Королевский тур - Эми Маккаллох

– Из-за дедушки, – я почувствовала себя совершенно ничтожной – мельче мыши.

– Но есть ещё эти двое – и их амбиции не так чисты. От него несёт химией и синтами – тошнотворный запах. А она только и делает, что считает про себя, во всем ищет выгоду.

Я поморщилась – нехорошо, если они услышат.

– Она Ищейка – это её работа. А он работает в лаборатории синтов. Но если вы скажете, я выслушаю вас наедине, – я обернулась к Зейну и Кирсти, набираясь отваги. – Вы можете вернуться в машину.

– Нет, Сэм. Мы можем тебе понадобиться. Кентавры обожают говорить загадками. Он не даст тебе прямого ответа, – возразила Кирсти.

– До сих пор он говорил прямо. Я должна попытаться.

– Я тебя не оставлю, – заупрямился Зейн.

– Это не тебе решать, – сказала я.

Он неохотно кивнул и пошёл к машине. Кирсти шла, то и дело оглядываясь, как будто боялась, что меня в любую минуту может поразить стрела. Я проследила, как они скрылись в дыму, и обернулась к Като.

Он разглядывал небеса.

– Что ты там видишь? – спросил он у меня. Я выгнула шею.

– Я вижу… чернильную тьму и яркие звёзды… слишком много, их не счесть.

– Хорошо, хорошо, – он прикрыл глаза. – Я знаю, что за предмет ты ищешь. И я могу видеть, где он скрыт прямо сейчас.

– Вы правда можете? – от волнения мой голос превратился в писк.

– Да. Я вижу, что он под тем же небом, что и мы с тобой. …

У меня упало сердце.

– И это всё? Книга где-то здесь, в степи? – ответ Като совершенно не помог. Мои мысли метались, как бешеные. Где среди этих бесконечных равнин могла быть спрятана книга – да так, что её до сих пор не нашли?

– Это не всё, – добавил он.

– Что ещё вы видите?

– В этом месте звёзды зажигаются по команде, но днём всегда царит ночь.

Я старалась дышать как можно глубже: только не поддаваться отчаянию!

– Звёзды зажигаются по команде, но днём всегда царит ночь. Значит, это не в степи?

– Не моё дело объяснять. Только говорить, что я вижу.

– Звёзды зажигаются по команде, но днём всегда царит ночь, – повторила я про себя. И повторяла это до тех пор, пока слова не врезались в память.

– А теперь я должен просить тебя и твоих спутников уйти. Вы и так пробыли здесь слишком долго.

– Пожалуйста… Неужели больше ничего? Вы могли бы назвать мне город? Приметы местности? Хоть что-то?

Он ответил мне немигающим взглядом, пока я не смирилась с услышанным. Ничего больше не будет. Я заставила себя кивнуть. По моему сердцу словно прошлись копытами, разбив его на мелкие осколки. Не знаю, чего ожидала. Может, того, что прабабушкина книга хранится где-то у Като в бороде. Глубокое отчаяние мешало даже усмехнуться собственной шутке. Я добилась совершенно невнятной подсказки – и на этом всё.

И время моё было на исходе.

Глава 26

Саманта

– Звёзды зажигаются по команде, но днём всегда царит ночь, – выпалила я, забираясь в машину. – Запишите где-нибудь.

– Что это значит? – спросила Кирсти.

– Это место, где спрятана книга.

– Ого, Сэм! Это даже не подсказка, а целый роман!

– О да. Обсудим его позже. Кажется, пора валить отсюда. Самое время!

Наше внимание привлекло фырканье, громогласное, как выстрел. Като с его последователями пропал, и теперь нас окружали другие, гораздо менее дружелюбные представители табуна. Их вожак уже демонстративно рыл землю копытом.

– Но куда нам ехать? – Кирсти вцепилась в баранку руля.

Пробираясь через кентавров, мы совершенно потеряли чувство направления, и понятия не имели, в какой стороне Надина деревня.

– Просто не стой на месте, – посоветовал Зейн. – Главное – смыться отсюда.

Кирсти завела двигатель и поехала прочь от кентавров. Я не спускала глаз с горизонта в надежде найти ту скалу, у которой мы встретили Солона, но праздничные костры (теперь их стало намного больше, и в качестве ориентиров они не годились) так дымили, что рассмотреть что-то было невозможно. От биноклей ночного зрения тоже не оказалось толка.

– Они же не станут нападать, если приняли наш подарок, да? – уточнила я.

– Такой была их традиция. Как сейчас – никому не известно.

Подсвеченные отблесками костров, кентавры пустились в галоп за нами вслед. Один из них, одноглазый, привлёк моё внимание кипящей, неудержимой ненавистью в единственном здоровом глазу. Другой прикрывала повязка.

Вдруг он остановился. А потом взвился на дыбы.

– Кирсти, газуй! – заорала я, когда весь табун ринулся в атаку.

У Кирсти от напряжения побелели костяшки пальцев, стиснувших руль, и машина, дергаясь и подскакивая на камнях, рванулась вперёд. Но куда бы мы ни повернули, повсюду натыкались на кентавров. Они кидались на нас из темноты и, кажется, пытались завести в центр лагеря. Нам оставалось лишь молиться о том, что впереди – путь к спасению, а не край каменного обрыва.

– Слева! – крикнул Зейн, и Кирсти едва успела вывернуть руль, избегая столкновения с новым табуном разъярённых созданий.

– С чего они так взбесились? – выкрикнула я.

– Виски! – проревела в ответ Кирсти.

– Они замедляются. Отстают! – проблеяла я дрожащим голосом, не отрываясь от заднего окна в страхе увидеть новые угрозы.

– Хорошо, – Кирсти по-прежнему неслась во весь опор. По мере того как мы углублялись в Великую Степь, кентавры исчезали в ночи. Теперь за нами следил лишь один из них. И хотя его лицо было скрыто в тени, я не сомневалась: это тот, одноглазый. И ухмылялся он очень злорадно.

– Тебе не кажется, что они куда-то нас направляют? – спросил Зейн у Кирсти. – Почему они отстали? Они же легко могли нас поймать – для них эта скачка – не более чем развлечение.

– Откуда я знаю? Может, им надоело играть.

– А вдруг они гонят нас в сторону дневника Клео? – предположила я.

– Вот уж не думаю, – сухо ухмыльнулась Кирсти.

– А мы едем туда, куда надо, или как ты думаешь?

– Без понятия. Оторвёмся от них как следует и встанем на ночёвку. Заодно посмотрим, что с компасом.

Я кивнула. В сложившейся ситуации лучше и не придумаешь.

Мы ехали уже около часа, когда Кирсти затормозила у каменной осыпи, за которой нельзя было укрыться даже от ветра. Небо уже начинало светлеть, и на отдых оставалось совсем мало времени.

– Сэм, – наклонился ко мне Зейн, – тебе лучше спать в машине. Там можно устроиться не хуже, чем в палатке.

Я не стала жаловаться – под защитой металлического корпуса машины спаться точно будет крепче.

Я почистила зубы и залезла в спальник, разложенный на заднем сиденье.

– Твоя смена первая, – услышала я слова Кирсти, обращённые к Зейну. – Потом я, потом Сэм, – у них были палатки-автоматы, надувавшиеся воздухом. Кирсти заползла в свою, и я порадовалась, что у неё есть возможность отдохнуть.

Странно, но сама я не чувствовала усталости. Звёзды казались живыми на ночном небе, таком высоком и глубоком, что здесь, внизу, сама себе я казалась пылинкой на необъятных просторах вселенной. Как ни странно, это успокаивало.

– Не против, если я присоединюсь? – это Зейн прислонился к машине.

– Конечно нет, – я потеснилась, впуская его внутрь.

– Не спится? – поинтересовался он. Я положила ноги ему на колени и оперлась спиной о противоположное окно.

– Не совсем. Слишком много мыслей. Не могу отключить мозги.

– Из-за дедушки?

– Ага. И это странно. Уже целую вечность не работала в мастерской. Сначала закрыли лавку, а потом мы уехали… – «В следующий раз, когда я сяду за стол, это зелье спасёт моего деда», – мысленно поклялась я.

– Знала бы ты, как тебе повезло.

– Ты о чём?

– Как бы сказать… Посмотрев на то, как ты работаешь… Я теперь сомневаюсь, что работа с синтами – моё призвание. Даже в качестве Главы отдела смешанных зелий, – судя по тону, это напыщенное звание совсем его не радовало.

Я прижалась к нему теснее и взяла его за руку.

– Но как же твой шикарный кабинет и всё такое?

– К чёрту кабинет, – выпалил он с неожиданной яростью. – Я хочу, чтобы было как у тебя. Увлечься чем-то. Гореть тем, что делаю. Чтобы каждое утро хотелось бегом вернуться к работе.

– Поверь, я далеко не каждое утро бегом возвращаюсь в мастерскую… а иногда и вообще предпочитаю проваляться в кровати.

Он жалобно улыбнулся.