Потанцуем вместе с листьями? - Ли Уилкинсон

Раздеваться в незнакомом месте, где она была вдвоем с мужчиной, Шарлоттебыло неудобно. Но очень хотелось согреться у огня. Наконец она решилась сбросить одежду. Только добралась до нижнего белья, как услышала шаги и замерла.

– Ты скромница и мне надо закрыть глаза? – раздался голос из-за двери.

Не дождавшись ответа, Саймон вошел в комнату. И застыл от восторга. Шарлотта стояла перед камином, освещенная светом огня. Длинные черные волосы падали водопадом на плечи. Сквозь промокшее насквозь нижнее белье просвечивало тело.

Увидев Саймона, она покраснела. А тот бросил ей полотенце и игриво заметил:

– Ну, по крайней мере, я спокоен: у тебя нормальный цвет кожи, не синюшный.

Еще больше покраснев, она схватила полотенце и прикрылась им. Повесив второе на спинку кресла, он продолжил как ни в чем не бывало:

– Боюсь, у Бена есть только одно пуховое одеяло и нет других. Поэтому придется тебе заворачиваться вот в это.

Он показал фланелевую ночную рубашку.

– Уверена, подойдет, – сказала она поспешно.

– Тогда оставляю ее тебе.

Как только дверь за ним закрылась, Шарлотта продолжила разоблачаться. А потом быстро обтерлась полотенцем, завязала его на голове по типу восточного тюрбана и надела на себя теплую фланелевую рубашку, застегнув пуговицы до самой шеи. Удивительно: рубашка пришлась ей впору. Наверное, владелец ее был невысоким мужчиной. У нее есть время немного подумать. Итак, она осталась наедине с Саймоном Фаррингтоном. Но он явно благородный человек и вряд ли воспользуется ситуацией. И все же… Ему и не надо ее особенно заставлять. Мотылек сам летит на огонек…

– Хотите горячего шоколада, миледи?

Шарлотта вздрогнула, не ожидая столь быстрого возвращения Саймона.

– Хочу!

– О, прошу прощения, если напугал вас.

На нем была короткая матросская рубашка и черные брюки. То и другое было ему ужасно мало. Видимо, глаза у нее расширились от удивления, так как он счел нужным объясниться:

– К сожалению, Бен едва пяти футов роста, поэтому в доме ни одной вещи, которая бы мне подошла.

Он так смешно выглядел, что Шарлотта безудержно расхохоталась.

– Ничего смешного, я в этом не вижу, – нахмурился он.

– Ох, прости, – опомнилась она, но тут же снова разразилась смехом.

И мгновение спустя ее смех подхватил и он. Шарлотта была приятно удивлена. Большинство мужчин, которых она знала, ненавидели, когда над ними смеялись, да и не потерпели бы этого. Она никогда не встречала человека, который бы с такой легкостью мог посмеяться над самим собой.

Протянув ей одну из чашек с горячим шоколадом, Саймон предложил:

– Может, возьмешь? Если я нагнусь или сделаю одно неверное движение, я могу ненароком оскорбить твою невинность…

Она снова залилась краской и отвернулась к огню, чтобы скрыть проступивший на щеках румянец.

Шоколад оказался как нельзя более кстати. Горячий и сладкий, что может быть лучше! Она пила напиток, медленно покачиваясь в кресле-качалке.

– Согрелась? – спросил он.

– Да, спасибо.

Зевнув, она украдкой посмотрела на него. Его высушенные волосы приобрели свой нормальный оттенок – цвета спелой пшеницы. И теперь они соблазнительно золотились в свете камина. Между ними снова установилась неловкая тишина. Только тикали старинные часы, да за окном завывал безудержный ветер, да дождь стучал в окно.