Коварная одержимость - С. Массери

рычанием он втягивает мой клитор в рот, и, не в силах сдержать стон, я запрокидываю голову, ударяясь ею о стекло. Мои бедра непроизвольно двигаются, но Стилу это безразлично. На самом деле чем сильнее я прижимаю свою киску к его лицу, тем активнее он втягивает мой клитор в рот. Стил проводит языком по самому кончику моего клитора, а затем царапает его зубами, и я, черт возьми, кончаю. Я выкрикиваю его имя, впиваясь ногтями в сиденье, а он продолжает ласкать меня, погружая свой язык в мое лоно и наслаждаясь тем, как мои интимные мышцы тут же сжимаются. От этого мое удовольствие становится еще сильнее, и меня накрывает волна блаженства.

– Вау, – бормочу я, откидываясь назад, а он улыбается и оставляет поцелуй на моей лодыжке.

Стил улыбается, внимательно рассматривая меня, а затем помогает мне снова занять свое место. Приведя в порядок платье и прикрыв мою наготу, он заводит автомобиль и возвращается на шоссе.

Некоторое время я не могу даже пошевелиться. Мы едем в тишине еще минут десять, прежде чем я наконец беру свои трусики, которые все еще висят на рычаге переключения передач. Под его смех я натягиваю их на место и поправляю платье сзади.

Черт побери.

Теперь я понимаю, куда мы направляемся – в ресторан на мысе. Я смотрю на Стила, и он улыбается мне.

– Что? – спрашивает он, и этот вопрос звучит так невинно, что не вяжется с самодовольной ухмылкой, которая появляется у него на лице.

Я улыбаюсь и выхожу из машины. Быстро смотрюсь в боковое зеркало, чтобы убедиться, что макияж не растекся от слез после минета, а прическа не растрепалась из-за того, что Стил держал меня за затылок. И вот я готова. Я беру его за руку и иду за ним, позволяя ему провести меня внутрь.

Мы минуем главный зал, а затем попадаем в помещение поменьше, где мы обедали в тот злополучный день. Я невольно замедляю шаг, и Стил обращает на это внимание.

– Не вздумай сейчас струсить, маленькая гадюка.

Это прозвище придает мне немного смелости. Я расправляю плечи и спускаюсь по ступенькам вслед за ним. Мы заворачиваем за угол, где нас уже ждут родители. Я резко останавливаюсь, и меня охватывает шок. Хотя теперь мы видимся чаще, я и Стил старались не приходить на эти семейные встречи вдвоем. Например, мама могла приходить с девочками, чтобы навестить меня в университете между занятиями, и иногда мы вместе ходили в кино, но это происходило в отсутствие Стила и Стивена. Стил же заходил к ним домой и общался с моими сестрами час или два, пока я была на занятиях или на репетиции. Мне было неловко встречаться со Стивеном, потому что я не знала, как поддержать разговор. Мой отец рассказал ему о нашей близости со Стилом, но я не поняла, как Стивен отреагировал на эту информацию. Возможно, он просто решил не придавать этому значения, а может быть, забыл или подумал, что это ложь.

Я сбрасываю руку Стила, которая кажется мне обжигающей, а он лишь смеется и снова обнимает меня за плечи.

– От этого тебе не уйти, – шепчет он мне на ухо. – Ты думаешь, что сможешь выйти за меня замуж, не рассказав об этом своей матери?

Я вздыхаю. Конечно, в его словах есть доля истины, но я надеялась избежать всех этих сложностей. Мы решили повременить с женитьбой до тех пор, пока Стил не станет знаменитым и пока мы не окончим университет, чтобы у нас появилась возможность переехать в шикарный дом в городе.

Поскольку я уверена, что Стил не думал, что я могу испугаться, то, вероятно, он просто не желал ждать так долго.

– Привет, дорогая, – говорит мама и, обойдя стол, обнимает меня.

Это очень похоже на то, как мы обнимались в прошлый раз вчетвером, когда полицейские угрожали посадить меня в тюрьму.

– Аспен. – Стивен тоже обнимает меня за плечи, и я напрягаюсь.

Когда он отпускает меня и отступает на шаг, мама разрывает объятия со Стилом, и мы все занимаем свои места. Я сажусь напротив мамы, а Стил – слева от меня, напротив своего отца.

Стил неожиданно берет мою руку и кладет ее на стол, демонстрируя всем блестящий бриллиант на моем пальце.

– Мы с Аспен решили пожениться, – объявляет он, и ни один из них не выглядит удивленным.

Я пристально смотрю на маму, и она, проявляя деликатность, изображает на лице тень смущения.

– Да, твой дядя следил за тобой по моей просьбе, – объясняет она свое поведение. – Не то чтобы мы тебе не доверяли, Стил, но…

Это так нелепо и забавно одновременно.

На самом деле, все забавно настолько, что я едва сдерживаю смех. Но стоит мне только хихикнуть, как сдерживаться становится невозможно, и я смеюсь так сильно, что мне даже дышать трудно. Слезы наворачиваются на глаза, и я смеюсь еще громче. Стил вторит мне, потому что именно из-за шпионских игр наши отношения стали рушиться. Отец Стила поручил мне приглядывать за его сыном, но это вызвало негативную реакцию со стороны последнего. Конечно, они нам не доверяют и никогда полностью не доверяли.

Наконец я перестаю смеяться, и Стил отпускает мою руку.

– Вы, ребята, ведете себя неразумно, – говорю я им, промокая глаза салфеткой. – Мы же взрослые люди.

– Мы просто хотим лучшего для наших детей, – объясняет Стивен.

– Безусловно, но вы не пытаетесь дать нам совет, как лучше поступить, а просто выражаете недоверие. Вы наблюдаете за нами со стороны, ожидая, когда мы ошибемся и сядем на задницы, а затем пытаетесь обвинить нас в этом.

Вероятно, Стил решил не поднимать вопрос о наркотиках. Этот эпизод остался в прошлом, но все еще вызывал боль в наших отношениях с его отцом. К тому же я отказалась от помощи специалиста, которого выбрал Стивен.

– Папа, ты хотел, чтобы Аспен уехала отсюда, из-за видео, которое я тебе отправил. Но это была фальшивка. Это я подсыпал ей наркотик и снял видео, чтобы дискредитировать ее, а ты поверил. Но ты не только хотел, чтобы она уехала из Краун-Пойнта, не закончив учебу, но и решил разрушить ее карьеру. Зачем?

Я сижу молча, удивляясь тому, что Стил решился признаться. Возможно, он просто решил показать свою коварную натуру, чтобы продемонстрировать, насколько нелепым было вмешательство наших родителей в нашу жизнь.

– Мой сын прав. – Стивен выглядит пристыженным и переводит взгляд с меня на Стила. – Я использовал тебя как оружие, Аспен, и очень сожалею об этом. Ночь с твоим отцом показала