Дружба, Inc - Алиса Лисина

В полумраке пустого ресторана я отчетливо вижу Лену. Вижу, как загораются ее глаза, когда она уверяет меня, что Игорь мне изменяет. Как они потухают, когда я говорю ей, что этого не может быть.

Я вижу Леву, пьяно клянущегося нам в любви и зазывающего нас в гости. Мрачного и недовольного Леву, намекающего, что мы засиделись. Вижу печального Владика, вгоняющего в тоску даже нашу мебель. Сестричку Катюшу (разумеется, в очередном бальном платье с рынка и с немыслимой прической), плотоядно пожирающую глазами моего мужа. Тренера нашего ребенка, завывающего под гитару. Свою троюродную сестру, завистливо разглядывающую мои украшения. Ванечку, который уносится получать гонорар, забыв про меня. Ларису с ее преуспевающими мужьями и облезлым птенцом на торте. И всех остальных.

И конечно, я вижу Олега с Таней. Такими, какими они были в последнюю нашу встречу. Жалкими, старыми, неуверенными в себе. Отчаянно врущими в надежде, что мы поверим, что они не такие. Что они богаты, умны и гиперсексуальны.

Я протягиваю руку и накрываю лежащую на столе руку мужа.

— Милый, прости. Пожалуйста, прости меня за все…

Муж молча мне улыбается. Я чувствую, как по моим щекам текут слезы. Но я тоже улыбаюсь.

— Мам, ты что, плачешь?

Пробудившийся ребенок глядит на меня с подозрением.

— Да, Игорюша, я плачу. Мне стыдно перед тобой и перед папой. Прости, что я испортила тебе праздник…

Взгляд Игоря-младшего внезапно становится очень серьезным. Совсем как у его отца. А потом на круглом лице появляется улыбка.

— Ты же овощишка, что с тебя взять? А праздник все равно получился супер. Правда, пап?

Я плачу и не могу остановиться. Муж гладит меня по волосам. Ребенок кладет пухлую ручонку мне на плечо.

— Веселись, овощишка, это же мой день рождения. И вообще, ребята, давайте тут посидим до утра? Спать я уже совсем не хочу. Только козлы спят в свой день рождения!

— Давайте посидим, — легко соглашается муж и подмигивает мне. — Но ты, наверное, совсем голодный? Может, еще мороженое? Или сначала какой-нибудь сэндвич?

Ребенок расцветает, хотя и пытается это скрыть. Безуспешно.

— Вообще-то можно. Так устал от этих чертовых гостей, как будто ничего и не ел. И еще бутылку колы, ладно, пап? А лучше две. Со сна так хочется пить…

Мои слезы высыхают, и я начинаю смеяться. Проснувшаяся официантка косится на меня с опаской, но все же приносит бутылочку колы.

Муж салютует мне «Гиннессом»:

— За нашу семью. За нас троих безо всяких друзей!

— Без друзей, — повторяю я, чокаясь с ним сидром.

— Без чертовых козлиных друзей, — уточняет ребенок. И вдруг спохватывается. — Пап, ты мне забыл заказать еду! А я бы за нас что-нибудь съел…

Теперь мы смеемся все втроем. Официантка встревоженно выглядывает из-за стойки. Не сомневаюсь, что завтра же она расскажет своим друзьям о странной троице, гулявшей всю ночь в ее ресторане.

А они ее не услышат, потому что взахлеб будут рассказывать ей о себе. Или станут перебивать ее и доказывать, что ее муж ей изменяет. Или посоветуют ей сменить прическу и макияж. Или сыграют ей на гитаре. Или угостят обугленными косточками и заверят, что это лучшая в мире баранья корейка (в крайнем случае вторая в мире). А то и сделают и то, и другое, и третье.

И если честно, мне ее жаль…

16

— Милый, это я!

Я потираю раскрасневшиеся от мороза щеки. На улице январь и жуткий холод. Неудивительно, что Игорь простудился и второй день сидит дома. Зато я гуляю за нас двоих.

Муж выглядывает из кухни. Вслед за ним выплывают умопомрачительные запахи. Кажется, я ужасно голодна.

Игорь смотрит на меня как-то странно. В последний раз он так смотрел на меня на дне рождения нашего ребенка. В тот памятный день, после которого наша жизнь в корне изменилась. За два с лишним месяца мы ни разу не были в гостях и никого не приглашали к себе. И все наши друзья постепенно отпадали и исчезали. И это, признаюсь, ужасно приятно.

Муж по-прежнему занимается переводами и изредка организует рекламные кампании для своих старых знакомых. Просто чтобы немного подзаработать. Я тоже провожу большую часть времени дома. Игорь купил мне несколько холстов и набор масляных красок, и теперь в свободное время я рисую.

Хотя должна вам признаться, что, несмотря на отсутствие друзей, свободного времени у меня совсем мало. А ведь я теперь очень редко бываю на работе и прихожу туда ненадолго. И я больше не вожу ребенка на другой конец Москвы на занятия айкидо. Теперь мы вместе водим его в бассейн.

Но зато мы каждый день гуляем, мы обедаем по полтора-два часа и чуть ли не каждый день занимаемся… Не важно чем. Считаете, что важно? Хорошо, пусть будет по-вашему. Занимаемся сексом. Довольны? Я тоже довольна. За то время, что я была профессиональным другом, я и забыла, как это может быть приятно.

Кстати, за эти два с половиной месяца мой муж ни разу не отведал своей любимой адской смеси из виски с пивом. Даже в Новый год, который мы замечательно отметили вдвоем. А еще он практически бросил курить (пять — семь сигарет в день не в счет). А вот я прибавила в весе (еще бы, он так вкусно меня кормит) и вешу целых шестьдесят два кило.

К счастью, мои безразмерные кожаные шорты все еще живы. Да к тому же эти подлые весы наверняка на меня клевещут. Просто их злит, что я счастлива, и им ужасно хочется испортить мне настроение. А все равно не получается.

— Что-то случилось, милый?

— Нет, все отлично. — Муж по-прежнему смотрит на меня странным взглядом. — Кстати, звонил Олег. Оказывается, у него сегодня день рождения, и они нас ждут…

Олег? День рождения? Какой, к черту, Олег?

Ах да. Олег и Таня. Она родилась шестнадцатого февраля, а он — десятого января. И сегодня у него юбилей, пятьдесят пять лет. Оказывается, я ничего не забыла.

— И что ты ему сказал, милый?

Мне кажется, что мой голос немного изменился. И еще мне кажется, что я волнуюсь. С чего бы это, интересно?

— Поздравил с днем рождения. Сказал, что простужен и что тебя пока нет. Пообещал, что мы перезвоним…

Я почему-то цепляюсь за последнее слово. Не спрашивайте меня почему. Я сама пока не знаю.

— Перезвоним?