Окутанные тьмой - Элен Форт

Приблизив его к стволам сухих деревьев, что еще сто лет назад могли похвастаться своей внушительной кроной, я метнула кинжал, острие которого угодило прямо в грудь человека добровольно принявшему сторону тьмы.

– У бурных чувств конец предопределен. – Сплевывая кровь, улыбнулся Грегори, и как нив чем не бывало, изъял из своего тело кинжал.

– Как же ты меня достал!

Старик усмехнулся и в отместку кинул оружие в меня. Прогнувшись в пояснице, я чудом избежала попадания, острие пронеслось мимо виска.

Но тьма была явно не на моей стороне… Словно от рикошетив, кинжал вошел мне в плечо. Я вскрикнула. Остывшую почву, покрытую первым заморозком, окропили алые капли. Грегори ударил меня по щиколоткам ногой, и я свалилась.

– Ублюдок! – Выклюнула я, скидывая с себя старика, который уже во весь рот улыбался, предвкушая победу. Левая рука отказывалась подчиняться и тогда… я ударила его меду ног. Вероятность была мала, что это хоть как-то подействует, но… видимо даже будучи недотрупом это место являлось слабостью.

Не медля ни секунды, я прильнула к нему и вонзила несколько раз подряд кинжал в живот и грудь.

– Меня это не убьет, – плюясь кровью, хохотнул Грегори.

Верно, но причинит боль и знатно ослабит.

– Да. Но не обольщайся, будто я не знаю, как именно можно это сделать! – Стиснув зубы, прорычала я, поднимаясь на ноги. – Это тебе за мое прошлое! – Заехав ему ногой по лицу, я заставила стоящего на коленях Грегори покачнуться. Ухватившись за землю, он смог удержать равновесие. – А вот это… – я отрубила его указательный палец на второй руке, что он вытянул вперед, намереваясь погрозить им и сморозить очередную нелепицу. – За то, что провоцировал Ричарда и применял против него ангелику! Ну а это… – я замахнулась и снесла его поганую голову с плеч. – Это просто так. Для баланса и восстановления справедливости!

Его голова, с широко раскрытыми глазами и ртом, покатилась в сторону тумана. Тело принялось конвульсивно дергаться и извергать из себя кровь вперемешку с черным вязким веществом – той самой тьмой, что держала его в этом мире.

– И заметь, – я пнула заваливающееся тело, чтобы оно упало и перестало наконец-то дергаться. – В отличие от тебя, я даровала быструю смерть, без изощренных мучений!

Повернувшись к дымке, что снова сгущалась вокруг меня, я ощутила уже знакомое чувство левитации.

Открыв глаза, я оказалась в конюшне. Благо лошадей вывели или быть может те сами убежали прочь, предчувствуя опасность.

Тьма забурлила, как жижа в котелке ведьмы, и обрело человеческое очертание. Существо, кому принадлежали те далекие от естественности руки, выпрямилось, взмахнуло плащом, что больше походил на струящийся морок, и скинуло капюшон. Под ним был некто отвратительный. Иссохший, подобно мумии, с выпученными глазами, заполоненными тьмой и резкими длинными волосами, сосульками падающими на его впалые серые скулы.

От него исходил зловонный запах жертв, которым когда-либо не посчастливилось пасть от его рук или рук подданных.

– Всему приходит конец, розелла. Я наигрался. Сражения оставляют глубокие рубцы, но не волнуйся, на твоем очаровательном теле больше не прибавится ни единого. Пора на твоем существовании поставить точку. Как в пьесе… Головокружительной, драматичной и тошнотворно романтичной. – Он взмахнул рукой, и я оказалась в удушливых тисках.

– В таком случае… Зачем ты вернул меня? – Ощущая, как шершавые, с длинными, острыми ногтями пальцы впиваются в шею, прошипела я.

– Вот тут я действительно оплошал. Ричард может быть очень убедительным. Не правда ли? Порой так заговорит, что ненароком всерьез начинаешь верить ему. Я думал, что ты его обычное увлечение… Думал, потешит свое самолюбие и бросит в канаву с перегрызенным горлом. А оно вон как обернулось… Ты дурно влияешь на моего Лорда. Тьма наделяет силами, но взамен нужна кровавая дань. А Ричард давненько перестал приносить ее. Хоть клятва темных нерушима, он нарушил ее. Так нарушу и я…

Я почувствовала, как острый ноготь вошел в кожу и все раны, малые и нет, новые и давние – засочились кровью… Боль пронзила мое тело. Даже шрам, что столетие назад оставил Грегори вспыхнул, и из него полилась чернота. Из груди вырвался крик, а силы мгновенно стали покидать меня. В глазах Темного Владыки волнами заструилась не только черная дымка, но и забурлили алые волны. Он питался. Неужели так просто я паду? Я хотела пошевелить руками, ногами, дать отпор, но тело больше не принадлежало мне. Давно забытое чувство нарастало во мне – мольба о скорейшей смерти.

Хруст разлетающихся в щепки дверей показался мне далеким и нереальным, но ощутимым стала заминка Темного. Он смотрела в сторону входа и мне удалось сделать тоже самое.

Одним взмахом руки Ричард распахнул закрывающуюся пред ним дверь. Черная дымка, служащая его накидкой со шлейфом, стелилась по полу и задевала стены. Глаза его горели черным пламенем, по коже расползались ветвистые вены, а острые клыки угрожающе сверкали из приоткрытых губ. Он издал рык, но уже не предупреждающий, как было с исчадиями тьмы, а угрожающе-обещающий.

– Ощутил новый прилив сил, Кровавый Лорд? Недурно. Неужто именно она послужила толчком? – Он махнул в мою сторону головой.

– Убери руки от моей жены! – Прорычал Ричард и в один прыжок оказался рядом.

Он наносил удар один за другим, в нем словно щелкнул клапан, контролирующий всепоглощающую, нечеловеческую злобу.

Темный глухо выдохнул, когда мой муж разорвал в клочья его грудную клетку. Воспользовавшись слабостью Темного Владыки, Ричард обернулся ко мне. Надкусив свое запястье он поднес его в моим подрагивающим, сочившимися кровью губам.

– Пей, иначе раны убьют тебя. – Я послушно вкусила предлагаемую кровь. – А теперь уходи! Уходи и не оборачивайся, что бы ни случилось.

Силы потихоньку стали возвращаться, тело вновь принадлежало мне, как и рвущиеся чувства, не желающие оставлять его одного.

– Я не брошу тебя! – Воскликнула я, цепляясь за руку Ричарда.

Ухватившись за свисающие куски своей плоти, Владыка шептал, рычал, от чего из его ладоней брызнула темная, вязкая тьма. Он размазывал ее по груди и раны тут же заживали.

– Канни, ты должна это сделать.

Я истерично принялась мотать головой, позволяя слезам бежать по щекам и падать на руки мужа.

– Ричард, прошу тебя…

Быстро притянув меня к себе, он запечатлел на губах поцелуй. Он был лишен нежности, но не переставал заставлять сердце трепетать.

– Хорошо. Только беги изо всех сил и помни, что я за тобой.

Двинувшись в сторону выхода, я обернулась. Ричард