Комиссар Гордон. Первое дело - Ульф Нильсон

Следы вели к большой сосне с дуплом. Узкий вход и просторная комнатка внутри. Сюда бельчонок всю осень таскал орехи. И собирался всю зиму их есть.

Но часть орехов пропала.

- Залезайте, смотрите сами! - возмущался бельчонок, сидя в дупле.

- Нет, - сказал комиссар. - Я… Я… хм… предпочитаю не лазить по деревьям.

- Вон сколько украдено! - кричал бельчонок, бешено размахивая лапами.

- Ой, - сказал комиссар. - Ой-ой.

Комиссар сразу понял, что происходило на снегу под дуплом. Обнаружив пропажу, бельчонок бегал взад-вперёд, туда-сюда - сперва немного туда, а потом немного сюда.

- Хм, - сказал комиссар и склонился, чтобы получше кое-что рассмотреть.

- Это следы вора? - спросил бельчонок.

- Нет, я думаю, это… хм… застывшая слеза. Ты плакал, когда обнаружил пропажу?

Бельчонок молча кивнул.

- Ты здесь живёшь? Бельчонок помотал головой. Живёт он в другом дупле. А сюда, в кладовку, он приходит пересчитывать орехи. Так, на всякий случай.

- И часто ты пересчитываешь?

Бельчонок пересчитывал каждое воскресенье.

- Хм, - сказал комиссар. - Тогда кража могла иметь место несколько дней назад. Земля покрыта свежим снегом, поэтому следов вора не видно. А много ли у тебя таких тайных кладовок?

Бельчонок кивнул: много.

- Теперь, чтобы не мёрзнуть, тебе лучше пойти домой. А я займусь слежкой. Ни о чём не тревожься, дорогой бельчонок!

Бельчонок ушёл, но скоро вернулся - отдать носовой платок. Комиссар положил в него замёрзшую слезу. И бельчонок ускакал.

Комиссар сел на снег и стал караулить. Посматривая на дупло строгим взглядом, он размышлял.

Белки немного рассеянны, думал комиссар. Они всё забывают, и им не всегда можно верить.

Однако этот бельчонок, пожалуй, говорил правду. Кто-то действительно украл у него орехи, И не только у него.

За последнее время поступило несколько жалоб: от кедровки, от лесной мыши и от сойки. Все показания комиссар перенёс на бумагу и проштамповал.

Трудно поверить, что все эти животные такие уж растеряши. А значит, в лесу орудует серьёзный, крупный вор. И не кто иной, как комиссар Гордон, должен обезвредить преступника!

Однако всё, что он может сделать сейчас, - это строгим взглядом следить за дуплом. Жаль, что комиссар - единственный полицейский в отделении. С неба падал снег, и комиссар подумал о чае с кексами.

И тогда он посмотрел на дупло злобно.

Комиссар Гордон никогда ни на кого не смотрел злобно. Но на дупло вполне можно и разозлиться. Он опять подумал о кексах и о горячем-прегорячем чае. Снег всё падал, и комиссара совсем запорошило.

Потом он попробовал смотреть недовольно и требовательно. Но и это не помогло. Дупло так легко не сдавалось.

Комиссар подумал о горящем камине и о листочке с важными записями.

Потом он напишет в своём отчёте:

Слежка за дуплом.

Ничего не происходит.

Комиссар ненавидел сидеть в снегу и караулить. Тем более что от холода он не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой. Снега нападало столько, что комиссара уже не было видно.

В придачу он уснул.

Вдруг сквозь сон ему послышалось, что из дупла доносится какой-то звук. Вздрогнув, он проснулся и тут же открыл глаза. Внимательно посмотрел на дупло. А что, если его терпение будет вознаграждено и вор пойман?

В дупле что-то мелькнуло. Комиссар поморгал.

Мышь. Маленькая мышь. А в лапах - орех.

Ха, подумал комиссар. Вот он. Ворюга. Серьёзным крупным вором оказалась маленькая мышь!

- Стой! Именем закона! - ледяным голосом приказал комиссар.

Голос и впрямь был ледяной. Холодный и прозябший. Весь комиссар был холодный и прозябший.

Мышка резво спрыгнула на землю и пустилась наутёк.

- Я тебя поймаю! - завопил комиссар.

Тут-то он и понял, что примёрз.

ГЛАВА 3
Допрос подозреваемого.

Мышь исчезла. Комиссар Гордон видел только орех - он подпрыгивал и удалялся. Но комиссар не мог сдвинуться с места. И у него ужасно замёрзли пальцы.

- На помощь! Именем закона! - крикнул комиссар. А потом добавил чуть мягче: - Пожалуйста!

Орех перестал подпрыгивать. Остановился. И неуверенно двинулся назад.

Он приближался. Под орехом шагал юный мышонок.

- Добрый день, - сказал комиссар.

- Добрый день, - сказал мышонок.

Комиссара передёрнуло от холода.

- Помоги мне вылезти, пожалуйста.

Мышонок положил орех и начал смахивать с комиссара снег. Потом потянул за ногу.

- Ай, - сказал комиссар.

Тогда мышонок стал копать. Иногда он дул на свои тощие лапки, пытаясь согреть их дыханием. В конце концов ему удалось раскопать одну ногу.

Нога была мощная и вся в бородавках. Между длинными ледяными пальцами - синие от холода перепонки.

Мышонок содрогнулся и раскопал руку. Теперь комиссар мог копать сам,

- Этого я в отчёте писать не стану, - сказал комиссар и откашлялся. - Что я вот так вот примёрз…

- Я очень проголодался, - сказал мышонок. - Можно я съем свой орех?

- Да, пожалуйста, - сказал комиссар.

Очень проголодался? - подумал он. В таком случае мышонок не может быть серьёзным и крупным вором. Ворюга, укравший сотни орехов, не бегает по лесу голодный. Да и какой из маленького мышонка крупный вор?