Правдивая история про девочку Эмили и ее хвост - Лиз Кесслер

По воскресеньям мама всегда спит допоздна. Она говорит, что даже у Бога был один день на отдых, а, значит, и у нее тоже может быть. Я не смею будить ее до тех пор, пока она сама не встанет, а происходит это обычно не раньше полудня.

Короче, я бродила по яхте, ожидая, когда же проснется мама. А вдруг она продрыхнет до вечера? Вот будет катастрофа! Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы мистер Бистон явился раньше, чем мы с ней поговорим. Так что придется нарушить Закон.

Я тихонько вошла в мамину комнату и уселась на дальний конец кровати.

— Мам, — позвала я громким шепотом.

Она не шевельнулась. Тогда я пододвинулась поближе и склонилась у нее над ухом.

— Мам, — повторила я чуть громче.

Мама приоткрыла левый глаз и тут же снова закрыла его.

— Четенадо? — пробормотала она.

— Вставай.

— Шточилось?

— Я хочу куда-нибудь пойти.

Мама застонала и перевернулась на другой бок.

— Я хочу, чтобы мы вместе куда-нибудь сходили. Тишина.

— Пожалуйста, вставай.

Она снова повернулась ко мне и разлепила веки.

— Мы никогда ничего не делаем вместе.

— Но почему именно сейчас? Дай мне поспать. И вообще, сколько сейчас времени?

Я быстренько отвернула будильник в другую сторону.

— Уже поздно. Ну вставай, мам. Пожалуйста. Перевернувшись на спину, мама протерла глаза.

— Похоже, ты от меня всё равно не отстанешь…

Я заискивающе заулыбалась.

— Иди. Я сейчас встану.

Я не двинулась с места.

— Ага, я выйду, а ты тут же снова уснешь.

— Эмили! Я сказала, что встану, значит, встану. А сейчас оставь меня в покое! И, если хочешь заслужить прощение, завари-ка мне чаю покрепче.

— Ну, и куда же ты так рвешься, что даже не дала мне выспаться? — поинтересовалась мама, откусывая кусочек тоста.

Я точно знала, куда мы поедем, — в Корабельную бухту. От нее ближе всего до Радужных Камней, если добираться по суше. Изучив автобусные маршруты, я отыскала автобус, который должен был довезти нас практически до места. Мы сойдем на остановке около побережья и немного прогуляемся по пляжу. Может, это как-то оживит мамину память.

— Хорошо бы уехать на целый день, прогуляться вдоль побережья, — как бы невзначай предложила я, запихивая в рот кусок тоста с мармеладом.

— А как же мистер Бистон?

— А что мистер Бистон? — я едва не поперхнулась.

— Нам надо вернуться домой к трем. Мы же не можем бросить его одного.

— Ну, мам! Неужели нельзя хоть разок отменить ваше свидание?

— Эмили, сколько раз тебе повторять?! Мистер Бистон наш хороший друг и очень одинокий человек. Ты прекрасно знаешь, что мне не хочется его огорчать. Вот он за все эти годы ни разу не отменил нашу встречу, и я тоже не могу поступить иначе. И не называй это свиданием.

— Какая разница!

Бессмысленно сейчас объяснять ей про этого «одинокого» человека. Да и потом, что я, собственно, знаю? Почти ничего. В горле у меня внезапно пересохло, так что я с трудом проглотила остатки тоста. Так или иначе, у нас хватит времени, чтобы добраться до бухты. А там, может быть, удастся совершенно случайно опоздать на автобус… В крайнем случае, еще что-нибудь придумаю. Должна придумать.

— Очень мило, — заметила мама, глядя в окно. Автобус, подпрыгивая на ухабах, катил по дороге, идущей вдоль берега моря. Еще немного, и он свернет в глубь материка. С этой стороны море казалось совсем другим, и я никак не могла решить, на какой остановке нам лучше сойти. Наконец я заметила вдали знакомое нагромождение скал. Здесь! Вскочив, я нажала на сигнал остановки.