Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Почему? Твой павлин брезгует нашим обществом? — злорадно засмеялся Саша.

— Поверь, на вашу дешевую тусовку за костерком в деревеньке ему наплевать.

— Какие мы чипырные! Олень, сука! — выругался Саша.

— Саша, прекрати. Дело не в нем. Я сама не хочу.

— Рома, между прочим, всегда тебя поздравлял, дорогуша!

— Его подарки не такие уж и значимые, — небрежно пожала Марго плечами. Я ошарашенно посмотрела на нее. — Да и я дарила тоже, не забывай.

— Для него подарки не дешевые. Он старался, чтобы тебе понравилось. Давно ли стала богатой, прыгая на дорогих членах? — раздраженно ответил Саша. — Не будь сучкой.

— Рот закрой! — Марго разбесилась. — Я знаю себе цену. Если он не может потянуть то, что мне по душе, пусть даже и не дарит. Мне ни горячо, ни холодно от его подарков.

— Как же ты мне кого — то напоминаешь, сестричка! — было ощущение, что Саша брезгливо сплюнет. — Яблоко от яблони недалеко падает.

— Мое личное дело, Саша! Я же не осуждаю тебя за то, что ты дебил, раз думаешь, что, если девушка хочет жить в хорошем достатке, то обязательно она должна быть тварью и продажной шкурой. У тебя, братик, плохое качество — всех людей сваливать в одну яму, смешивая в один сплошной гнилой мусор. Стоит присмотреться и понять, что не все люди одинаковы.

— Ты зубы мне не заговаривай, а, чтобы поздравила Рому, поняла? Никто не просит тебя ехать в поселок. Нечего изображать из себя высокомерную стерву. Поимей совесть.

— Да, блин, он что маленький мальчик? Заплачет? Фигню не городи. Прямо взбесил со своим Ромой, — настроение Марго испортилось. — Кого хочу, того и поздравляю. Он мне никто.

— Он — мой друг. Самый лучший. Единственный, которому я могу доверить даже жизнь! — Саша сжал руль. — Можно проявить уважение?

— Саша, я разве не уважаю его? Что за нелепый разговор у нас? Тебе самому не кажется глупым, с каким упорством ты заставляешь меня его поздравить. Заставляешь! — последнее слова она произнесла громко и по слогам. — Он твой друг, не мой.

— Я тебе все сказал,

— Ну ты и чокнутый, в самом деле, — покачала головой Марго, уставившись в окно. А я вообще не поняла, почему у них состоялся такой странный разговор. Или Саше так важно, чтобы сестра была более лояльно к Роме?

Подъезжая к месту пребывания, Саша остановил возле ларьков, недалеко от лестницы, ведущую вверх на автовокзал.

— Когда приедешь? — спросила Марго.

— Завтра вечером, — все мое недовольство перестало иметь значение. Два дня не увижу Сашу. А он сидит себе, как ни в чем не бывало.

— Ясно. Давай, счастливо тебе добраться. Звони, — Марго поцеловала меня в щеку. Я тоже поцеловала ее в ответ.

Посмотрела на Сашу в панорамное зеркало. Он потер затекшую шею и даже не повернулся. Отличное прощание.

— Саша пока! — сухо сказала я и вылезла из машины.

Черствая булка! Бесчувственный пень! Вот он кто. Ни ласкового взгляда, ни слова. Бубня себе под нос, подходила к лестнице, стараясь держать спину прямо. Не хочу, чтобы он видел, что я очень обиженна, и мне тоскливо на душе. Ну и ладно! Ну и пусть!

— Маша! — послышался его голос позади меня.

Я остановилась. Мимо меня проходили люди, торопящиеся на вокзал или, наоборот, приехавшие из других городов, но я не замечала никого. Ждала, пока Саша подойдет ко мне. Ощутив кожей его присутствие рядом и его взгляд на затылке, я повернулась. Он не был раздраженным или злым. Его черты лица было мягкими, а глаза излучали нежность. Я сразу заволновалась, еще больше тоскуя. Уже скучая по нему.

— Что? — тихо спросила я, избегая его невидимой ласки глазами. Невыносимая пытка.

— Приедешь, позвони.

— Хорошо, позвоню, — кивнула я, опустив голову.

— Посмотри на меня.

— Зачем?

— Маша, посмотри на меня.

— Смотрю, — подняла я глаза. Тоска прокралась в сердце, заполняя собой полностью.

— Ты не хочешь домой?

— Почему? — удивилась его вопросу, переставая думать о скуке.

— Тогда почему ты такая расстроенная? — сконфуженная его прямым вопросом, придумывала в голове оправдания.

— Тебе … так показалось, — моя улыбка выглядела убого. — Езжай. Рома, наверно, тебя точно убьет и Марго ждет.

Приблизившись еще на один шаг, Саша наклонился к моему виску. Прижался к нему носом и вдохнул. Я зажмурилась, наслаждаясь его ласковым прикосновением.

— Шоколадная девочка! — Саша поцеловал меня в висок.

Мои руки сами потянулись к нему, а губы искали его.

— Нет! — тихо произнес Саша, размыкая мои объятия. Кто — то нечаянно задел меня плечом. Увидев, как растеряно посмотрела на него, добавил. — Я не малолетка зажиматься на улице.

— Господи, Саша! — я широко улыбнулась, прикрыв рот рукой, чтоб не рассмеяться. — Тебе волнует, что о тебе подумают окружающие?

— Мне плевать на окружающих. Мне не пятнадцать лет.

— А, ты только целуешься, когда темно? — вспомнила наш поцелуй в парке.

— Саша! Меня начальник ищет! — крикнула Марго. — Быстро поехали! Попросила называется.

— Едем! — махнул Саша ей.

— Иди! — отступила я назад. Саша задумчиво посмотрел на меня, а затем развернулся и быстрым шагом направился к машине.

Подождав, пока Ауди скроется за поворотом, я поднялась наверх. Народу на вокзале было достаточно много. Пришлось постоять в очереди за билетом. Не привыкать. Купив бутылку воды, я вышла на улицу ждать свой рейс. Как я не старалась мысленно не возвращаться к нему, но ничего не получалось, тоска разъедала мое сердце. Хочу, чтобы он вернулся ко мне прямо сейчас. Хочу, как капризная девочка конфетку, которую отняли. Намного спокойнее и приятнее, когда любимая конфета рядом, в кармашке. Такая вкусная, дурманящая своим ароматом. Греет тебя своим присутствием. И ты знаешь, что она никуда больше не денется и в любой момент ее можно открыть, попробовать на вкус. Но не съесть полностью, а оставить еще на потом, завернув обратно в красивую обертку. Растянуть удовольствие на бесконечное множество раз. Но, к сожалению, конфеты нет. Глубоко вздохнув, моя мечта улетучилась, как только на горизонте появился междугородный автобус, похожий на муравья. Сев в него, заняла свое место и вытащила из сумки наушники.

— Вот черт! — смачно выругалась я. Посмотрев по сторонам, никто не смотрел на меня. Только сейчас вспомнила, что одна связка ключей, запасная, находилась в шкафу. Посмеялась над собой, как от отчаяния и злобы на Сашу, совсем забыла про них.