Околдованная - Бертрис Смолл

Отем едва сдерживала слезы. Ах этот Карл Стюарт! Так же ловко умеет обращаться с дамами, как и ее любимый братец!

— Кажется, я возненавижу вас, сир! — прошипела она с легким оттенком прежнего высокомерия.

— Вы получите титул и дом, мадам, — с улыбкой объявил король. — Если Габриел возжелал вас, значит, должен жениться. Таким образом, вы станете герцогиней Гарвуд. Его дом хоть и находится на севере, по словам гостивших там, прекрасен.

— Нет! — упрямо возразила она.

— Ты примешь мои условия, Габриел? Женишься на этой прелестной плутовке, сделаешь своей герцогиней и увезешь от двора? — допрашивал король.

— Клянусь, сир, — ответил герцог.

— В таком случае все улажено, — обрадовался король. — Значит, я уплатил свои долги вам обоим!

— Я не согласна! — запротестовала Отем. — Ничего не улажено! Я никогда не стану женой этого человека! Я любила покойного мужа и выйду замуж только по любви!

— Очаровательное, но совершенно детское убеждение.

Браки прежде всего заключаются ради денег и власти. Герцог Гарвуд равен тебе по положению. У него прекрасный дом, где ты будешь полной хозяйкой.

— Он не женится на мне, узнав, на каких условиях выходят замуж женщины нашего рода, а я не соглашусь, пока эти условия не будут удовлетворены.

— Он может все обсудить с вашими братьями, мадам. Я сдержал слово. Вы, Гарвуд, можете получить мою шлюху. А вы, госпожа маркиза, обретете титул и дом.

К удивлению окружающих, Отем вдруг залилась смехом.

Что ей еще оставалось делать? Любовник перехитрил ее, да как ловко! Теперь ей не к лицу жаловаться! Придется смириться с волей короля и оставить по себе добрые воспоминания.

— Вы, сир, несмотря на мать-француженку, истинный Стюарт. Недаром Лесли из Гленкирка не ожидали от вас ничего хорошего, — с упреком произнесла она.

— Что это означает? — спросил король.

— Моя мать часто рассказывает, как ваш дед, король Яков, возвысил моего отца, тогда еще графа, дав ему титул герцога, и прибавил при этом, что лучшего подарка не придумать, поскольку ему он не стоит ни гроша. Надо сказать, у Лесли уже были замок и поместья. Вы же даже на титул не расщедрились, — бросила она.

Король и его компаньоны дружно посмеялись анекдоту.

— Значит, ты возьмешь герцога в мужья? — настаивал он.

— Если он согласится с условиями моей семьи, ваше величество. Вероятно, иного выхода у меня нет, если хочу получить титул и дом.

Ее отнюдь не радовал такой поворот событий, но Отем была достаточно умна, чтобы не гневить короля. Пусть лучше он останется ее другом! Если Гарвуд не согласится, а он для этого достаточно горд, вина ляжет не на нее. В таком случае она сама купит дом, и пропади пропадом все английские титулы!

— И, сир, молю еще об одной милости. Я предпочла бы ни за кого не выходить замуж до рождения ребенка.

— Думаю, это разумно, — кивнул Габриел.

— Вот как, милорд? — фыркнула Отем.

Король ухмыльнулся. Ему всегда нравился независимый характер Отем, но иметь такую жену… Боже упаси! Вряд ли Гарвуду придется по вкусу жизнь с такой женщиной, но, в конце концов, никто его не заставлял просить Отем в жены.

Зато сам он одним махом расплатился с долгами!

— Можете проводить госпожу маркизу в Линмут-Хаус, — повелел король герцогу и, взяв Отем за руки, прошептал:

— Кажется, настала пора прощаться, дорогая. Ты была восхитительна, и я благодарю тебя за щедрость. Вы навсегда сохраните дружбу Карла Стюарта, мадам. Известите, когда родится младенец. И помните, что вы обещали мне сына.

Как вы назовете его?

— Луи, — ехидно сообщила Отем.

Король расхохотался до слез. Немного придя в себя, он расцеловал ей руки и прошептал:

— Согласен, мадам. А ты, Габриел, отвези ее домой, пока я не передумал. Признаюсь, ни одна из моих любовниц не была столь забавна и остроумна.

Герцог предложил Отем руку, и та нехотя приняла ее.

— У меня барка, — сообщил Габриел, уводя ее из игорной комнаты. — Так будет удобнее, мадам.

— В таком случае пошлите слугу предупредить моего кучера, чтобы возвращался в Линмут-Хаус, — сухо попросила она.

Герцог кивнул и что-то сказал лакею, поспешившему выполнять распоряжение. Они вместе подошли к королевскому причалу. Лодочник привел барку, и герцог повел свою даму по сходням, усадив в крошечной каюте со стеклянными окнами. Под обтянутой кожей скамьей лежали нагретые кирпичи. На колени Отем опустилась лисья полость.

— Барка уже принадлежала дому, когда вы его получили? — осведомилась она.

— Совершенно верно.

— В таком случае это собственность моей прабабки. Гринвуд был ее домом, а она подарила его моей матери. Протекторат не имел права конфисковать его.

— Что ж, мадам, когда вы станете моей женой, дом снова будет принадлежать вам, и это, пожалуй, разрешит все трудности, — заметил он.

Отем поджала губы и замолчала, отдавшись плавному скольжению барки. Наступило время между приливом и отливом, и течение было спокойным.

Наконец она все же выдавила:

— Вы все равно не согласитесь на условия моей семьи — Вы уверены?

— Да, — злорадно прошипела она.

— Напрасно, — заметил герцог. — Я хотел вас с нашей первой встречи, когда вы были совсем девочкой и требовали правосудия за гибель вашей невестки и слуги. С тех пор ничего не изменилось, и я по-прежнему желаю вас. А я всегда добиваюсь своего.

— Посмотрим, — не растерялась Отем, хотя признание ее немного испугало Такого она от него не ожидала. Он никогда ничем не дал понять, что питает к ней что-то, кроме презрения.

— Я не люблю вас! — бросила она.

— Это придет, когда мы поближе узнаем друг друга, — заверил он.

Отем снова смолкла. Странный человек. Не похож ни на одного из всех ее знакомых мужчин.

Жизнь внезапно приняла новый оборот, и на этот раз непонятно, куда это приведет ее. Отем не слишком любила сюрпризы, но что поделаешь? Кроме того, он не примет условия ее семьи.

Или все-таки примет?