Бабочка под стеклом - Екатерина Риз

— Чёрт. — Игорь даже зубы сжал с досады. Пальцем указал на открытый шкаф. — Выбирай сама, умывайся и спускайся завтракать. Эля! Ты поняла меня?

— Да.

Игорь из спальни дочери вышел, открыл дверь соседней комнаты и на пороге остановился. С полминуты разглядывал спящего сына и одновременно пытался справиться с возмущением.

— Антон! — гаркнул он для устрашения. — Ты ещё пятнадцать минут назад должен был встать!

Под одеялом наметилось шевеление, но довольно вялое.

— Антон, ты слышишь ли?

— Да слышу я.

— Вставай немедленно. — Подошёл и одеяло с сына сдёрнул. — Чтобы был на кухне через семь с половиной минут, понял?

Антон на живот перевернулся и лицом в подушку уткнулся.

— Где мама? — глухо поинтересовался он.

— Там, где ты не будешь никогда, если спать до обеда полюбишь. На работе. Вставай.

— Что на завтрак?

— Я хочу хлеб с сыром, — заявила Эля, усаживаясь за стол. Дети, спустя каких-то двадцать минут, всё-таки появились на кухне, и сразу заявили о том, что жутко голодны.

— Мама оставила гренки. — Игорь сковороду поставил на стол, достал тарелки.

Элька надулась, голову рукой подпёрла, и только уныло поинтересовалась, когда отец перед ней тарелку с гренками поставил:

— А сыр?

Игорь отправился к холодильнику, на ходу заправил футболку за пояс джинсов.

— Ешьте, — сказал он, придвигая к детям тарелку с сыром. За стол сел и налил себе кофе, взял пульт от телевизора и включил "Новости". Чужие тапки с ног скинул и на стуле откинулся, чашку к губам поднёс и так замер, глядя на Грановича, появившегося за спинами детей. Тот остановился, руки в карманах куртки, и на Игоря смотрел. А в глазах даже не удивление и не возмущение, смотрел, как на нечто диковинное, что вдруг на своём диване обнаружил, когда уже сесть собирался. Игорь медленно выпрямился, чашку снова на стол поставил и посмотрел на детей. Те спокойно ели, но потом Дмитрий с некоторой насмешкой сказал:

— Здравствуйте, дети, — и тут началось. Антон стул уронил, когда вскочил, Эля кусок сыра бросила прямо на стол, мимо тарелки, сначала на стуле повернулась, а потом тоже вскочила.

— Дядя Дима!

— Ты приехал!

— А что, уже не ждали? — Гранович быстрый взгляд на Игоря бросил, потом Эльку на руки поднял. — Мама где?

— А она на работе уже!

— Да? — Дима усмехнулся и с кухни вышел, Антон за ним по пятам шёл. — Мама у нас теперь ответственная?

— Она начальник! — прямо на ухо выкрикнула ему Элька и залезла в его нагрудный карман, пошарила там. — Чего привёз?

Дима головой мотнул, поражаясь чужой нахальности.

— Меня тебе мало?

— Ой, Элька, какая ты глупая, — опять начал Антон, и тут же поинтересовался: — Может, ну её, эту школу? Пойдём в кино?

— Здрасти.

— Там Гарри Поттер идёт! А всем некогда с нами сходить, папа тоже на работу уедет.

Дима поставил Эльку ногами на диван, куртку наконец снял, по сторонам огляделся. Потрепал Антона по волосам.

— Обязательно сходим, но в выходной, хорошо? Мне сейчас надо… — Он затылком взгляд Игоря чувствовал, и это нервировало. — Мне нужно срочно увидеть маму.

— Мы опаздываем, — напомнил Игорь, и голос слегка повысил, чтобы детей присмирить. — Антон, Эля! Идите одеваться, быстро.

Эля за Дмитрия схватилась, посмотрела умоляюще.

— Не хочу в садик.

— Пузырик, ну не капризничай, — негромко отозвался он.

— Буду капризничать, буду!

— Эля!

Девочка оглянулась на отца и надулась.

— Когда дедушка приедет?

— Скоро, — пообещал Дима Антону. И попросил: — Собирайся в школу.

Дети под взглядом отца отправились наверх, а Гранович повернулся и на подлокотник дивана присел, продолжая приглядываться к Игорю. Чувствовал, что подбородок окаменел, и, если честно, спрашивать ни о чём не хотелось. Совсем не так Дима представлял своё возвращение. Как последний дурак сорвался на ночь глядя, чтобы дома быть рано утром, и Марину самому разбудить, чтобы позавтракать спокойно. Дома позавтракать. Самому смешно об этом думать, как он "домой" рвался, впервые в жизни, кажется. А тут такая неувязочка. В виде бывшего Маринкиного мужа.

— Я детей отвезу, — сказал Игорь, не желая с Грановичем взглядом встречаться. Футболку более тщательно за пояс джинсов заправил и кивнул в сторону лестницы. — Пойду оденусь.

Дима брови вздёрнул и хмуро наблюдал, как он по лестнице не торопясь поднимается. Кулаки сжал, и несколько секунд напряжённо размышлял о том, что происходит и что он пропустил. Куда это он одеваться отправился?

— Я не понял, тебя молодая жена выгнала, что ли? — Они в коридоре встретились. Игорь за собой дверь спальни закрыл, на Дмитрия взглянул, глаза в сторону отвёл, но при этом усмехнулся.

— Боишься, что бывшая приняла?

— А это ты мне зачем говоришь? Злишь меня?

— Да я даже не думал. — Игорь губы поджал, хмыкнул, а потом детей позвал.

— Давайте быстрее, мы опаздываем!

Эля из детской вышла, закинула на плечо свой рюкзачок в виде плюшевого зайца, к Дмитрию подошла и за его штанину ухватилась.

— Купишь мне "киндер"?

— Куплю. — Дима по её волосам провёл рукой, а потом тяжело выдохнул. — Иди с папой, а то опоздаешь в садик, воспитательница ругаться будет.

Игорь детей вперёд пропустил, руки в рукава своей толстовки сунул и молнию застегнул.

— До вечера, — сказал он, и опять как-то нехорошо усмехнулся.

Дима невольно сделал шаг вслед за ним, потом вспомнил про детей и отступил. Не удержался и дверь в бывшую спальню Марины открыл, постоял, посмотрел на плохо заправленную постель. Внутри что-то сжалось, даже поморщился словно от боли, и дверь с громким хлопком закрыл.

В "Стелсе" его явно не ждали. Даже охранник на входе заметно удивился, кивнул, но с некоторой настороженностью.

— С приездом, Дмитрий Алексеевич.

— Спасибо, — сухо и тихо отозвался он, в призывно открывшиеся двери вошёл и направился прямиком в кафе. Сотрудники на него оборачивались, а он только кивал, не особо понимая, кто перед ним стоит. Поймал девушку-официантку и поинтересовался: — Марина Николаевна здесь?

— Да, она на кухне была. — Девушка рукой указала в нужную сторону, словно он сам не знал, где в "Стелсе" кухня находится!

Марина была занята, она с шеф-поваром спорила. Видимо, снова обсуждали рецепты и не находили согласия. Марина ратовала за домашний вкус, а повар за правила в местах общественного питания. Дима наблюдал за ними минуту, точнее, даже не за ними, а за Мариной, за тем, с какой горячностью она вела разговор, но в то же время довольной выглядела, на щеках румянец, а его когда увидела — замерла. И почти тут же забеспокоилась, среагировав на его хмурый вид.