Сердце вне игры - Никки Лоусон

Все тело реагирует на это, и я наклоняюсь, чтобы провести пальцами по сильной линии его подбородка.

— Никто больше не увидит меня такой, потому что никто другой не заставляет меня так себя чувствовать. Только ты.

В его глазах светится гордость, он откидывается назад и начинает натягивать мои штаны назад.

Как только я одета, Ноа плавно поднимается на ноги и протягивает мне руку. Он тянет меня вверх, и я сразу осознаю, как сильно только что кончила и насколько шаткими стали мои и без того трясущиеся ноги.

— Хорошо, следующий урок, — бормочу я, прижимаясь к Ноа, когда он наклоняется, чтобы забрать свою куртку. — Катание на коньках после оргазма. Сможешь ли ты помочь девушке?

Его смех разносится по широкому пространству катка.

— Не волнуйся, Подсолнух. Я держу тебя.

Глава 36

Марго

Следующая домашняя игра состоится в понедельник, и я решила провести небольшую прямую трансляцию разминки «Денверских Тузов» перед тем, как начнется игра.

Я стою прямо на краю катка и поворачиваю камеру так, чтобы заснять всех членов команды, катающихся по катку и выполняющих разминку, а также снять, как толпа их подбадривает. Игра не начнется еще полчаса, поэтому люди, которые уже находятся на трибунах и поддерживают их, являются настоящими фанатами «Денверских Тузов».

На самом деле наблюдать за разминкой команды — одно из моих любимых занятий. Не то чтобы смотреть, как они играют не было впечатляюще, но есть что-то действительно забавное в том, чтобы наблюдать, как они перемещаются по льду, готовясь к игре.

Во-первых, когда впервые смотрела разминку, я не могла перестать краснеть от некоторых вещей, которые они делают, чтобы разогреть таз — и знание того, насколько хорошо Ноа может двигать бедрами, не помогает избавиться от моих покрасневших щек каждый раз, когда вижу, как он растягивается на льду.

Я получила несколько отличных кадров, на которых группа детей держит таблички с пожеланиями удачи игрокам, а затем заканчиваю прямую трансляцию записью, как Ноа наносит удар почти с центральной линии. Толпа аплодирует, а затем один из судей дает свисток, показывая, что им пора возвращаться в раздевалки и готовиться к началу игры.

Когда нажимаю кнопку «конец записи», мимо меня проталкивается трое пьяных мальчишек из студенческого общества. Один из них случайно чуть не ударил меня локтем в лицо, из-за чего я уронила телефон.

Я ругаюсь себе под нос и хватаю за штатив камеру с пола. У меня нет времени проверять, сломана ли она или треснута, потому что теперь толпа спешит за перекусами и перерывами в туалет, а я застряла в море людей. Кладу телефон в карман и пробиваюсь из толпы, направляясь к раздевалкам. У нас с Ноа сейчас небольшой ритуал перед игрой, поэтому жду в коридоре, пока он ускользнет, и через пару минут он выходит из двери в своей форме и присоединяется ко мне в нашем маленьком секретном месте.

— Эй, красотка, — шепчет он, кладя руку мне на бедро и подходя ближе. — Ты часто сюда приходишь?

Я смеюсь.

— Да, но ты должен знать, что парень, с которым я встречаюсь, может прийти сюда в любой момент, и, если он увидит тебя… ну, скажем так, он очень сильный и надерет тебе задницу.

Ноа ухмыляется.

— Я рискну. Ты стоишь этого.

Затем он наклоняется для поцелуя. Ноа задерживается, и я знаю, что ему хочется пойти дальше, но времени просто нет. Я осторожно толкаю его в грудь, и отхожу.

— Тебе лучше уйти, — говорю ему. — Игра скоро начнется.

— У меня есть еще одна минута, — говорит он. — Кроме того, ты мой талисман удачи.

Он целует еще раз, затем утыкается носом в мою шею, вдыхая запах и делает шаг назад. Как бы ни хотели друг друга, мы оба полны решимости сохранить это в секрете, поэтому он устанавливает между нами некоторую дистанцию, чтобы была правдоподобная возможность отрицать это на случай, если кто-нибудь выйдет из-за угла и поймает нас.

— Удачной игры, — говорю я ему. — Играй жестко.

Улыбка изгибает его губы.

— Все для моей лучшей девочки.

— Ты забьешь гол для меня?

Он усмехается.

— Для тебя, Подсолнух? Я сделаю хет-трик, — он оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что мы до сих пор одни, прежде чем наклониться еще раз, понизив голос до тихого шепота, и добавить: — А сегодня вечером я подарю тебе хет-трик, чтобы отпраздновать это событие. Я хочу услышать, как ты выкрикнешь мое имя три раза как минимум.

Меня охватывает дрожь, бедра сжимаются. Он жадно ухмыляется, затем говорит, что встретит меня снаружи после игры, и исчезает в раздевалке.

Я возвращаюсь на трибуны и сижу на своем обычном месте, слушая звуки толпы вокруг, лезу в карман и снова достаю телефон.

Инстаграм все еще открыт, но приложение зависло, поэтому я выхожу из него, пока игра идет.

После государственного гимна и торжественного падения шайбы «Тузы» вышли на лед и показали сильную игру. Я радуюсь, встаю на ноги на первой минуте игры, и у меня нет времени, чтобы отдышаться почти до середины первого периода. Наконец наступает перерыв, я сажусь и проверяю свой телефон, который последние несколько минут сильно гудит.

У меня около трех десятков уведомлений из Инстаграма, все от людей, отмечающих аккаунт команды. Нажимаю на один из них и понимаю, что это запись экрана моей трансляции разминки «Тузов». Люди комментируют запись, но большинство комментариев не имеют для меня никакого смысла.

Аааа! Они такие милые вместе! — пишет один.

О боже мой, я знал это! — другое сообщение.

Вы можете спросить кого угодно, я начал шипперить их НЕДЕЛЮ назад.

Нахмурившись, прокручиваю страницу вниз, а комментарии продолжают поступать, и желудок сжимается в узел, пока я медленно складываю воедино то, о чем они пишут.

Как-то случайно я транслировала весь