Шрамы - Вера Холлинс

Моё сердце забилось быстрее, когда я представила, что Мейсен может испытывать ко мне настоящие чувства. Я глубоко вздохнула, но потом осознала, что это не имеет значения. Он не ходил на свидания, и Элай подтвердил мои мысли, сказав:

— У него никогда не было девушки, и он поклялся, что никогда не будет, но я бы хотел, чтобы это изменилось.

— Почему у него никогда не было девушки? — Спросила я.

Элай покачал головой:

— Я уже говорил тебе. Я не могу тебе этого сказать.

Я хотела попросить его поговорить на эту тему и поделиться своими личными переживаниями, но я не могла винить его за то, что он соблюдает кодекс братства.

— Хорошо, но разве ему никогда не бывает одиноко? — Спросила я.

— Ему действительно одиноко, но он никогда не признается в этом, и я не знаю, как ему помочь, — ответил Элай.

Одиночество. Я никогда не думала, что Мейсен может испытывать это чувство. Он всегда был окружён друзьями и получал много внимания в школе, и многие девочки, вероятно, отдали бы всё, чтобы быть с ним. И всё же он был одинок.

Как и я.

Когда пришла моя очередь играть, я полностью погрузилась в свои мысли и выполняла все действия автоматически. Я была настолько погружена в размышления, что, когда позже направлялась в ванную, чуть не столкнулась с Мейсеном, который шёл в свою комнату.

— Осторожнее, — сказал он, схватив меня за плечи, чтобы я не упала. Мои губы приоткрылись, и я взглянула в его глубокие синие глаза. Мой пульс участился, и я почувствовала, как слабеют мои силы. Его пальцы сжались на моих плечах, притягивая меня ближе, и я подчинилась, словно меня к нему привязала невидимая нить.

В этот момент входная дверь открылась, и в дом вошёл Даг. Мейсен мгновенно убрал руки с моих плеч и отступил на шаг. Я заставила себя улыбнуться, но сомневалась, что смогу скрыть свои чувства. Я была слишком потрясена этим притяжением, которое, казалось, возникло между нами так легко.

— Привет, дети, — сказал он и закрыл дверь, положив свой портфель на маленький столик рядом с дверью.

— Привет, пап, — ответил он.

— Рад снова видеть тебя, Мелисса. Как дела?

Я улыбнулась ещё шире, чтобы он не заметил, как его сын повлиял на меня во многих отношениях.

— Я в порядке, как и итальянская кухня. Как у вас?

Он улыбнулся.

— Со мной всё в порядке. Просто очень занят на работе, но это не ново. — Он похлопал Мейсена по плечу. — Я собираюсь немного отдохнуть. Увидимся, Мелисса.

— Увидимся, Даг, — сказала я, наблюдая, как он направляется в свою спальню. Я откашлялась, прежде чем посмотреть на Мейсена, который уже пристально смотрел на меня. — Я хочу тебя кое о чём спросить.

Он склонил голову набок, прислонившись плечом к стене.

— Продолжай.

— Давай на мгновение представим, что я могу тебе доверять. А ты можешь мне доверять? — Спросила я.

Он приподнял бровь.

— С чего бы это вдруг? — Спросил он.

Я переступила с ноги на ногу.

— Просто ответь мне, Барби.

— Я пытаюсь это делать.

Мое сердце сжалось. Я поджала губы и кивнула, сделав шаг в сторону, чтобы обойти его.

— Подожди, — окликнул он.

Я остановилась и заставила себя взглянуть на него.

— Что?

Он прикусил губу, погруженный в размышления. Черт, это было так волнующе.

— У нас есть способ научиться доверять друг другу.

Я нетерпеливо притопнула ногой. Он явно испытывал мое терпение.

— Пожалуйста, просвети меня.

— Мы можем наконец-то положить конец этой игре в кошки-мышки между нами.

— Что это значит?

— Это значит, что больше не нужно ненавидеть и отталкивать друг друга. — Он внимательно наблюдал за мной. — Ты можешь это сделать?

Удивительно, но мне было легко согласиться с этим. Казалось, что конец света приближается.

Однако это было невероятно странно, особенно когда он сел рядом со мной в кафетерии, и весь стол уставился на него. Блейк и Хейден обменялись странными взглядами.

— Значит, слухи верны, — сказал Хейден. — У вас двоих что-то происходит.

— Нет, — выпалила я, когда Мейсен сказал: Да.

Я уставилась на него. Что, черт возьми, он делает?

Он изобразил на лице непринужденную улыбку, ничуть не смутившись.

— Сатана не может оторвать от меня своих лап, — сказал он, пытаясь обнять меня за плечи, но я оттолкнула его руку.

— Ага, мечтай. У меня более чем достаточно мозгов, чтобы не прикасаться к тебе, — сказала я.

Мейсен ухмыльнулся.

— Не обращайте на нее внимания. Она просто слишком застенчива, чтобы признаться в этом. Она не может перестать восхищаться мной.

— Мел не может перестать восхищаться тобой? — Спросила Сара, переводя взгляд с одного на другого и поднимая брови. — Мы говорим об одной и той же Мел?

— Точно, — поспешила ответить я. — Он совершенно ненормальный.

— Ты не говорила этого в моей комнате, когда…

— Мейсен — лучший! — Провозгласила я, перебивая его, потому что точно знала, что он скажет дальше, и мне нужно было заставить его замолчать. — Он абсолютно заслуживает медали «Лучший парень на Плутоне»!

Веселье читалось на лицах Маркуса и Кевина.

— В его комнате, да? — Спросил Маркус.

— Это не то, что вы думаете, — сказала я.

— Ну да, ну да, — ответил Хейден.

Сара и Джесс не произнесли ни слова, но их понимающие улыбки говорили о том, что они уже представляют, как мы с Мейсеном поженимся. Я содрогнулась. Мне нужно было срочно разобраться в ситуации.

Как будто сцены в обеденный перерыв было недостаточно, Мейсен продолжал присылать мне забавные видео с кроликами в течение всего дня. Я поймала себя на том, что с нетерпением жду его сообщений. Для парня, чей мир сосредоточен на сексе, видео с кроликами казались милыми и забавными, и я поглощала их с большим удовольствием. Кроме того, я была слишком увлечена нашим «перемирием», чтобы сосредоточиться на своей работе, хотя это и не имело большого значения, поскольку вечер пятницы в доме престарелых проходил неторопливо, и у меня было больше свободного времени, чем обычно.

— Почему ты улыбаешься? — Спросила меня Сара, останавливаясь рядом со мной в коридоре перед гостиной.

Я оторвала взгляд от прыгающего кролика на экране и посмотрела на нее.

— Я выиграла в лотерею.

Сара прищурилась, глядя на меня.

— Правда, сейчас?

— Ага. Я очень богата и собираюсь на Гавайи.

В ее глазах появились морщинки от улыбки.

— Если бы