Записки для Пелле - Марлис Слегерс

– Конечно, сохранил. Ведь дедушка был героем!

Мама не ответила и довольно резко поставила ящик на место.

– Так, шурупы, которые ты ищешь. Помочь тебе поискать? – Она положила руку мне на плечо.

Я удивлённо кивнул.

Мы стали рыться в выдвижных ящиках. То и дело мама с задумчивым видом замирала с каким-нибудь инструментом в руках, будто надеялась, что кто-нибудь расскажет ей, для чего он нужен.

– Знаешь… – вдруг начала она. – Я не могу построить дом на дереве. Понятия не имею, как это делается. Но, может, вместе мы разберёмся. – Она утёрла простуженный нос рукой. – Я буду рада тебе помочь. А если не найдём эти шурупы, попросим у кого-нибудь совета. Кстати, может, нам стоит тут прибрать?

Она указала на вещи, которые мы снесли сюда в прошлом году. Сломанная кофеварка. Протёршиеся подушки для садовых кресел. Стул с провисшим сиденьем. Ржавая сушилка для белья и ещё всякая всячина.

– Раньше это всегда делал папа, тут было его святилище. Но теперь. Теперь сарай наш. Завтра позвоню в мусороуборочную службу, чтобы забрали весь негабаритный мусор. Всё, что нам больше не нужно, составим вон в тот угол. Помоги перенести стул.

Мы прибирались почти час, до тех пор, пока в одной половине сарая не выросла гора сломанных и старых вещей, а на другой половине не воцарился порядок. Все папины этикетки мы оставили на местах. У мамы на лице чернели грязные разводы. Она выпрямилась и упёрла руки в бока.

– Ну что ж! Снова чистота и порядок.

Она посмотрела на меня. Глаза её блестели, на губах играла довольная улыбка.

Вот только шурупы с лебединой головкой мы так и не нашли.

* * *

– Пелле! Да погоди же!

Эва, задыхаясь, бежала за мной по дороге в школу.

– Почему не зашёл за мной? Я тебя ждала!

Я пожал плечами.

– Прости. Думал, опаздываю.

Я искоса взглянул на неё, на её красные щеки и хмурые брови.

– Опаздываешь? Что за чушь, ты никогда не опаздываешь! Ладно, как выходные?

– Нормально. В субботу сыграл матч, ещё Финн заходил, а так ничего особенного. А, да, мы прибрали в папином сарае. А ты что делала?

– Мы с Карлом ходили в новую бургерную. Классное место! – Эва заулыбалась. – Суперстильное. На стенах большие экраны, можно весь вечер сидеть и смотреть кино, если хочешь. И у них есть вайфай, и чиллаут-зона, и…

– Не люблю бургеры, – соврал я. Лучше бы Эва оставила восторги о вечере с Тычком при себе.

– Чего? Что ты несёшь? Ты обожаешь гамбургеры!

– Раньше. Теперь нет. Я… э-э-э… думаю стать вегетарианцем. Или веганом.

Она остановилась.

– Ты? Ты же обожаешь мясо!

Я пожал плечами и, не дожидаясь её, зашагал дальше.

Целый день Эва то и дело бросала мне вопросительные взгляды. Всю большую перемену она просидела с Тычком и его дружбанами, хихикая над его шутками. Видно, у Тычка знатное чувство юмора. Никогда не замечал, что он любитель пошутить.

Финн дружески толкнул меня локтем.

– Ну что, погамаем после уроков?

Я покачал головой.

– Не, мне надо в строительный магазин с мамой.

* * *

– Шурупы с лебединой головкой, говорите?

Мужчина за прилавком страдальчески поморщился, будто ему самому в бок ввинтили шуруп. Почесав голову, он задумчиво повернулся к стене позади него. Вдоль неё стояли сотни выдвижных ящиков с гвоздями, болтами, гайками и шурупами.

Мама взглянула на часы. Мы, сразу как освободились, встретились у сквера и заторопились сюда. До закрытия оставалось пять минут. В нашей деревне не так много магазинов, но вот строительный есть. Я оказался здесь впервые и теперь удивлённо разглядывал выставленные товары.

У продавца были лохматые каштановые волосы. Он то и дело взъерошивал их и чесал макушку, будто подхватил pediculus humanus capitis.

– Шурупы с лебединой головкой, – пробормотал он и принялся один за другим выдвигать ящики и, качая головой, задвигать обратно. Через несколько минут он обернулся к нам.

– Вы уверены? Честно говоря, про такие я слышу впервые.

– Может быть, вы могли бы проверить в компьютере? – Мама указала на стоящий на прилавке ноутбук. Она расстегнула свою тёплую парку и сдула волосы с лица. Для парки день выдался слишком тёплым.

Продавец настучал что-то на клавиатуре и помотал головой.

– Нет. Таких не существует, как я и думал. Может быть, вы неправильно расслышали?

Я ковырял носком кроссовка пол. Именно так сказано в записке: шурупы с лебединой головкой.

– Может быть. – Мама со вздохом повернулась ко мне. – А что, если взять… э-э-э… другие шурупы?

– Для чего они вам? – поинтересовался продавец.

Я заметил, что глаза у него оливково-зелёные. А на подбородке шрам.

– Для д-д-дома на д-д-дереве, – выдавил я из себя. – Нужно п-п-постелить крышу. И п-п-повесить верёвочную лестницу. И для в-в-сего этого н-н-нужны шурупы с лебединой головкой.

Он задумчиво кивнул.

– А эти шурупы… Ты ими раньше пользовался?

– М-мой папа, к-к-кажется, пользовался. – Щеки у меня, наверное, уже стали красными, как мамины сапоги.

Мама положила руку мне на плечо.

– Они. Они с моим мужем строили домик на дереве. Чтобы его достроить, нужны такие шурупы. Муж сказал, надо использовать именно их.

– Может, он сам зайдёт? – предложил продавец, сконфуженно пожимая плечами. – Иначе я не смогу вам помочь.

– Это затруднительно, – ответила мама, застёгивая молнию на парке. – Он умер в прошлом году.

– Вот оно что! – Теперь краской залился продавец. – Прошу прощения.

Так странно! Когда говоришь кому-то, что твой отец умер, тебе отвечают: «Прошу прощения».

– Тут ничего не поделаешь, вы же не виноваты, что он умер, – сказал я, заметив, что мама сжала губы.

– Э… нет, – удивлённо отозвался продавец. – Но знаешь, что я мог бы сделать? Я мог бы как-нибудь зайти к вам, посмотреть, что нужно, чтобы достроить домик. Например. – Он снова почесал голову. – Завтра после работы.

– Не знаю… – нерешительно протянула мама. – Не хотелось бы вас утруждать.

– Мне несложно. И ты сможешь его достроить. – Он подмигнул мне.

Мама с сомнением посмотрела на меня. Я пожал плечами. По мне, так было бы очень даже удобно, если бы кто-нибудь взглянул на домик и посоветовал, что делать дальше.

– Ну хорошо. – Мама взяла с прилавка листок и ручку и записала наш адрес.

* * *

Мне предстояло принять важное решение. Первым делом достроить дом на дереве и только потом приняться за записку № 5 или развернуть её прямо сейчас? Я сидел с обувной коробкой на коленях и разглядывал содержимое.