Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Ха-ха — ха, бабуль, ты неисправима. Для тебя важно, чтобы все были сыты.

— А как же! Что это за мода у вас худющими ходить. Здоровья не будет, если плохо кушать, — бабушка подняла в воздух указательный палец, подтверждая сказанное.

— Так и быть, твои пироги моя слабость. Наемся вдоволь, — улыбнулась я. Из комнаты появился сонный Черныш. Я взяла его на руки. — Привет, котяра! Пузатик мой. Бабуль, ты его с собой на дачу берешь?

— Да. Куда его девать. Ему там хорошо. Воля.

— Не убегает? — опустила кота на пол, но он не отходил, терся об мои ноги.

— Мама твоя поводок купила. Так и выгуливаю, чтобы не сбежал.

— Что, Черныш, не дают тебе оторваться как следует? Злые хозяйки.

— Пироги готовы, — бабушка достала из духовки последнюю партию выпечки. — Садитесь.

— Мам, а что за планы у нас? — поинтересовалась я, уминая первый пирог с вишней. Мама присела рядом.

— Шопинг. А еще сходим на пляж. Я прикупила себе новый купальник вчера. Ты не против такого плана? — подмигнула она мне, наливая себе морс. Мама такая очаровательная и счастливая.

— Ты что! Очень даже за! — порадовалась я. — Что у вас новенького в городе?

— Да вроде ничего. Все по — старому. Ко мне подстричься приходила мама Веры несколько дней назад и сказала, что Вера, похоже, собралась замуж.

— Что? Вера?

— Да. За бизнесмена.

— Вот это новость! Как она была против замужества!

— Маша, все девушки созревают для семейных отношений. И не надо так округлять глаза.

Бабушка, вымыв руки, села вместе с нами.

— Странно. Может беременная? Так быстро. У нее никого и не было. И то, что он бизнесмен, о многом говорит, — с усмешкой сказала я.

Мама бросила на меня взгляд, но промолчала.

— Маша, съешь еще? — бабушка подставила тарелку с пирогами другой начинки.

— Спасибо, ба, — сказала я, взяв еще один румяный пирожок. — Но это последний. Больше не влезет.

— Так я и знала, — вздохнула бабушка. — Едок из тебя никудышный.

— А ты, Маша, познакомилась с кем — нибудь? — спросила мама.

— С кем — нибудь? — нахмурила я брови от ее вопроса.

— Есть у тебя молодой человек?

Мама так смотрела на меня, что я даже не знала, какой ответ ей будет больше по душе.

— Ну … наверно, да.

— Наверно? — мама склонила голову набок, внимательно слушая.

— Я не могу сказать, на каком этапе наши отношения. Только начали встречаться.

— Ясно. Чем занимается?

— Он … ремонтирует машины. У них с другом свой автосервис.

— Просто рабочий.

— Да, просто рабочий. Тебя что — то смущает? — неожиданно всполошилась я. Не понравился тон мамы.

— Маша, что за претензия? Профессия как профессия. Я никогда не сказала бы тебе, что нужно выбирать в мужья богатого.

— Мам, причем тут богатый? Какие мужья?

— Не перебивай. Ты сама вправе выбирать с кем встречаться, за кого выйти замуж. Главное, твое счастье, дочка, чтобы твой мужчина уважал тебя, любил и никогда не обижал. Иного не потерплю.

— Извини, — тихо произнесла я, никак не аргументировав свое недовольство. Не могла ей сейчас признаться в своих чувствах к Саше. Язык не поворачивался. Она не одобрит, узнав, какой Саша вспыльчивый, и, как он порой поступает. Она много чего не одобрит. Пусть лучше пока ничего не знает, живет в свое удовольствие, думает о предстоящей свадьбе. А я сама разберусь со всем. — Павел не звонил? Как у него дела?

— Звонил вчера. Отдохнули с Таней на Бали. Приступил к трудовым будням. Такой довольный, что станет дедушкой. Ты с ним не созванивалась?

— Нет еще. Позвоню потом, — отмахнулась я. И мой разговор намечался в ближайшее время. Чем раньше, тем лучше.

— Знаешь, — мама облокотилась рукой о стол. — Все время прокручиваю в голове поступок Паши с этой квартирой. Я ведь уверенна, что он именно для тебя ее купил. Она ему и не нужна во Владимире. И, как я себя плохо вела, ругаясь тогда с ним, такой позор для меня. Но … я никогда не стану удивляться той доброте, что есть в моем брате. Сколько бы не было между нами ссор, зачастую из — за меня, он всегда с нами рядом. Всегда поможет, поддержит и, если необходимо, поставит свою сестру на место. А ты для него имеешь большое значение. Он … заменил тебе отца.

Мамины глаза наполнились лаской и непрошенными слезами, я взяла ее руку в свою, улыбаясь.

— Мой дядюшка самый лучший в мире. Я его очень люблю.

— И он тебя тоже очень любит, — мама поправила мои волосы. — Что даже мне приходилось испытывать чувство ревности. Ваши уединения, секреты от меня. Ты не отходила от него ни на шаг.

— Мама, глупости не говори. Конечно, я соскучилась, вот и не отходила. Нечастый он у нас гость.

— Маша, открою тебе маленькую тайну. Как — то мы с ним разговорились про тебя, и он признался, что хотел бы такую дочь, как ты. Они с Таней чуть не потеряли сына, поэтому она не смогла больше решиться на еще одну беременность. Ты для него — младшая дочь, ради тебя готов на все.

Я молчала, не проронив ни слова. Да и нужно ли что — то говорить. Мой дядя — человек с большой буквы, настоящий мужчина, самый лучший сын и брат. Он нам дорог. Безумно дорог. Такие люди, как Павел, — редкость в нашей жизни. Я ценю все, что он для нас делает, для меня. И ни в коем случае, никогда не стану специально пользоваться его добротой в корыстных целях. Пока не знаю, как выкручусь и как расплачусь с долгом, но только он сможет мне помочь в данной ситуации, вернее, моему Саше и его сестре, ставшей для меня неожиданно родной. Посмотрев на бабушку, которая всхлипнула, растроганная мамины откровениями, я решила перевести тему, отвлекая всех от чувств тоски по — нашему горячо любимому Павлу.

— Так, бабулечка моя, очень вкусно. Спасибо, — пропела ей. Бабушка перестала огорчаться, улыбаясь мне. Я стукнула ладошками себе по коленкам. — Ну что, мам, я переодеваюсь и едем за обновками?

— Да, поехали, пока не так жарко на улице.

— Бабуль, давай с нами. Нарядим тебя. Будешь модной супербабушкой, — подмигнула я ей.

— Придумала тоже, — махнула она рукой, складывая грязную посуду в раковину. Мама засмеялась. — Нашли модницу. На даче перед кем красоваться мне?

— Ой, ладно тебе. У нас ниже живет одинокий дедушка. Интеллигентный, умный.

— Он младше меня порядком.

— А — а-а, приглянулся все — таки? — хитро протянула я, вставая из — за стола.

— Маша, все ты со своими шутками, — пожурила меня бабушка.

— Ты у меня еще ого — го. В расцвете сил, — обняв со спины, поцеловала ее в щеку, вкусно пахнущую ванилью. Бабушка посмеялась надо мной.