Идеальный парень - Алексис Холл

Приветственная речь профессора Фэрклаф завершилась обычным призывом: «Я прошу вас проявить щедрость, ведь жуки, по всем объективным показателям, намного важнее каждого из нас». Знаете, такие высказывания были очень в ее духе, и мне хотелось думать, что это была такая особая фишка НАВОЗЖа. Сами подумайте, на каком еще респектабельном благотворительном вечере вам в лицо скажут, что вы значите меньше, чем насекомое? Она сошла со сцены под вежливые жидкие аплодисменты, а затем ее место заняли приглашенные Ризом Джонсом Боуэном дядя Алан и Скенфритский мужской хор, которые начали исполнять на валлийском языке какую-то задушевную песню о… я не понял, о чем они пели, так как не говорил по-валлийски.

– Итак, – сказал я, наклоняясь к Оливеру, – у нас есть где-то от получаса до часа, чтобы пообщаться с гостями перед обедом. Главное, не показывать, что ты хочешь забрать у них деньги, и тогда они спокойно и без переживаний в конце концов сами тебе их отдадут.

Оливер нахмурился.

– Боюсь, что не обладаю необходимыми для этого навыками. Но если ты не против, я буду просто стоять рядом с респектабельным видом.

– Да, и если ты время от времени будешь поддерживать беседу на разные темы, популярные у среднего класса, это тоже будет здорово.

– Что-то вроде «Не приходилось ли вам в последнее время пробовать хорошее киноа»?

– Идеально. Только не с таким сарказмом.

Мы пошли к гостям, в основном обмениваясь репликами в духе: «Здравствуйте, как хорошо, что вы пришли, как ваш бизнес/дети/книга/лошади?», но некоторые останавливались и изъявляли желание продолжить разговор, и вот тогда я представлял им своего абсолютно адекватного и просто чудесного нового парня. У нас все равно собралось достаточно участников, даже при том, что пара спонсоров, скажем так, наиболее традиционалистских взглядов, не смогли прийти. Зато пришли новые люди, включая Бена и Софи, и большинство старых, несмотря на опасения насчет моих сомнительных ценностей, также пошли на попятную и решили посетить мероприятие, то ли благодаря тому, что план Алекса так хорошо сработал, то ли они с самого начала были кусками дерьма, а тот случай просто дал им возможность проявить себя. Однако я был даже в чем-то благодарен этим придуркам.

– Адам, – воскликнул я добродушным тоном. – Тамара! Как я рад, что вы смогли прийти. Вы оба потрясающе выглядите.

Адам кивнул, демонстрируя свою признательность.

– Спасибо. Между прочим, мой костюм из черного бамбука.

– А это, – добавила Тамара, показывая на свою до безобразия роскошную тунику из золотого шелка, – от одного из моих любимых дизайнеров. Она совсем недавно в этом бизнесе, и, возможно, вы про нее ничего не слышали, но она организовала социальное предприятие и продает товары, сделанные в Африке. Работает с ремесленниками, которые специализируются на народных промыслах.

Я одарил ее своей самой ослепительной улыбкой.

– О, это в вашем духе!

– Что ж, – глядя на Адама, даже сложно было себе представить, что когда-то он работал инвестиционным банкиром, – вы ведь знаете, что мы с Тамарой искренне верим в наши принципы.

– О, кстати, – заметил я, – совсем забыл представить вам моего партнера. Оливер, это Адам и Тамара Кларк. Адам и Тамара, это Оливер Блэквуд.

Далее последовали рукопожатия, воздушные поцелуи и намасте от супругов Кларков.

– Очень рад с вами познакомиться, – сказал Оливер с невозмутимым видом. – Ведь это вам принадлежит сеть «Гая», не так ли?

Оба тут же радостно засияли, как экологически чистые рождественские елки.

– Да, – взгляд Тамары стал намного мягче, – в последние пять лет эта сеть стала всей нашей жизнью.

Адам снова кивнул.

– Наша миссия – внести морально-этические ценности в сферу производства продуктов быстрого приготовления.

Я сжал руку Оливера, пытаясь просигнализировать, что едва сдерживаю смех. В ответ он сжал мою руку, показывая, что все понял.

– Это весьма похвально, – проговорил Оливер, – особенно если принимать во внимание, что многие владельцы бизнеса в этой отрасли не имеют никаких морально-этических ценностей.