Тихий укус - Тина Фолсом

Мать подошла ближе и взяла ее за подбородок, заставляя поднять глаза.

— Неужели я ничему не научила тебя о нашей культуре, когда ты росла? У тебя не может быть четырех подружек невесты. Четыре означают смерть. А ты не приглашаешь смерть на свадьбу.

— Хуэй Лянь, тебе не кажется, что ты слегка драматизируешь? — внезапно вмешался ее отец.

И тут Урсулу осенило. Непонятно, почему она забыла об этом фундаментальном факте. Может быть, это просто из-за стресса, связанного с подготовкой к свадьбе, который так на нее подействовал.

— Но ты не можешь просить меня отказать одной из них. Это было бы нечестно. Папа, пожалуйста, помоги мне. — все четыре девушки с нетерпением ждали возможности стать подружками невесты.

Ее мать нежно погладила Урсулу по волосам.

— Конечно, нет, Вэй Лин. Поэтому тебе придется найти еще четырех. Нам понадобятся восемь подружек невесты. Восемь принесут тебе удачу.

Урсула с облегчением вздохнула.

— Думаю, я могу попросить Далилу и Иветт.

— Кто они?

— Далила замужем за Самсоном. Ты скоро с ним встретишься. Он босс Оливера. А Иветт тоже работает в «Службе Личной Охраны».

— Так Иветт одна из секретарей?

Урсула покачала головой, сдерживая смех. Если бы Иветт услышала эти слова, с ней бы случился припадок.

— Нет, мам, она телохранитель, как и Оливер.

— Женщина?

Она отчетливо представила, как крутятся шестеренки в голове ее матери.

— Ну, возможно, тогда она не лучший выбор. Мы вряд ли сможем найти для нее платье.

Урсула отшатнулась.

— Что? Почему?

— Ну, раз она телохранитель, то ты понимаешь… — ее мать запнулась и понизила голос. — Она, наверно, очень мужественная. Разве не так это называется? Я имею в виду, если она телохранитель.

Урсула недоверчиво покачала головой.

— Боже мой! То, что Иветт телохранитель, еще не значит, что она выглядит мужественной. В Иветт нет ничего мужеподобного. Она одна из самых утонченных женщин, которых я знаю.

Отец опустил газету и сложил ее с ухмылкой на лице. Урсула встретилась с ним взглядом и не удержалась от улыбки, когда отец закатил глаза — жест, которого, к счастью, мать Урсулы не заметила.

— О! — по крайней мере, у ее матери хватило совести покраснеть. — Что же, в таком случае… Но нам все равно нужны еще двое, чтобы получилось восемь.

Иногда Урсула по-настоящему удивлялась, как ее мать может до сих пор придерживаться всех тех предрассудков, с которыми она выросла, в то время как последние двадцать лет жила в Вашингтоне и общалась с разными людьми.

— У тебя есть еще какие-нибудь друзья, которых ты можешь спросить?

Урсула порылась в памяти.

— Думаю, мы могли бы попросить Роуз. Уверена, она согласится.

— Ну, необычно приглашать будущую свекровь в качестве подружки невесты, но, думаю, у нас нет особого выбора.

— Не говори этого Роуз. Не хочу, чтобы она думала, что мы пригласили ее только потому, что у нас были проблемы. — к счастью, и Роуз, и Куин все еще спали и останутся в таком состоянии еще несколько часов.

Ее мать возмущенно выдохнула.

— Вэй Лин, ты говоришь так, будто у меня нет такта. Ты слышал это, Яо Банг? — она взглянула на своего мужа, который просто улыбнулся в ответ на ее слова, зная, что на самом деле она не ожидала ответа. — Конечно, я ничего не скажу Роуз.

Урсула удержалась от того, чтобы не закатить глаза. Вместо этого она задумалась о том, кто мог бы стать ее восьмой подружкой невесты. В Сан-Франциско она знала не так уж много женщин. После побега из кровавого борделя она посетила всего несколько занятий и ни с кем по-настоящему не общалась. Ее жизнь была связана с Оливером. Кроме того, необходимость сохранить его тайну заставила ее с осторожностью относиться к тому, кого приглашать в их дом. Ей придется выбрать кого-то, кто знал о вампирах…или сам был вампиром. Вера.

— Я знаю очень милую китаянку. Могу спросить ее.

— Китаянку? Это замечательно. Кто она? Мы знаем ее семью?

Урсула усмехнулась.

— Мам, то, что она китаянка, еще не значит, что ты знаешь ее или ее семью. — это было крайне маловероятно, учитывая, что Вера некоторое время была вампиром. И она вращалась не совсем в тех кругах, что ее родители. Урсула была уверена в этом. Вера содержала высококлассный бордель в Ноб Хиле, в то время как ее родители общались с другими дипломатами и правительственными чиновниками в Вашингтоне. — В Сан-Франциско живут сотни тысяч китайцев.

Звук дверного звонка заставил ее вздрогнуть. Она посмотрела на настенные часы. Редко кто-нибудь посещал дом вампиров так рано. Было только начало одиннадцатого утра.

Она уже собиралась встать и посмотреть, кто пришел, когда услышала тяжелые шаги, спускающиеся по лестнице.

— Иду! — крикнул Блейк тому, кто звонил в дверь.

Мгновение спустя она услышала, как открывается дверь и еще один знакомый голос: Уэсли, брат Хевена.

— Привет, надеюсь, я не слишком рано, но ты сказал, что парни с шатром начинают рано.

Их голоса стали ближе, и через несколько секунд оба человека вошли на кухню. Ну, технически Уэсли был ведьмаком, хотя его способности оставляли желать лучшего. Согласно тому, что рассказали ей Блейк и Оливер, Уэсли все еще не смог вернуть все свои колдовские способности, которые у него отняли вскоре после рождения.

— Доброе утро, ребята! — поприветствовал их Блейк, затем указал на Уэсли. — Это Уэсли Монтгомери. Уэс, это родители Урсулы: Банг Цзэн и Лилиана Цзэн. Я правильно запомнил?

Урсула съежилась и покачала головой, показывая, что Блейк исказил имена родителей.

— Вообще, Яо Банг и Хуэй Лянь.

Блейк почесал в затылке, беззастенчиво ухмыляясь.

— Ой! Ну, я так и знал, что там было что-то вроде «Бэнг-Бэнг». - он сжал кулак, делая вид, что стреляет. — Примерно так я все и запомнил. Знаете, эти слова ассоциируются у меня с чем-то знакомым. Извините. А Лиян — это что, уменьшительное от Лилиан?

Урсула закатила глаза. Она беззвучно произнесла одними губами: «Прекрати», одновременно горизонтально проведя указательным пальцем по горлу. Она всегда могла рассчитывать на то, что Блейк все испортит.

Тем временем Уэсли вежливо пожал руки ее родителям.

— Приятно познакомиться с вами, миссис Цзэн, мистер Цзэн. Надеюсь, вы хорошо долетели.

Ее родители улыбнулись Уэсли, явно испытывая облегчение от того, что им не придется выслушивать дальнейшее коверкание своих имен.

— Я слышал, что шатер будет возведен сегодня утром? — спросил ее отец.

— Да, именно поэтому я решил прийти и помочь. Чтобы понаблюдать за рабочими. Убедиться, что они ничего не испортят и