По всем вопросам обращайтесь в дракона! - Наталья Сергеевна Филимонова

Вопль прорезал тишину, а стоило Ванечке брезгливо выплюнуть схваченное, как мужчина подскочил на месте, резко разворачиваясь. Из его руки при этом выскользнул тускло блеснувший предмет — и покатился в сторону кустов.

Женщина рядом с ним отшатнулась — и увидела горящие алым глаза в кустах. Так что ее вопль стал следующим.

И кому какое дело при таких обстоятельствах до маленькой руки, которая, высунувшись из тех же кустов, цапнула откатившийся в сторону предмет — и тут же втянулась обратно?

— Отвлеки их немного! — шепнула Лелька, уже торопливо уползая вглубь кустов.

Со стороны дорожки послышался шум. Кажется, кто-то бежит на крики. Отлично!

Осталось только незамеченной добежать до дома.

А также бросить в корзину с грязным бельем всю испачканную одежду, помыть руки, спрятать неизвестную штуку, улечься в постель…

И главное — сделать вид, что все так и было!

Глава тридцать первая

Чистосердечное признание смягчает

Илль

Хорошая штука — целительская магия. Остаток дня и ночь я проспала сном младенца, не слыша ничего вокруг.

Ни воплей под окнами целительского корпуса.

Ни развернувшейся чуть позднее там же загонной охоты.

Ни того, как ранним утром в целительский корпус приносили обморочных первокурсниц — одна, говорят, встретилась на дорожке лицом к лицу с адской гончей. Второй и третьей, слышавшим уже об очередном переполохе, что-то почудилось, и этого оказалось достаточно

Впрочем, обморок в СМАМ — не повод пропускать утренние занятия, так что девиц, подлечив, отпускали с миром. Одна, правда, говорят, шумно требовала обязательно выделить ей охрану. Желательно из боевиков посимпатичнее.

Старшекурсницы в обмороки не падали. Зато парочка девиц и еще двое парней явились сами — эти, то ли встретив чудовище на кривой дорожке, то ли, прослышав об охоте и решив отличиться, нашли-таки искомого монстра и, вместо того чтобы пленить его, с перепугу едва не покалечили друг друга. У кого ожоги, у кого обморожение… что характерно, покусанных не было.

Обо всем этом мне рассказывала веселая медсестричка — точнее, конечно, практикантка-целительница, которая снимала фиксирующие повязки с моей руки. У целительницы были задорные светлые кудряшки, выбивавшиеся из-под форменной бледно-зеленой косынки.

— Как она из-под купола-то вырвалась? Гончая эта? — что-то чудилось мне нехорошее во всей этой истории… может, у меня и паранойя разыгралась, но во всем, что касается монстрятника, мне чудится тень родной дочери.

— Так купол ночью отключился! — страшным шепотом пояснила целительница, округляя глаза. — И все разное говорят. Кто-то — что артефакты поддерживающие разрядились. Только их регулярно проверяют, там же монстры заперты! И одними решетками их не удержишь. Чудо еще, что только одна адская гончая на этот раз вырваться смогла. А еще говорят… говорят, что кто-то нарочно купол нарушил! Диверсант какой-то.

— Зачем? — я нахмурилась.

— А кто его знает! Может, внимание от чего-то отвлекал. Или напустить зверюг на кого-то хотел! Мало ли. А может, какую проверку на СМАМ натравить. В прошлый раз, когда зверье из монстрятника повырвалось, говорят, шуму было!

Про шум я помнила. Это мне тогда еще Малик объяснял, когда я удивлялась, почему вообще академию не закрыли, если опасные монстры на свободе гуляют… Обучение молодых магов, по словам джинна, вообще понятие с безопасностью несовместимое. А когда одаренных недорослей много на замкнутой территории, так или иначе регулярно случается что-то, угрожающее жизни и здоровью. В руках недоучек, случается, взрываются или устраивают потопы или ураганы даже безобидные бытовые артефакты. А уж говорить о безопасном обучении тех же некромантов или ведьм вообще говорить не приходится. Для сильного огневика и вовсе невозможно обеспечить безопасность даже если запереть его в каменном подвале — если вдруг он утратит контроль над собой, то и сам себя в том подвале успешно угробит.

В общем, по сути, ситуация была… не то чтобы штатной. Но и совсем уж невероятного в ней ничего не было. Ну, чудовища. Бывает. Главное, самых опасных переловить оперативно и за первокурсниками проследить.

И тем не менее, конечно, родители студентов всегда надеются, что их чадо в полной и абсолютной безопасности. И страшно возмущаются, когда вдруг узнают, что это не совсем так. Обычно всевозможные происшествия внутри академии в ее же стенах и остаются, не привлекая лишнего внимания. Однако скандалы нет-нет да случаются. Скажем, в тот раз, когда животные вырвались из монстрятника, это видели родители абитуриентов — а тут уж ничего скрыть было невозможно.

Мне тогда пришлось отвечать примерно на миллион гневных писем, а от проверки министерства образования мы отмахались и вовсе не иначе как чудом. Малик говорил, вменяемые чиновники тоже отлично понимают, что подобные инциденты в учебных заведениях магического профиля неизбежны, и если удается избежать смертельных случаев, выгораний и необратимых травм — это уже значит, что администрация учебного заведения вполне справляется. Тем не менее, реагировать на жалобы они все равно обязаны. А еще, если кому-то в министерстве вдруг чем-то не угодит Тей — или, вообще-то, любой другой глава магического учебного заведения — то сместить его всегда найдется повод, достаточно будет поднять все подобные случаи.

— Теперь, говорят, диверсанта ищут. Из своих же кто-то, чужие-то на территорию бы не зашли!

Глаза юной целительницы горели восторгом. Кажется, она себе навоображала уже целый детективный роман в трех частях. Или шпионский.

Уходить она не спешила, хотя с повязкой уже закончила. Как и выдавать мне рекомендации. Видимо, я последний человек, кому можно пересказать все свежие новости и сплетни. Для всей остальной академии это уже и не новости.

Я попробовала подвигать освобожденной рукой. А ничего, нормально двигается. И не больно уже совсем. Обожаю магию!

Диверсант. Почему-то мысль об этом вызвала смутное беспокойство.

— Гончую-то поймали?

— Неа, — девчонка мотнула головой, и кудряшки забавно запрыгали. — Сама вернулась! Только сначала, говорят, кладовую при столовой разгромила. Вынесла окно, пробралась через столовую в кухню, а оттуда и в кладовые. А в кладовой покрала цельный свиной окорок! Копченый. Так с окороком в зубах и вернулась.

— Их что, плохо кормят?

— Нормально их кормят! — тут же гневно опровергла целительница. — За ними там и следят, и ухаживают, и кормят всех этих тварей отлично!

За ними… точно! Гончих же две было. В одном вольере.

— А что, убежала только одна гончая? Их же двое!

Девушка