Мой темный Ромео - Паркер С. Хантингтон

Но большему никогда не бывать.

И как мне удержать жену, предлагая ей лишь малую часть того, что она, как мы оба знали, заслуживала?

Той ночью я не пошел в ее комнату.

И следующей ночью тоже.

Вместо этого мы с Заком поехали к Оливеру. Они только что вернулись из нашего ежегодного предрождественского отпуска, во время которого катались на сноуборде в Колорадо и который я впервые пропустил.

Парни играли в бильярд, пока я обнимал бутылку, усевшись на винтажный игровой автомат. По телевизору перед ними шла военная стратегия.

В целом приятный вечер.

Я должен был скучать по встречам с друзьями, поскольку теперь проводил свое скудное свободное время с Печенькой.

Но почему-то не скучал.

– Ну что, как думаешь, когда ты дашь ей развод? – Оливер закурил сигару, вытащил стринги из складки кожаного дивана и выбросил их в мусор. Господи. Я уже забыл, что его дом – лаборатория венерических заболеваний, предназначенная для создания новых болезней.

Я подошел к бару и рассмотрел его впечатляющую коллекцию алкоголя.

– Кто сказал, что мы будем разводиться?

Зак издал смешок возле бильярдного стола.

– Ты.

– Несколько раз, кстати, – добавил Оливер.

– Шесть. – Зак не только был гением, но, судя по всему, обладал памятью стада слонов. – Могу перечислить их все, если хочешь, с датами и контекстом разговора.

Оливер почесал висок.

– Кажется, твои точные слова были: «Искусство редко висит на одной стене вечно».

Я открыл холодильник.

– Мы с Даллас пришли к взаимопониманию.

– Хорошая попытка. – Оливер на сей раз спрятал в карман красные кружевные стринги и выдохнул струйку дыма. – Вы с женой едва ли говорите на одном языке.

Я попробовал другую тактику.

– Если мы и разведемся, то в отдаленном будущем. Я никуда не спешу. Она тоже. Мне нужно решать более насущные проблемы.

Зак и Оливер знали о моих планах насчет «Коста Индастриз». Как и об их причинах. Я не скрывал от друзей ничего, кроме своих запутанных чувств к Даллас. Но эти чувства стали для меня недавним открытием, и пока рассказывать было особо нечего.

– Не в таком уж и отдаленном. – Оливер обходил свой медиазал, извлекая нижнее белье разных размеров, фасонов и цветов и выбрасывая его в мусорное ведро. – Рано или поздно она захочет детей.

– И я дам их ей, – раздраженно рявкнул я.

Зак не попал по бильярдному шару, зарядив его в борт стола. Оливер выронил полдюжины лифчиков. Оба взметнули брови чуть ли не до линии роста волос.

Зак первым переварил новость.

– Да что ты?

Я взял бутылку пива за горлышко и открыл ее, даже не глянув на этикетку.

– Мне нужен наследник. А ей нужно чем-то себя занять.

– С каких пор тебе нужен наследник? – Оливер запрокинул голову и загоготал. – Когда мы говорили об этом в последний раз, ты нарастил на члене девственную плеву, лишь бы избежать появления детей.

– Кто-то должен унаследовать мое состояние.

Зак заново расставил шары на столе.

– Сделай, как Гейтс и Маккензи Скотт. Пожертвуй большую часть на благотворительность.

– Ты вообще меня знаешь? – нахмурился я. – Если бы филантропия встретила меня в темном переулке, то притворилась бы мертвой, но я все равно бы убил ее ради кровавой забавы.

Он щелкнул языком, натирая мелком кончик кия.

– Таким образом, я делаю вывод, что ты совершенно точно, бесспорно, вне всякого сомнения трахаешь свою жену. – Оливер закончил очищать свою холостяцкую берлогу от нижнего белья, оставшегося после случайных связей, и начал собирать с пола пустые обертки от презервативов. И с чего я только счел этот бордель достойным местом для проведения моей свадьбы? – А еще что она круто делает минет.

– Как лернейская гидра. – Зак кивнул. – Тут одной головы и рта не хватит, чтобы растопить лед. Думаю, надо минимум пять.

– Хватит обсуждать мою сексуальную жизнь, – рявкнул я.

Оливер ухмыльнулся.

– А ее сестре уже исполнилось восемнадцать?

Я бросил в него начатую бутылку пива.

Придурок.

Той ночью я не зашел в комнату к Даллас.

Главным образом для того, чтобы доказать себе, что я по-прежнему контролирую ситуацию.

Нам необязательно проводить время вместе.

Я не одержим.

Да и вообще совсем не скучал по ее теплу, киске, поцелуям и всему прочему.

Ни тогда, когда лег в свою холодную, слишком просторную постель.

Ни тогда, когда уставился в потолок, размышляя, какой новый ад уготовлю завтра Мэдисону Лихту.

Глава 58

= Ромео =

Даллас с самого начала планировала встретить Рождество со своей семьей, а я – со своей. Мы заключили это соглашение в один из тех редких моментов, когда разговаривали, прежде чем сорвать друг с друга одежду. И думали, что оно пройдет успешно. Проблема заключалась в том, что меня мучил вопрос, как я протяну без Даллас целых пять дней.

Эта не дающая покоя перспектива побудила меня провести эксперимент. Я планировал избегать Печеньку на протяжении нескольких дней, чтобы доказать самому себе, что в самом деле способен жить, не засовывая в нее свой член и язык, как делал это тридцать один год до встречи с ней.

В первый день я пришел домой так поздно, что она уже легла спать.

Во второй приехал с гостем. С Оливером. Так она точно будет держаться в стороне.

К моему удивлению, когда мы вошли, Печеньки не было в ее естественной среде обитания – на кухне. Не было ее и в гостиной, и в моем кабинете. (Она любила читать в нем, оставляя после себя крошки, просто чтобы напомнить, что в моем доме больше никогда не будет чисто.)

Оливер угостился тем, что приготовила Хэтти, а я тем временем делал вид, будто вовсе не озадачен поведением Даллас.

– Хэтти! – рявкнул я, прерывая ее попытки надеть пуховик. – А Пече… Даллас здесь?

Она повернулась, нахмурив брови.

– А разве не сегодня официальная дата начала продаж четырнадцатой книги про Генри Плоткина? Наверное, она стоит в очереди у потомакского Barnes & Noble, пытаясь урвать первое издание с автографом.

Ну конечно. Она же любит эти дурацкие книжки.

Я, нахмурившись, выглянул на улицу. Снег собрался огромными белыми комьями.

– Она тепло оделась перед уходом?

Оливер поднял голову от тарелки с перечным супом. Уставился на меня, выронив ложку изо рта.

– Ой, вообще я не видела, как она уходила. Покупала подарки. – Хэтти трижды обернула шарф