Потанцуем вместе с листьями? - Ли Уилкинсон

– Да ладно тебе притворяться! В следующий раз тогда не говори мне, что у тебя все в груди замирает, когда ты думаешь о нем! Ладно, я должна бежать… Когда вернешься, я буду ждать от тебя подробного отчета о том, что произошло. Да, и не забудь: если он не женат, я разрешаю тебе подцепить его!

Шарлотта стала готовиться к выходу, копаясь в одежде и выбирая, что надеть. Ее не отпускало волнение. Ничего, уговаривала она себя, все будет хорошо! Главное – строгость и никакого флирта!

К десяти она уже собралась и запаковала книги, предназначенные для сэра Найджела.

Стоило ей ровно в десять часов подойти к окну, как к дому подъехал темно-синий автомобиль, из которого выпрыгнул Саймон. Тут ей понадобилась вся ее сила воли, чтобы взять себя в руки. Наконец ей это удалось, и она степенно сошла по лестнице вниз.

Саймон, ожидавший ее у входной двери, был одет в строгий, хорошо скроенный костюм серого цвета. И хотя она надела туфли на высоких каблуках, он был все равно выше.

– Как раз вовремя, – похвалил он ее.

Эта белозубая улыбка, эти смешливые морщинки у глаз заставили ее задержать дыхание.

– У тебя другая машина, – сказала она первую пришедшую ей в голову фразу.

– Да. Этим утром я решил поехать на своей. Ту машину я взял напрокат, когда вернулся из Штатов два дня назад.

Приняв у нее из рук кейс с книгами, он положил его в багажник, а потом подал ей руку, помогая сесть в машину. Когда он устроился рядом с ней на сиденье, ей пришлось испытать нечто вроде теплового удара: так быстро заструилась кровь по венам от волнения. Главное, чтобы он не заметил ее волнения! Она же изображает холодную неприступность!

Да, сказать проще, чем сделать!

– Надеюсь, у тебя не возникло никаких проблем с магазином? – спросил он, когда они тронулись в путь.

– Все в порядке. Маргарет поможет ее племянница. – Так, обрадовалась Шарлотта, кажется, ее голос звучит вполне пристойно.

– Отлично! В таком случае волноваться нечего. Значит, ты можешь расслабиться и наслаждаться поездкой.

Итак, он все же заметил ее волнение? Ничего от него не скрыть!

– Кажется, погода сегодня обещает быть замечательной, так что путешествие будет ей под стать, – заметил он, желая разрядить обстановку. – Прекрасное начало выходных. Дедушка очень Хочет, чтобы тебе понравилось у него в гостях.

– Уверена, что так оно и будет. – Ей пришлось соврать! Зачем делиться с ним своими сомнениями? – Мне очень жаль, что сэр Найджел так плох. И надеюсь, что ему все же станет лучше…

– К сожалению, мы не можем на это надеяться. Название его болезни – старость. Все доктора стараются лишь облегчить ему последние дни жизни на этой земле и хоть как-то избавить от боли.

Шокированная услышанным, Шарлотта тихо произнесла:

– Должно быть, ему трудно принимать гостей.

– Напротив. Одно только сообщение о том, что ты приедешь в гости, обрадовало его, и боли на время отошли на задний план. Ему всегда нравилась женская компания, особенно если женщина такая красавица, как ты. Прошлым летом умерла бабушка, и с тех пор он очень одинок. Хотя и не признает этого никогда.

– В таком случае получается, что твои родители не живут в Фаррингтон-Холле? – спросила Шарлотта.

– Да нет, жили, конечно… Но они погибли в автомобильной аварии, когда мне было шесть лет, а Люси еще меньше. Тогда нас взяли к себе бабушка с дедушкой.

– И вы оба тут до сих пор жили?

– Да, но теперь Люси вышла замуж и живет недалеко от Хэнвика.

– И все же у сэра Найджела есть ты. – Удобный момент заговорить про его жену! Однако Шарлотта не решилась.

– К сожалению, я не всегда нахожусь здесь. Мне приходится часто ездить в Штаты по делам. Но даже когда я в Англии, то дома бываю только в выходные. На неделе же я остаюсь в Лондоне.

Несмотря ни на что, сердце ее затрепыхалось. Кажется, непохоже на то, что у него есть жена.

– С тех пор как дед серьезно заболел, я привык оставаться у него дома на ночь, на случай, если вдруг понадобится моя помощь. Но он об этом не знает. Потому что ему не нравится, когда его считают инвалидом. Я даже иногда жалею о том, что до сих пор не женат, поскольку самое страстное желание моего деда – увидеть перед смертью, что у меня появилась жена и я осел в родовом замке.

– В таком случае почему же ты не нашел себе жену? – этот вопрос Шарлотта задала, не подумав.

Усмехнувшись, он сказал:

– Ну, я ждал ту единственную, с кем бы захотел прожить всю оставшуюся жизнь. – И тут он внезапно изменил тему разговора: – Не включить ли нам музыку?

– Было бы неплохо, – согласилась Шарлотта.

– Какую ты предпочитаешь?

– Мне нравится классика, включая оперу. Еще мне нравятся мюзиклы. Гилберт и Салливан…

– Как восхитительно старомодно! – пошутил он. – Однако… продолжайте!

– Еще мне немного нравится джаз, немного – популярные песни, особенно старые…

Саймон кивнул.

– Кажется, у нас с вами вкусы сходятся. Надеюсь, что и в дальнейшем они тоже будут сходиться. Проверим вечером.- Шарлотта смущенно взглянула на него, и он объяснил: – На нашу с вами удачу, сегодня вечером как раз концерт благотворительного общества Гилберта и Салливана. Дело в том, что я являюсь одним из патронов Общества любителей оперы и поэтому мне положена пара билетов. Я хотел отдать их миссис Рейнольд, нашей экономке, но если вы согласитесь пойти со мной, то этот вечер будет вдвойне приятен.

– С удовольствием! – Слава богу, обрадовалась Шарлотта, у них не будет возможности остаться наедине.

Саймон открыл бардачок и достал оттуда пару дисков.

– Итак, что это будет?

– Гершвин? – предложила она.

Несколько секунд спустя салон машины наполнился романтической мелодией «Голубой рапсодии». С легким вздохом Шарлотта уселась поудобнее, откинувшись на спинку сиденья, и стала наслаждаться музыкой.

Через некоторое время перед ними показалась высокая каменная стена, покрытая сеточкой мха, а перед ней ряд белых коттеджей. Когда они достигли главного входа, Шарлотта увидела, что по обе стороны от высоких черно-золотых ворот стоят на высоких колоннах грозные львы.

Охранная камера навела на них свой глаз, и мгновение спустя ворота отъехали в разные стороны. Здание поражало своей гармонией. Многочисленные окна были похожи друг на друга как две капли воды, кроме одного, широкого, которое поднималось до уровня крыши, и скорее всего, оно-то и было окном Большой палаты. Остановив машину на парковке, Саймон остался сидеть, глядя на ее сияющее лицо.

– Он великолепен, этот старинный дворец, – проговорила Шарлотта восхищенно.

– Хорошо, в таком случае после ужина с дедушкой я непременно покажу тебе весь дом.