Звезды без глянца - Мими Хэйр

Въезжая утром на парковку, я почувствовала: что-то изменилось. Мы с Люком провели весь уик-энд, валяясь на траве перед музеем «Гетти» и болтая ни о чем. Потом, гуляя по пляжу, мы ели рожки с мороженым, и он обещал научить меня ездить на мотоцикле, а я купила ему «Преступление и наказание» в «Бук-суп». Но нет, я не стала видеть окружающее в розовом цвете, как этого можно было бы ожидать. Меня насторожило, что перед входом столпилась куча журналистов. В самом же Агентстве царила атмосфера надвигающейся беды.

— Хосе, что происходит? — спросила я, подойдя к лифту.

— A-а, потом узнаешь, — сказал длинный Хосе с очень серьезным выражением лица.

— Хосе, ну ты же в курсе всех событий! Ты предупредил меня о том, что Дэниел — дьявол. Мы оба знаем, что ты никогда не ошибаешься. Так что же здесь происходит?

— Мы не можем сказать.

— Ты не можешь сказать мне, почему тут столько журналистов?

— Лизитта, ты сама все скоро узнаешь, — сказал другой Хосе и нажал для меня кнопку. И умолк.

— Неужели ни у одного из вас нет для меня ни слова мудрости? — Я чувствовала себя Алисой, оказавшейся в кроличьей норе. Все так внезапно переменилось! Никто не занимался тем, чем ему положено было заниматься, и даже Хосе, блюстители стандартов, которые всегда знали, как должно быть, сегодня были какими-то не такими. Я хотела назад, в свой привычный мир. — Хосе, ну скажите хоть что-нибудь!

— Лизитта, нам нечему больше тебя научить, — сказал длинный Хосе и потрепал меня по плечу, провожая в лифт. Червячок у меня в желудке успокоился. Лифт довез меня до моего этажа. Мое отражение в зеркале осталось прежним — та же, с мрачным лицом, блондинка, в тех же черной юбке и жакете, с той же сумкой через плечо, нагруженной сценариями от Виктории. Но что-то изменилось! Что-то определенно здесь происходило!

Шагая вдоль широкого, ярко освещенного коридора, я была прямо-таки оглушена беспрестанным трезвоном телефонов секретарей. Звуки эти были похожи на взбесившуюся компьютерную игру. Словно удаляемые сообщения Скотта посходили с ума.

«Извините, мы пока не можем давать комментарии» — эта фраза была рефреном странной лебединой песни. Я обернулась, чтобы посмотреть за стойку, но там было все как всегда: те же четыре девушки с изящной телефонной гарнитурой, суперпрямыми волосами и макияжем, куда более тщательным, чем у меня.

Лары за столом не было. Кортни и Талиты тоже. Сквозь стеклянные двери кабинета Майка я видела, что Кортни у него. И что, к моему великому удивлению, Талита разговаривает со своей начальницей, Гиги, чье беспрецедентное присутствие уже само по себе достаточное основание, чтобы бить тревогу. Они о чем-то совещались. Дверь Скотта была закрыта, и я уже хотела постучать к нему, чтобы узнать, не идет ли между ним и Ларой такая же беседа, но тут вспомнила, что между ними скорее идут тайные переговоры. Так что я вернулась за свой стол. На клавиатуре моего компьютера лежал лист бумаги: