие твою причастность к теневому бизнесу Бати.

— Были, — утвердил отец, — Только где они сейчас? А вот доказательства того, что ты убил известного политика и мецената Сергея Бересова у него есть. И ждет тебя небо в клеточку и друзья в полосочку.

— Отец! Как ты можешь! — закричала я. Антон дернул меня за руку, призывая тем самым меня молчать, и продолжил:

— Я сяду, если докажите мою вину. Только вот как тебе самому будет, Святой, зная, что ты уже второй раз уничтожаешь жизнь своей дочери? Сначала Лешка, теперь я?

Земля начала уплывать из — под ног, но я буквально приказала себе оставаться спокойной. Мой отец побледнел и мазнул взглядом по мне. Это правда? Папа, неужели это правда!

Мой мысленный вопль отец отлично услышал.

— Он не пара тебе.

— Это ты сейчас про кого? — огрызнулась я.

— Про обоих!

— Ну, да, — усмехнулся мой муж, — Знаешь, как он избавился от Алексея? — спросил он меня, не ожидая ответа, — Отправка в Чечню была его затея, более того, он отправил его в самую горячую точку на тот момент, благо связи позволяли. Вернутся оттуда живым, было невозможно для восемнадцатилетнего мальчика.

Сквозь пелену слез, я увидела, как отшатнулся от моего отца Ян, и, колеблясь всего секунду, подошел к Антону и встал возле него.

— Я не знал этого, — тихо произнес он и пристально посмотрел на Антона, — Это не значит, что я встал на твою сторону, я на ее стороне, — кивнул он на меня, — С тобой, мы разберемся, когда я засажу эту падлу, — и сплюнул.

— Ян! — завопила Вика, — Ты опять выбираешь эту суку, а не меня! Ян!

— Заткнись! — прошипел на нее Ян, и та зарыдала.

— Почему, отец? За что? — прошептала я, размазывая слезы по лицу, и чувствуя, как Антон берет меня за руку, а Влад и Ян подходят ближе ко мне, как бы замыкая меня в круг.

— Что тебя ждало с ним? — вскричал мой отец, — Однокомнатная хрущевка, мизерная зарплата и сопливые дети! А я ведь предлагал ему хороший заработок, но он гордец, сказал, что не нуждается в подобном доходе и в состоянии прокормить тебя сам! Я не для того растил тебя, рискуя собственной шкурой, чтобы ты жила в нищете!

В первый раз в жизни я не знала, что сказать ему, сказать можно было многое, но зачем? Он ничего не поймет, и ничего не изменит.

— У меня нет больше отца.

Он побледнел, но ничего не ответил, а я и не ждала. Все кончено.

— Святой, ты, конечно, можешь нас всех перестрелять здесь, но я отвечаю, что половину из народа я сам лично заберу с собой на тот свет. И ты будешь первым.

— Мне нужны документы, которые ты не отдал Бересову.

— Они уничтожены, — бросил ему Антон.

— Тогда перемирие исключено, — властно произнес Казанцев и вскинул ствол. Остальные как будто ждали этого, вверх взметнулось еще с десяток смертельного оружия.

Неожиданно для всех, вперед навстречу мне двинулась Вика, и в ее глазах было столько ненависти, что я поежилась.

— Дрянь, дрянь! — бормотала она довольно громко, — Почему я познакомила тебя с ним? Ты увела его у меня, он в очередной раз меня бросил, а я ведь любила его! И с Бересовым я связалась, чтобы он хоть немного меня поревновал! Но ты все испортила, он ничего не видел, кроме тебя!

Я ошалело уставилась на нее, и на мгновенье, бросив взгляд на остальных, увидела, что и остальные с удивлением смотрят на нее.

— Вика, пожалуйста! — простонал Ян.

— Это она тебя отняла у меня! — закричала та, и я наконец-то поняла — она не в себе.

— Вика!

— Стрелок, ты, что трахаешь собственную сестру? — раздалось из толпы.

— Нет, Господи! Неужели вы вашу мать не видите — она больна! — закричал Ян с болью в голосе, потом он посмотрел на нас и произнес:

— Еще в детстве у нее признали шизофрению. Она не опасна, она просто больна. Я занимался ее воспитанием, у родителей не хватало ни сил, ни времени, она вбила себе в башку, что любит меня, как… — Ян запнулся и опустил глаза.

— Как мужчину, — закончил за него Антон и понимающе кивнул, а я не могла прийти в себя. Это объясняло ее нелюбовь ко мне.

— Да, я люблю тебя! — закричала она снова, — А ты не любишь меня, не любишь! Иногда я думаю, что ненавижу тебя, это я сказала Сергею о тебе, ты думаешь, я глупая и ничего не понимаю? Я хотела твоей смерти. А потом, поняла, что не смогу без тебя жить, понимаешь?

— Вика, что же ты натворила! — закричал Ян.

— Убей эту суку, убей, — вскинулась она, — И мы будем вместе!

Время, казалось, остановилось, все без исключения наблюдали за разыгравшейся сценой.

— Нет, Вика.

Вика засмеялась громко с надрывом в голосе, что окончательно убедило нас всех в ее сумасшествии.

— Жаль, что я не убила ее тогда, когда она еще носила твоего выродка, — крикнула она брату, — Я смогла только твою Наташку, шлюху с подворотни, убрать…

— Что ты сказала? — Ян побледнел, подскочил к сестре и принялся ее трясти.

— Да, это я посадила ее на иглу! Эта я привела ее в тот притон!

Картинка срослась в одно мгновенье — Антон не виноват, вражда была бессмысленной. Но тот притон —