Последняя битва - Брайан Джейкс

— Ну-ка выйди оттуда, чтобы я мог видеть твою бесполезную шкуру.

Кошмарина поспешно повиновалась, вскрикнув так, что в пещере раздалось эхо:

— Есть, сэр, капитан Свирепый Глаз, слушаюсь, сэр!

Свирепый Глаз выглядел несколько разочарованным.

— Эта делает все, что ни скажешь. Даже неинтересно. Она, должно быть, знает, что не может обогнать стрелу.

Рвущий Клык сел обратно к костру:

— Откуда ты знаешь? Ты что, пробовал? Попробуй!

На физиономии Свирепого Глаза засветилась злобная усмешка. Он скользнул взглядом по стреле и крикнул Кошмарине:

— Эй, ты! Беги!

Очень быстро бежала Кошмарина, но стрела оказалась быстрей.

Свирепый Глаз выглядел обескураженным. Он опустил лук.

— Ты меня заставил это сделать. Я не хотел ее ухлопать. Что скажет повелитель? Он может отправить меня самого за ней вдогонку.

Рвущий Клык игриво пихнул брата.

— Да не бойся! Смотри и слушай. Фрол, Гроддил, сюда, живо!

Перепуганная парочка принеслась и отсалютовала:

— Есть, сэр, капитан Рвущий Клык, сэр!

Рвущий Клык посерьезнел и сурово спросил:

— Слышали вы эту Кошмарину? Как она орала ужасные слова про его могущество? Слова, которые мы не можем повторить? Слышали?

Ивовая тросточка указывала поочередно на обоих штрафников, побуждая их к ответу.

— Так точно, капитан Рвущий Клык!

— Мы оба слышали, капитан Рвущий Клык! Рвущий Клык усмехнулся и повернулся к брату:

— Ну как?

Тот тоже заулыбался, когда до него наконец дошло. Тут ему в голову тоже пришла идея.

— А видели, как она напала на меня и на второго капитана, пытаясь удрать?

— Так точно, сэр, капитан Свирепый Глаз, сэр!

— Мы оба видели, капитан Свирепый Глаз, сэр!

Капитаны захихикали, как проказники, которым уже не грозит наказание. Рвущий Клык кивнул на труп Кошмарины:

— Привяжите к ней камни и спустите в пруд. После этого продолжайте поиски.

Гроддил почтительно поклонился:

— Для этого нужна веревка, капитан Рвущий Клык.

Свирепый Глаз с неудовольствием посмотрел на Гроддила:

— Так пойди и принеси веревку. И побольше. Чтобы можно было вас связать покрепче. Мы вас оставим здесь.

Нам, капитанам, нужен пристойный ночлег и жратвы по больше.

Гроддил притащил кучу веревок с одного из кораблей. К ночи Рвущий Клык, связав их, проверил узлы и пихнул связанных наземь.

— Хорошенько отдохните, чтобы завтра хорошо поработать. Ха-ха-ха!

Когда оба капитана удалились, Фрол сердито заворчал на Гроддила:

— За каким чертом ты приволок столько веревки, старый дурень? Я едва могу пошевелить усом. На что мы будем похожи утром?

Гроддил ответил еще более зло:

— Заткнись. Я не для того принес сюда веревку, чтобы нас ею вязали. Эти два придурка не знают, что я знаю. Есть выход из пещеры.

— Где?

— Скажу, когда перегрызешь Веревки. Давай, работай зубами, горностай. Нам нужна будет эта веревка, поэтому я и принес так много.

Гроддил затих. Они лежали спина к спине, но он слышал, как работали челюсти Фрола.

— И не возись всю ночь. Нам не протянуть больше двух дней без пищи! Мы освободимся этой ночью, иначе мы оба — трупы.

Унгатт-Транн тоже не спал в эту ночь. Его сны прерывала тень лорда барсука с громадным боевым мечом. Тень приближалась…

Несколько ранее, тем же вечером, Брогало и Дерви возвратились в пещеру. Жесткий с другими зайцами в нетерпении ожидали вестей. Но выдры вернулись без утешительных известий.

Командор стоял у костра, от шерсти валили клубы пара.

— Дождь ни на каплю не ослабел. Ветер крутит вокруг каждого камня на побережье и на горе.

Дерви подошел к своему командору, оба стояли у огня, потягивая горячий бульон. Не желая показаться дурно воспитанным или нетерпеливым, Жесткий выждал некоторое время, прежде чем задал вопрос:

— Зайцев не заметили, Брог?

— Извини, друг, ни следа. Как ни старались. Так, Дерви?

— Ой, старались, уж старались! Но видели только этот дождь, мокрые скалы и время от времени синюю нечисть.

Ни следа зайцев. Руланго еще не вернулся?

Фрукч подкинула в огонь дров:

— Ну, этот вернется, когда наестся. Он любит рыбачить в дождь.

Совершенно упавшие духом зайцы слонялись по пещере, поглядывая на вход, поджидая цаплю. Наступила ночь, и появился долгожданный Руланго. Брог погладил цаплю по шее.

— Ну наконец-то ты появился. Хорошо порыбачил?

Руланго несколько раз кивнул головой. Брог пощекотал его гребешок.

— Расскажешь что-нибудь?

Птица начала рисовать клювом на гладком песке. Жесткий подошел поближе, разбираясь в рисунке.

— Это берег, это море… А вот наша гора, посмотри,

Брамвил!

Старик Брамвил присоединился к Жесткому и восхитился:

— Здорово рисует, настоящий художник! Это Саламандастрон со стороны моря, сразу можно узнать. А это… это он сам, кружит в воздухе… Ага, кружок на горе… Это оконный проем вблизи от вершины. А что это за листочки, которые он нарисовал в окне?

Жесткий всмотрелся и тоже не понял:

— Странные штуки. Не могу ничего понять.

Однако Брогало сразу и без колебаний заявил:

— Ребята, что же вы, своих ушей не видели? Это длинноухие в окошке. Хорошая птица, молодец, нашел, где Транн запер зайцев. Так?

Цапля усиленно закивала головой и проследовала в угол, где и замерла, поджав одну ногу.

Блинч рисунок не понравился. Ведь окно было так высоко! Как туда забраться?

Жесткий поскреб усы и закусил губу. Что же делать? Этот вопрос мучил зайца, и он повторил его вслух.

Троби мрачно щурился, уставившись в огонь:

— Невезуха, братцы… Проклятущий запер их чуть не в небе… Как бы, во имя страданий всех салатов, туда добраться… как туда добраться… Как добраться… добраться… браться… братцы… братцы…

Матушка Фрукч умоляюще посмотрела на сына:

— Ну скажи, что ты можешь помочь, Брог…

Командор закрыл глаза:

— Я, мамуля, попытаюсь, но не доставай, пожалуйста, свой платок и не начинай разбавлять бульон слезами, а то я не смогу ничегошеньки выдумать. Давайте хором помолчим, а я подумаю в одиночку.