Гарем - Патриция Грассо

Тронутая его великодушием, Эстер сказала:

— Я думаю, что моя мать не откажется выдать меня замуж за неверного турка, но только чтобы все было сделано по церковному обряду.

— Я отправлю письмо в Англию твоей матери, — пообещал Халид, готовый сейчас обещать все что угодно своему Дикому Цветку. Но Эстер вдруг встревожилась:

— А если мать ответит положительно, но султан откажет нам в христианском венчании и отошлет меня обратно на родину? Что мы тогда будем делать?

— Только то, что ты захочешь. Выбери из двух одно — или возвращаться под крылышко матери, или навеки стать моей.

— Я люблю тебя, — подтвердила Эстер.

— О, моя сладкая! — не удержался от восклицания влюбленный турок и подтвердил свои слова действиями.

— А ты уверен, что я жду ребенка? — немножко невпопад спросила Эстер. — Как ты узнал?

— Омар докладывает мне ежедневно о твоем самочувствии. Все слышать и видеть — его обязанность.

Эстер покраснела, подумав, что маленький человечек отмечает в своем дневнике все естественные изменения ее организма.

Халид свистом подозвал Аргуса, и они втроем отправились с побережья через узкий и низкий лаз обратно в замок. Омар ждал их.

— Когда я проснусь, — обратилась Эстер к евнуху, — ты дашь мне два крутых яйца и свежую лепешку.

Омар, покосившись на принца, переспросил:

— Ты подразумеваешь, госпожа, два желтка?

— Нет! Два целых яйца, сваренных вкрутую.

— Но ты же брезгуешь белком.

— Я заставлю себя его съесть, потому что это будет полезно моему малышу.

Омар в изумлении округлил глаза и покинул супружескую пару с радостным чувством. Кажется, его мечта о собственном благополучии сбывается.

Эстер долго проспала после нежного расставания с мужем. Проснувшись, она решила выполнить всю положенную программу — съела два крутых яйца с лепешкой, позволила евнуху помыть и причесать себя и вышла в сад, чтобы вдохнуть свежего и целебного, от произрастающих там диковинных цветов, воздуха.

Она несла на руках маленького Кемаля, а сопровождали ее Омар и Аргус.

— Отдохни, принцесса, — Омар был заботлив, словно курица-наседка. — Если тебе прохладно, я сбегаю за шалью. И ребеночка стоило бы поплотнее укутать.

Эстер бросила на маленького человечка такой свирепый взгляд, что он тут же оторопел, будто пораженный ударом молнии. Эстер, став матерью одного уже родившегося и другого ожидаемого младенца, вышла из-под его опеки, и Омар с этим смирился. Ведь «рай простирается у материнских ног», он сам это неоднократно повторял.

Эстер уселась на мраморную скамью. Мир и покой окружали ее. Аргус устал от беготни и с высунутым языком вытянулся рядом с ней на земле.

— Ты меня никогда не предашь, дружище, — сказала она и погладила пса.

Как бы в ответ Аргус напрягся, вскочил и залаял.

В унисон ему крошка Кемаль завел свою песню в колыбели.

Какие вы, мужчины, шумные. Лучше я заведу себе с десяток дочек, пусть резвятся в гареме.

Но мужчина, дотоле скрывающийся в кустах, был осторожен, как тигр, и бесшумен, как пантера. За его спиной, повторяя его движения, пряталось нечто, завернутое в плотную кисею.

— О боже, кто вы? — воскликнула Эстер, увидев пришельцев.

— Приятный сюрприз для тебя!

Малик и Эйприл вступили на открытое пространство. А вслед за ними появился Халид. Он достал зареванного малыша из колыбели и несколько раз подбросил в воздух, чтобы горластый принц утихомирился.

Эстер бросилась в объятия Эйприл. Обе заплакали, но это были слезы радости.

— Ты что-то не очень торопилась меня навестить, — дразня кузину, сказала Эйприл.

— Естественно, зачем ты мне нужна? У наших кораблей разное плавание, — с истинно английским юмором откликнулась Эстер. — Как насчет мурашек в жару? Или Малик тратит все больше углей для жаровни?

Они посмеялись, а потом Эйприл спросила:

— Ты счастлива?

— Да. Зачем спрашивать?

Но Эйприл все же заметила слезинку, блеснувшую в глазах ее подруги.

— Мне тоже пришлось нелегко, но я быстро привыкла, — похвалилась Эйприл.

— Я за тебя рада, кузина, — отозвалась Эстер. — Я, как и ты, счастлива. Вот мой сынишка Кемаль, вот моя собака Аргус. Что еще нужно для счастья?

— Принц Халид-бек приглашает нас на угощение, — вмешался в разговор кузин Малик. — Продолжим наши беседы за столом.

В неприступной и мрачной крепости, названной Деничьей Башней, не было специальной комнаты для приема гостей. Поэтому дружеская встреча состоялась в скромном покое хозяина замка. Все расселись на подушках вокруг стола. Омар забрал младенца из рук Эстер.

— Лана позаботится о нем. Ей почему-то не терпится заиметь такого же, — с ухмылкой сказал евнух.

— Я собираюсь отправить письмо матери. Халид обещал, что оно будет доставлено в целости и сохранности в Англию.

— А что ты в нем напишешь? — Эйприл придвинулась поближе к Эстер, чтобы никто другой не подслушал ее шепот. — О том, как хорошо тебе на чужбине?

— Не совсем. По утрам меня мучает тошнота. И еще я очень скучаю по Англии, — искренне призналась Эстер. — Мне кажется, что наш остров отплывает от нас все дальше в океан. Халид обещал нанести туда визит и отомстить убийцам за смерть отца.

— Десять лет прошло, их уж, наверное, нет в живых, — резонно заметила кузина.

— Кто остался жив, тех Халид и отыщет, — с уверенностью в голосе заявила Эстер.

— Я должен отметиться подвигом, равным ее деяниям, — сказал Халид. — Моя супруга заслужила высший орден султана за храбрость. Она спасла от смерти свекровь, что не случалось еще в восточных странах.

— И западных тоже! — добавила Эйприл.

— Расскажи нам, как это было, — попросил Малик принца.

— Когда моя мать привела Эстер и Тинну на базар, наемный убийца бросился на нее с кинжалом, но моя жена просто рукой отвела смертельной удар.

— Посмотри! — Эстер не без гордости показала кузине следы ранений на руке. — Вот оно настоящее приключение!

— А если бы ты истекла кровью?

— То больше бы приключений не было, — беспечно ответила Эстер.

— А дальше моя жена угодила в самый центр дворовой интриги, — продолжил свой рассказ Халид. — Она, по глупости, затеяла игру в прятки.

— Почему по глупости? Мы часто играли в прятки в Англии, — возмутилась Эстер.

— Хорошо! — снисходительно улыбнулся Халид. — Мудрость натолкнула мою жену на мысль предложить султанским женщинам сыграть в прятки. Не зная расположения комнат в гареме, она очутилась там, где ей не следовало бы находиться, и услышала то, что там говорилось. В результате кто-то…