Сердце призрака - Лориэн Лоуренс

– Но как ты узнала, что с мисс Беа что-то не так? – не сдавалась я.

При звуках этого имени бабушка нахмурилась.

– Магия здесь ни при чём, дорогая. Всего лишь старая добрая интуиция. Откуда, по-твоему, она была у твоего отца? А теперь будь добра – достань перец.

Размышляя над её словами, я взяла с полки нужную баночку, но быстро забыла обо всём, с головой погрузившись в знакомый кухонный танец. Вместе с бабушкой мы приготовили ужин, и к тому моменту, когда она повезла меня домой, угрюмые тучи на сердце бесследно рассеялись.

Словно по волшебству.

Глава 8

Ночью мне приснился странный сон.

Я шла одна по Гуди-лэйн, а потом оказалась у пруда. Было раннее утро, солнце ещё не встало, по поверхности мутной воды стелился густой серый туман, и я даже натянула на голову капюшон худи.

Я выглянула из-за края голубой ткани и позвала:

– Ау! Здесь есть кто-нибудь?

Тишина. Я двинулась к берегу, чавкая кроссовками по грязи.

– Куинн! – раздался чей-то голос. Невнятный из-за расстояния, он был преисполнен отчаяния и показался мне смутно знакомым.

Сердце гулко забилось.

– Папа?

Затаив дыхание, я ждала ответа, и вдруг сквозь слои тумана прорвалось:

– Куинн!

– Папа! Я здесь!

Я замотала головой и зашагала на ощупь сквозь непроглядную тьму, пока не наткнулась на сухие ветви дерева.

– Папа? Где ты?

– Куинн!

Я хотела повернуться на голос, но кроссовки будто приросли к земле. Пруд окутало оранжевое сияние, а затем из воды появилась рука скелета, впилась пальцами в мою лодыжку и дёрнула. Заорав, я принялась лягаться и хвататься за траву, но рука продолжала тянуть меня в пруд. Я уже почти смирилась, что мне конец, но внезапно темноту пронзила мелодия, рассеяв морок, как поднявшееся из-за деревьев солнце.

Саундтрек «Бэтмена».

– Майк? – Взгляд заметался по сторонам. – Майк! На помощь! Сюда!

Мелодия становилась всё громче, пока мне не стало казаться, что гитара играет прямо над ухом.

И неожиданно меня осенило, что так оно и есть. Я медленно открыла глаза, сквозь сумрак проступили очертания комнаты. Мокрая от пота футболка прилипла к телу. А на тумбочке разрывался телефон. Я села и ответила на звонок.

– Майк?

– Прости, что поздно звоню, – прошептал он.

Я посмотрела на часы: одиннадцать вечера.

– Не слишком и поздно. Кроме того, я всё равно проснулась.

– Ты в порядке? Ты какая-то запыхавшаяся.

– Кошмар приснился, – призналась я, откинувшись на подушку.

– Тебе тоже?

– Ага.

Я притянула к груди Рэнди, плюшевого мишку, которого подарил папа, когда мне было три. Мишка и сейчас не покидал моей кровати, хотя я уже выросла из мягких игрушек. За годы тисканий коричневый мех заметно истрепался.

– Что тебе снилось? – спросила я.

– Давай поговорим о чём-нибудь другом? – дрожащим голосом попросил Майк. – Серьёзно, о чём угодно.

– Совершенно нормально, если ты переживаешь из-за старичков, – заверила я. – Я тоже вряд ли когда-нибудь забуду, что мы тогда видели.

Майк ничего не ответил, и в молчании друга было нечто такое, из-за чего мне отчаянно захотелось его обнять. Я вздохнула.

– Конечно, ты не хочешь об этом слышать, но я правда боюсь, как бы наши новые соседки не оказались старичками дубль два.

– Перестань, Паркер. Каковы шансы? Один на двести миллионов.

– Но помнишь, когда мы только начали следить за старичками? Меня не покидало странное ощущение в животе. Сейчас то же самое.

– Сверхбдительность.

– Дело в другом. Слушай, я понимаю, тебе страшно, но…

– Когда я говорил, что мне страшно?!

– Без проблем, Майк. И мне страшно. Но ещё я волнуюсь за Лекс. Похоже, она в беде.

Он тяжело задышал.

– В смысле?

– По-моему, они привидения, Майк.

Тишина.

– Лекс – сама не своя. Я им не доверяю.

– Не знаю, Паркер. Они не делают ничего подозрительного.

Я практически могла слышать щёлканье шестерёнок у Майка в голове. Зажав телефон между плечом и подбородком, я встала с кровати и побрела к окну. У Кэми было темно, как и в других домах, за исключением жилища Эбигейл. Её дом как раз был залит светом.

Прищурившись, я различила в панорамном окне гостиной всех леди в белом, наверное, работающих над проектом… И ахнула, заметив Лекс: она сидела, скрестив ноги, на белой кушетке и над чем-то хохотала. С начала «стажировки» подруги я ни разу не слышала её смеха. Почему мы больше не видим её искренних улыбок? Чем Эбигейл лучше нас?

У меня засосало под ложечкой. Из-за подозрений? Или страха? Я не могла точно сказать, но определённо нуждалась в ответах. И как можно скорее.

– Что ты собираешься делать на рассвете? – спросила я.

Майк хмыкнул.

– Надеюсь, буду спать. А что?

– Думаю, нам следует за ними последить. Ну… как тогда, через окно дома Беа.

Он застонал.

– И зачем, Паркер?

– Послушай, Лекс сейчас там, и я готова биться об заклад, что она останется у Эбигейл до утра. Неужели тебе не хочется выяснить, что на самом деле происходит?

– То есть ты предлагаешь вытоптать остатки розовых кустов Беа, просто чтобы поглазеть, как безобидные леди спорят из-за цветовых сочетаний? Паркер, одумайся. Где твоя логика?

– Хочешь логику? – рассердилась я. – Тебе нужны факты? Хорошо. Факт первый: рядом с леди в белом всегда холодно. Факт второй: на вечеринке рука Кэми стала прозрачной и неосязаемой, и стакан прошёл сквозь неё. Факт третий: соседки помешаны на Лекс. Факт четвёртый: у Эбигейл есть могила! Многовато странностей, не находишь? – Я плюхнулась на кровать и постаралась унять колотящееся сердце. – Можешь отрицать сколько угодно, но я тебя знаю, Майк Уоррен. Тебе тоже всё это кажется подозрительным.

– Не подозрительным. Любопытным, – уточнил он.

– Ладно, – фыркнула я. – Спи, если так хочешь. Я пойду без тебя.

– Плохая идея, Паркер.

– Почему? Ты же утверждаешь, что они безобидны.

– Верно. Они безвредные. Но это не значит, что ты должна за ними следить. – Майк шумно вздохнул. – По крайней мере, не в одиночку.

Я улыбнулась: он заглотил наживку!

– Тогда составь мне компанию.

– Идёт. Я согласился, но имей в виду, я не считаю, что ты права. Просто собираюсь уберечь тебя от неприятностей.

«Да пожалуйста».

– Увидимся в шесть, Робин! – И я прервала звонок, не дожидаясь нового раунда спора о том, кто из нас Бэтмен.

Я легла и уставилась в потолок в линиях и пятнах теней. Без голоса Майка мне снова стало холодно, стены начали смыкаться, вдавливая в матрас. В крови забурлила паника, и я крепко обняла