Грехи и грешницы - Сьюзен Одо

— Принесите еще выпивку, милочка!

Пристально посмотрев на мать, Линдсей презрительно фыркнула, повернулась и ушла прочь.

Боб Фуллер сидел молча, ошеломленный столь неожиданной и столь свирепой атакой со стороны жены.

Пока что ему нечего было сказать.

— Красивое платье, Сюзи, — вдруг заговорила, подавшись вперед, бабушка Сюзи, Элси. — Выглядишь просто ослепительно.

— Спасибо, ба, я купила его в «Харродз», — ответила Сюзи, обошла стол и поцеловала ее в щеку. Затем вернулась обратно и поцеловала мать.

— Утром наверняка придется расплачиваться? — прошептала Дорин.

— Что ж, — прошептала ей в ответ Сюзи, — думаю, оно того стоит. Пожалуй, за многие годы ты впервые так позабавилась!

Дорин усмехнулась:

— Ага. Почти пятьдесят лет я держала все это в себе. — И она забрала бокал у выросшей рядом официантки. — Здорово я поддала старому педику, а?

Сюзи только крепче обняла ее в ответ.

— Пойду потусуюсь, — выпрямившись, сказала она, натянуто улыбнулась отцу и ушла.

Впервые в жизни Боб Фуллер не сделал ей замечания вдогонку.

* * *

— Эй, Анна, ты в порядке?

Посмотрев на Карен, Анна слабо улыбнулась.

— Наверное, — ответила она, но, встретив вопросительный взгляд подруги, пожала плечами. — Если честно, я отвратительно себя чувствую.

— Твой игрушечный мальчик сбежал с куклой «Барби»?

Анна засмеялась, но тут же вновь посерьезнела:

— Нет. Я сама его отправила. Я… сказала ему, что у нас ничего не получится.

— А-а-а… — Карен подвинула стул и села. — Может, поговорим?

Анна улыбнулась:

— Как в старые времена, да?

— Угу. — Карен взяла ее за руку. — Ты не возражаешь?

Анна посмотрела на ее руку и покачала головой.

— Нет. У меня и в мыслях не было, что ты попытаешься меня совратить.

Карен усмехнулась:

— Прекрасно. Между прочим, ты не в моем вкусе.

Анна шутливо толкнула ее в бок.

— Так что? — спросила Карен. — Что случилось?

Анна вздохнула.

— Ох, даже и не знаю… Я просто посмотрела на них и…

— И что?

— Я слишком стара для этого, Кар. Мне давно уже пора было выйти замуж. И растить детей. Моя жизнь…

Черт побери, Кар, моя жизнь — это просто кошмар какой-то.

— Не правда, — наклонившись к ней, покачала головой Карен. — У тебя прекрасная жизнь. Я не имею в виду эмоциональную сторону, конечно. А остальное придет.

— Да? — Анна пожала плечами. — А когда? Я теперь уже ни в чем не уверена, Кар. Должно вроде стать легче, но не становится. Я хочу сказать, сейчас… Я с ума сходила от ревности, когда на них смотрела. Ревновала к тому, как он смотрел на нее. И только теперь поняла, что ревновала отнюдь не к ним обоим, а к ней. Просто завидовала тому, что у нее столько времени, чтобы сделать все, как положено.

Карен стиснула ее руку.

— Ну-ну…

Анна подняла взгляд:

— Я поняла, что хочу не его. Я поняла…

Она вдруг осеклась, глаза ее распахнулись — она смотрела так, будто увидела привидение.

— Что? — нахмурилась Карен, пытаясь возобновить разговор, но, так ничего и не добившись, повернулась, чтобы узнать, в чем дело. Оказалось, в проеме входной двери стоит какой-то мужчина.

Переведя взгляд на Анну, Карен с удивлением увидела, что та улыбается странной, неуверенной улыбкой.

— Каллум? — догадалась она.

Анна кивнула и нерешительно поднялась с места. Вот она уже пробирается сквозь толпу, вот мужчина двинулся ей навстречу… Посреди танцевальной площадки они встретились.

* * *

Даже не разглядев лица мужчины, Анна поняла, что это он. У нее перехватило дыхание, она сразу забыла обо всем на свете и только всматривалась в милые сердцу черты.

«Каллум», — пронеслось у нее в голове. Удивительно, как он сумел ее разыскать. Анну о чем-то спросила Карен, повторила вопрос, но она уже ничего не слышала. Кивнув, она двинулась к нему, и, когда увидела, что он пробирается ей навстречу, в душе ее затеплилась надежда.

Они встретились в самом центре танцевальной площадки — здесь почему-то никто не танцевал. Глядя друг другу в глаза, они молча взялись за руки. И вот уже он обнял ее за плечи, привлек к себе. Все было как во сне.

На миг Анна закрыла глаза, крепко-крепко прижавшись к любимому. Как будто не было вокруг ни музыки, ни толпы, одни они на всем белом свете.

— Знаешь, я скучал по тебе, — выдохнул он.

Она слегка отстранилась, желая еще раз взглянуть в эти такие родные глаза.

— Я тоже.

— Ну да? — проговорил он недоверчиво. — И еще… Я люблю тебя, Анна.

— Правда? — Ее голос звучал очень тихо; удивительно, как он ее услышал.

— И хочу жениться на тебе.

Закусив губу, она закрыла глаза, затем потянулась к его уху.

— Я люблю тебя, Каллум.

Он медленно повернул голову и нежно ее поцеловал.

И не успели их губы соприкоснуться, как по телу Анны пробежала волна желания.

— И? — спросил он, чуть отстранившись, чтобы видеть ее.

— Да, — кивнула она. — Я выйду за тебя замуж. И рожу тебе детей и…

Он прижал палец к ее губам.

— Я не просил…

— Не просил, — согласилась она. — Этого хочу я. Я была не права. Я… я все сделала не так. Я… — И она внезапно расплакалась.

— Что такое? — в замешательстве спросил он, погладив ее по спине. — Что я такого сказал?

— Нет, ничего, — ответила она, глядя на него затуманившимся взором. Это потому, что я счастлива. Никогда не думала, что могу быть так счастлива… снова счастлива.

— Вот и хорошо, — произнес он и снова ее поцеловал — на сей раз уже страстно, горячо; они порывисто прижались друг к другу, как в старые добрые времена.

* * *

Дженет стояла в глубине зала и слушала последние сплетни в изложении Линдсей. Правда, после недавних событий последних дней Дженет не очень понимала, о чем та говорит. Дженет все время вспоминала девичник, клуб, в который они пошли потом, встречу с Сюзи в цветочном магазине и, наконец, сегодняшнее утро и связанные с ним несбывшиеся надежды. «Странная штука жизнь, — думала она. — Раньше я думала, что она такая однообразная, а теперь… ну, теперь я не знаю, что и думать».

-..в общем, — продолжала Линдсей, — они поняли, что этот тип их наколол, только когда приехали домой.