Хрустальный пепел - Беатрис Лайтвут

— Это всего лишь летучие мыши, — уговаривала я себя, передернув плечами. Наконец среди камня стали появляться светящиеся кристаллы. Сначала они были редкими. Затем размножились, покрывая стены и потолок. Я улыбнулась, рассматривая радужные отблески стеклянных многоугольников. Они были великолепны. Создавали свет и отражали тьму. Тысячи кристаллов сотворили светящуюся комнату, полную пространства и воздуха. В центре кристальной комнаты в огромной чаше застыла голубая вода. Я коснулась ее рукой, не веря своим глазам. Это было настоящее чудо. Прохладная вода колыхнулась, двигаясь кругами. Нежная и манящая.

Удостоверившись, что в пещере безопасно и другого входа нет, я проделала долгий путь, чтобы дотащить Ланса до голубого озера. Пришлось снова оторвать клочок от платья, чтобы протереть его лицо холодной водой. Теперь мое платье было короче, чем наряды распутниц в темных переулках. Хорошо сапоги не развалились.

Я наложила холодный компресс магу на лоб, смыла кровь с плеча и снова перевязала. В его сумке нашлась фляжка, которую я наполнила водой. Так же там были баночки, которые были подписаны как целебные мази. Я обработала раны, намазала щеку, и поменяла повязки на своей ноге. Теперь оставалась лишь отдыхать и ждать, когда Ланс очнется. Как только я улеглась на прохладный камень, то сразу провалилась в долгожданный сон.

Утро принесло головную боль. В пещере было довольно сыро и прохладно. Я оглянулась, понимая, что Ланс все еще пребывал без сознания. Я не могла даже представить, каких усилий ему стоило сражаться, спасать меня и доставить в безопасное место. Он был явно сильнее, чем казалось на первый взгляд. Сейчас его лицо было безмятежно, исчезла колкость и резкость. Он был чуть старше меня, я заметила, как на его бледной коже безобразно смотрится черная татуировка мага. Она выглядит как порча, а не дар. Интересно, какие они маги? И сколько их ещё? Чем отличаются друг от друга, владея разными стихиями? У меня была куча вопросов о новом, незнакомом мне мире. Я мечтала попасть в столицу, но вспоминая об этом теперь, мне кажется, что эта мечта осталась в другой жизни. Этого желала другая Изабель. Теперь я больше походила на грязную воровку, которая выживает и прячется.

Я посмотрела на голубое озеро, вода призывно мерцала, и я сдалась. Было приятно избавиться от грязной одежды. Я заметила, что кровь так и не смылась полностью. Это было лишним напоминанием о том, что на каждом шагу меня может поджидать смерть, а времени становится все меньше. Я окунулась в приятную воду, закрывая глаза.

— Мммм… — услышала голос парня, который начал приходить в себя. Ланс схватился за плечо, сжимая зубы. Видимо мазь начала действовать. Я поблагодарила Создателя за то, что вода в озере была не прозрачная, потому что, когда Ланс обернулся, его голубые глаза расширились.

Он долго молчал, изучая мое лицо и намокшие вьющиеся волосы.

— Не знал, что здесь есть озеро, — произнес он. Его щеки покрылись румянцем, и он быстро отвернулся. Я вышла из воды, надевая то, что осталось от моего платья.

— Как ты себя чувствуешь?

— Терпимо, — он кивнул, пытаясь встать. Я тут же оказалась рядом, поддерживая его за торс. Ланс явно не ожидал от меня такой внимательности, и его лицо озарило удивление и благодарность. — Спасибо, что не бросила умирать.

— Мы теперь связаны, помнишь?

— Как о таком можно забыть, — улыбается маг, выпрямляясь во весь рост. Теперь моя макушка упирается ему в подбородок, и я понимаю, что слишком долго прижимаюсь к нему.

Ланс идет к выходу из пещеры и вид у него жутко сосредоточенный. Я буквально вижу, как шестеренки крутятся у него в голове. Он обдумывает что-то чрезвычайно важное.

Мы преодолеваем темноту пещеры, оказываясь на каменном выступе. Я осторожно смотрю вниз и тут же отскакиваю. Вот это высота! Здесь наверху дух захватывает от яркого солнца и близости пористых облаков. Кроме деревьев почти ничего не разглядеть, разве что крошечные скопления точек у линии горизонта.

— Что это?

— Столица.

С такого расстояния ее еле видно, но, если присмотреться, можно заметить замок с сотнями шпилей. Он мерцает огромной яркой точкой, отражая лучи восходящего солнца.

— Тебе нравилась столица?

— Я мало что видел там. В основном я жил с учителем, и лишь изредка покидал академию. Но даже в те редкие поездки я восхищался великолепием этого города. Чистотой, светом и энергией, которая будто напитывала каждый дом, улицу. Люди там иные — творцы и мечтатели. Там сосредоточены главные силы нашего мира, множество знатных магов поддерживают в столице порядок и нужное течение жизни. Все в этом городе просчитано и продумано.

— Значит, академия, где ты обучался, был в другом месте?

— Да, Астерий никогда не любил толпу и лоск столицы. А Кристесу было все равно где учить. Они вместе построили эту академию. Только очень знатным и сильнейшим магам было дозволено иметь свою землю, еще и вдали от столицы.

— Неужели, такое чудовище, удостоилось такой чести?

Ланс вздохнул, прикасаясь пальцами к звезде, метке мага.

— Я не знаю, когда он изменился, когда стал монстром. Но мне до сих пор сложно поверить в то, что я жил под одной крышей, с таким как он. Он убил своего друга, того, кто разделял его идеи, кто любил его как брата, ради могущества и власти. Когда-то я уважал Астерия, а теперь ненавижу. Он должен поплатиться за свои чудовищные поступки.

Ланс сжимает кулаки, решительно смотря в сторону столицы.

— И я, кажется, знаю, что может помочь нам избавиться от метки.

Мое сердце начинает скакать в груди, надежда медленно, но твердо разливается внутри. Я молчу, ожидая продолжения.

— Я видел сон. В нем был Кристес. И он звал меня.

Я хмурюсь, не понимая, к чему он клонит.

— Только Кристес был настолько силен, чтобы бросить вызов Астерию.

— Но он мертв, — возражаю я. Ланс поворачивается ко мне, расплываясь в зловещей улыбке. Его глаза сияют огнем.

— А его дух живее всех живых.

Глава 5

— Ланс, должна признаться, у тебя ужасное чувство юмора, — замечаю я, скрещивая руки на груди. — Мне сейчас не до шуток.

— Разве я похож на шута? — Ланс выгибает бровь, и его голубые глаза темнеют. — Послушай. Кристес Рот был великим магом. И если кто и знает, как снять отслеживающую метку, то только он. Он знал Астерия лучше всех, знаком с всеми его трюками.

Я прикладываю руку