Босс для Золушки - Алёна Амурская

Сейчас

Проснувшись утром от звонка мобильного будильника, никак не могу сообразить, где я.

Потолок незнакомо-белый в свежей штукатурке, стены в зелёных обоях, а не в жёлтых, как дома. Слегка пахнет хлорированным средством для мытья — характерный запах для комнаты, в которой недавно делали уборку.

Я порывисто сажусь в кровати и откидываю одеяло. Рядом сладко сопит сестрёнка, досматривая утренние сны. Тру заспанное лицо ладонями и наконец вспоминаю, что накануне вечером спешно созвонилась со знакомой Людки и переехала в съёмную комнату вместе с Настюшей. Отцу оставила записку и на всякий случай продублировала сообщение о нашем уходе в смс на его телефон.

Комната мне нравится. Хоть она и обставлена старенькой «бабушкиной» мебелью, но чистая и уютная. И расположена в одной из пятиэтажных хрущёвок неподалеку от нашего бывшего дома и моей работы.

Одно лишь огорчает. Задаток за первый и последний месяц сожрал почти все мои денежные сбережения. С арендаторшей мы договорились о расчете за следующий месяц в день моей зарплаты, и я понимаю, что после этого нам долго придется питаться гречкой и хлебом. А запивать всё это дешёвым чаем, полностью забыв о печенье и шоколадках, которые так любит Настюша.

На часах шесть утра. Я собираюсь на работу очень рано — мне нужно найти туфлю, потерянную в кустах возле парковки.

— Надеюсь, Катя, тебе сегодня повезёт, — говорю я отражению в зеркале, пока расчесываю свои прямые каштановые волосы.

Отражение пытается улыбнуться мне, но получается у него не очень убедительно. Я с досадой отворачиваюсь и иду будить Настю.

В садик мы приходим раньше всех.

— Вы чего так рано? — удивляется воспитательница. — Мы только что открылись.

— Пожалуйста, Марья Ивановна, — я умоляюще складываю ладони перед собой, — возьмите Настюшу пораньше. У меня небольшой форс-мажор случился… ну очень надо бежать на работу прямо сейчас!

— Ладно, Катя, что уж теперь делать… оставляй ребенка и беги… — воспитательница качает головой и вздыхает.

Она всегда смотрит на меня с лёгкой жалостью, которую я терпеть не могу. С тех самых пор, как я впервые привела некогда трехлетнюю сестренку в садик сама, без мамы. Но сегодня мне плевать на всё. Я не чувствую ничего, кроме острого нетерпеливого желания приступить к поискам.

В кустах шиповника свежо и влажно от утренней росы. Но и на это я внимания не обращаю. Планомерно, шаг за шагом, обшариваю пространство, где в последний раз видела свою туфлю, летящую из раздолбанной тачки.

Все руки уже исцарапаны ветками, а обуви даже и следа нет. Смотрю время на мобильнике. Без двадцати восемь.

— Блин, — ругаюсь шепотом и снова лезу в кусты.

Увы, повторные поиски тоже ничего не дают.

Донельзя растроенная, я бреду в больших людкиных лодочках к служебному входу «Дворца» и ныряю в раздевалку. Там уже звенят голосами коллеги-официантки, переодеваясь по ресторанному дресс-коду — в бело-голубые платья и голубые туфли.

— Ну как? — спрашивает Людка. Она в курсе моей проблемы еще со вчерашнего дня.

— Ничего, — вздыхаю я. — Придется идти виниться.

— Может, до завтра обойдется? — шепчет Людка и оптимистичным тоном предлагает: — Сегодня вечером вместе поищем. Наверняка там же и валяется. Не могли же ее спереть. Нафига кому-то туфля без пары?