Путешествие на айсберге - Андрей Усачев

– Остров! Впереди остров!

– Остров? – Капитан Мороз сверил местоположение айсберга по карте. – Никаких островов в радиусе трёхсот миль нет.

– Но я же видела…

Дед взял бинокль и с удивлением покачал головой:

– И правда остров. Откуда он мог здесь взяться? Свистать всех наверх!

Свистать Фуфик не умел, поэтому залаял своё любимое: «АВРАЛ».

Через минуту перед рубкой выстроилась вся команда:

– Что случилось? Опять учебная проверка?

– Вахтенная Брошкина обнаружила остров, – сообщил Дед Мороз. – Он прямо по курсу. Поэтому нужно быть предельно осторожными…

– Брошкина? – Все с завистью посмотрели на снегови́чку. Каждый мечтал открыть остров. А обнаружила Брошкина, у которой по географии никогда больше четвёрки не было.

Капитан распорядился на всякий случай всем заранее намазаться «Антизагаром» и подготовить спасательные лодки. Вместе с Чайниковым они рассчитали курс. Получалось, что если направление ветра и течение не изменятся, то уже примерно через час «Великий Устюг» окажется рядом с островом и пройдёт всего в сотне метров от него.

Путешественники столпились на носу. Бинокль передавали из рук в руки:

– Местами снег, а кое-где трава…

– Где трава?

– Видишь, зелёные пятна?!

– Ага!

– А видел, как блестит? Будто драгоценные камни…

– А вдруг это остров сокровищ?

– Подойдём ближе, разберёмся. – Капитан Мороз забрал бинокль и, когда остров стал виден невооружённым глазом, с облегчением выдохнул: – Это не остров!

– Как не остров? – зашумели снеговики. – А что же это?

– Мусор. – Дед вернул вахтенной бинокль и объяснил: – Такие острова называют мусорными. Волнами разный нетонущий мусор сбивается вместе, и если его много, то образуются целые острова…

– А ты такие острова видел?

– Нет, только слышал. На севере их пока нет…

– Это потому, что у нас на севере чистоту уважают, – сказала Рябинина.

– А я думаю, потому, что на юге туристов больше. Они кидают в воду бутылки, пакеты, всякую дрянь…

Мусорный остров оказался довольно больших размеров, километра два в длину и столько же в ширину. «Великий Устюг» подошёл почти вплотную, и путешественники с интересом разглядывали чуть колышущуюся на волне массу: деревья, палки, автомобильные покрышки, поломанные пластиковые столы и стулья, одноразовая посуда… Но больше всего было целлофановых пакетов и разноцветных пластиковых бутылок.

– А блестят красиво! – сказала Уголькова.

– Ага, – хмыкнул Мерзлякин. – Брошкина сделала блестящее открытие!

– Вот вам и остров сокровищ, – разочарованно вздохнул Морковкин.

Более того, остров оказался обитаемым. Когда айсберг уже почти прошёл мимо, кто-то заметил на кадке с засохшим фикусом чайку. Неподалёку на бамбуковой этажерке сидели ещё три.

Птицы тоже заметили путешественников и через минуту опустились на палубу.

– Привет! – сказала одна. Точнее, как выяснилось, один. – Меня зовут Джо. А это Натан, Ли и Винстон.

– Привет! – кивнула Гага. – Есть хотите?

Чайки нередко садились на «Великий Устюг», и их подкармливали остатками еды или пойманной рыбой.

– Нет, еды у нас полно, – сказал чайка Джо. – Люди столько жратвы выбрасывают, что и нам хватает, и рыба кормится. А вот закурить не найдётся?

– Мы не курим, – дружно ответили снеговики.

– И правильно, – кивнул Джо. – Когда привыкаешь, трудно бросить. У нас тут недавно прибило ящик кубинских сигар. Но вчера он закончился…

Узнав, что путешественники из России и плывут на айсберге в Антарктиду, Джо с восхищением сказал:

– Вы, русские, молодцы! Ледовый остров – это круто!

– Круто, – подтвердили Натан, Ли и Винстон.

– У каждого в этом мире должен быть свой остров, – продолжал Джо. – Остров любви, дружбы, ненасилия и изобилия. Но главное – быть свободным! Только свободная птица может увидеть красоту жизни. Понимаете?

Он собирался сказать ещё что-то, но чайка по имени Винстон заметил:

– Смотри, Джо, что-то плывёт… Может, ещё ящик с сигарами?

– Пока. – Чайки тяжело взмахнули крыльями и полетели обратно.

– Что-то я ничего не поняла, – пожала плечами Берёзкина. – Живут на помойке, а говорят о красоте…

Снеговики занялись работой и забыли про эту встречу. Но на следующий день мусорный остров неожиданно напомнил о себе. Ведёркин выловил несколько рыбёшек и отдал их вечно голодному Фуфику. Тот съел одну рыбу, другую… и вдруг закашлялся, захрипел. Ведёркин страшно перепугался и побежал в капитанскую каюту:

– Дедушка, Фуфику плохо. Я ему дал рыбу, а он… Может быть, рыба была ядовитая?

– Вряд ли. Скорее всего, костью подавился. – Дед поспешил на корму, где вокруг щенка уже собралась почти вся команда.

– Ну-ка открой рот! – Капитан Мороз сунул руку в пасть и извлёк оттуда непонятный предмет. – Что это?

Я без очков не разберу.

– Пробка. Написано «соса-сола», – прочитал Ведёркин.

– Не «соса-сола», а кока-кола! – поправил его сильно продвинувшийся в английском Пряжкин.

Фуфик тем временем оклемался и выглядел даже веселее обычного, так как оказался в центре общего внимания.

– Ты как, Фуфик?

– Нормально, только горло немного болит, – вилял хвостом вестовой.

– Вот это и называется экологической катастрофой, – сердито сказал Дед Мороз. – Люди выбрасывают пустые бутылки в воду, рыбы кидаются на блестящий пластик, думая, что это корм. А потом им давятся люди и собаки! Надо будет позвонить Снегурочке и попросить, чтобы она сообщила координаты острова…

– Кому?

– Есть специальные экологические службы, которые уничтожают такие острова: вылавливают мусор сетями, а потом вроде сжигают его.

– А может быть, не надо звонить, – попросила Синичкина.

– Почему? – удивился дед.

– Там живут четыре чайки: Джо, Натан, Ли и Винстон, – объяснила снегови́чка. – Если их остров уничтожат, где они будут жить?

– А если не уничтожить, то будет гибнуть рыба, люди и честные Фуфики! – сказала Берёзкина.

– Верно, – поддержал её Чугунков. – А эти помоечники найдут себе какой-нибудь другой остров.