Красота внутри - Мария Игоревна Власова

при себе. Расплавил прутья, зашёл в соседнюю камеру, но я туда не вошла. Остановилась возле большой клетки, заметив Чебурека, валяющегося там, в старой соломенной трухе. Кот не двигался, так что я пошла за своим пушистым другом и замерла, оказавшись там. То, что он не дышал, поняла, только когда подняла его на руки. То ли от старости умер, то ли от дочки во время ее вспышки – непонятно. Почил ещё один мой друг, такое впечатление, что смерть всегда бродит где-то рядом. Прижимаю кота к груди, он уже не чувствует ни моих объятий, ни тепла и благодарности, слишком поздно говорить спасибо за то, что составлял мне компанию. Так не только с котом, так со всеми, кто меня окружает.

Оглянулась на свою клетку, она такая маленькая по сравнению с этой, словно это ловушка для самого великана. Что-то екнуло в груди от этого предположения, затем поняла, что именно так смущало меня в той истории моего появления на свет. Как гном получил в свое распоряжение великана? Они же сильны, их никакая клетка не удержит, и эта не удержала. Поворачиваюсь и захожу в клетку поглубже, и там, в полумраке расцарапана стена в рисунках. Великаны не умеют писать, но мой отец умел рисовать, сносно и понятно. Я поняла, что случилось на самом деле только по его рисункам.

Мой отец был стар, настолько, что аура великана покинула его. Все его существование свелось к одной цели – ожиданию смерти, но его нашла не смерть, а сумасшедший гном. Он пленил его и ставил всякие опыты, пока однажды не поселил в камере напротив гномиху. На рисунке она изображалась как маленький ангелочек, нежное и хрупкое создание. Время шло, он отсчитывал его палочками, точно тот узор на спинке кровати. Затем он нарисовал гномиху, а внутри нее звезду. Звезда росла с каждым рисунком, а гномиха как будто становилась меньше. Последний рисунок на всей этой стене был странным, хотя и остальные, мягко говоря, пугали. Упавшая звезда и гномиха, как ангелочек в небе.

«Погасла старая звезда…

Жизнь новую она дала,

И только ей благодаря

Восходит новая заря!» – пронеслись в памяти слова из сказки, и я повернулась, чтобы посмотреть на клетку со стороны.

Чего там не хватает? Подвесной люстры, как в доме, где не пользуются магией, обычно её вешали на специальный крюк под потолком, но здесь его нет, а вот углубление осталось. Так вот что имел в виду гном: великаны имеют свою силу с рождения, но могут начать ею пользоваться, только убив кого-то. Рыжеволосая красавица Лариса нашла выход из ситуации, но так и не смогла уберечь меня от убийства и той силы, что во мне дремлет.

– Клара! – позвал Игнат, и я будто бы очнулась от наваждения.

На ватных ногах подошла к нему, при взгляде на графиню к горлу поступила тошнота. Пока мы с ней каждый день мило болтали, она здесь гнила, как говорящий кусок мяса. Некромант посмотрел на меня обеспокоенно, затем глянул на Чебурека, которого я все ещё сжимаю в руках. Он сомневался только мгновение, а затем выхватил у меня животное.

– Что ты делаешь? – испуганно вскрикнула, когда он положил бедного кота рядом с телом графини.

– Ее тело слишком повреждено, мне не спасти его, – решительно сказал он, попутно занимаясь чем-то похожим на подготовку к ритуалу. – Но если то, что осталось пересадить в другое тело, есть шанс ее спасти.

Игнат так воодушевлённо начал говорить, что я не смогла ему ответить, пока он не достал нож.

– Может не надо? – слабо предложила, отвернувшись и чувствуя, как тошнота подступила ко рту.

Он непонимающе оглянулся на меня, у него и мысли не было поступить иначе.

– Она говорила мне, что достаточно пожила, – пытаюсь подобрать слова, но они не подбираются. – Может, стоит отпустить ее на покой?

Меряет меня взглядом, а затем отмахивается, продолжая свое темное таинство.

– Мама не просто уйдет на покой, она исчезнет навсегда, от нее ничего останется, если я не сделаю этого! – упрямо заявил он, с трудом скрывая свою уязвимость.

Я не решилась больше протестовать, все же во мне тоже осталась привязанность к матери, она-то и тянет меня сейчас на дно. Опустилась на пол за клеткой и закрыла глаза руками, стараясь ни о чем не думать.

– Уже все, – теплая ладонь некроманта коснулась моей руки, и он показал мне замотанного в ткань кота.

Он, или она, это как посмотреть, с безумно умными глазами медленно моргал, свернувшись в комочек. Сделать из своей матери кошку, мне даже тяжело представить, что будет дальше.

– Эй, некромант, пообещай мне кое-что, – говорю, с трудом поднимаясь.

– Что, наглая моя? – едва заметно улыбнулся он так, что его усталость словно передалась и мне.

– Когда меня не станет, ты не превратишь меня в эту игрушку, – твердо говорю ему.

Он замирает, я почти чувствую его боль и делаю то, чего не стоило: еле заметно улыбаюсь, сводя свою просьбу к ироничной шутке.

– Ты точно не умрешь раньше меня, так что перестань говорить ерунду, – тепло улыбнулся мне, провел рукой по моим волосам, успокаивая меня.

– Это ещё почему? – наигранно дуюсь.

– Потому что я от твоих выходок точно скоро кони двину! – улыбнулся он, затем наигранно грозно добавил. – Напасть на крепость гномов, серьёзно?!

– Они сами напросились! – смеюсь, а затем становлюсь серьёзной. – Я люблю тебя.

– Я знаю, – отвечает этот наглец довольно, за что чуть не получает от меня нагоняя и потому быстро исправляется. – И я тебя люблю, моя вредная великанша.

– Мяу! – подтверждает кот в его руке.

Часть 20. Жизнь за жизнь

Игнат

Несколько лет спустя.

Как-то с самого утра день не задался. Куча докладов свидетельствуют о том, что нужно срочно отправляться в столицу, но желания в себе никакого не нашёл. Поймал себя на мысли, что в последнее время слишком часто задумываюсь о том, чтобы оставить свой пост и заняться куда более важными для меня вещами. Думаю, Вальтер даже не особо расстроится от этой потери. Все же свое обещание я выполнил — помог ему завоевать целую страну. Наводить в ней свой порядок он сможет без меня.

По крайней мере, я это надеюсь, как и на то, что после моего ухода он не будет