Пес спешит на помощь - Кристина Нестлингер

Первый дом в ближайшей деревне оказался школой. Пёс обошёл здание и посветил фонариком в окна. За одним окном был класс с доской и партами, за другим — тоже, за третьим — туалет, за четвёртым — комната с письменным столом и стулом. Вахтёрки со спящим на койке сторожем в школе не было. Зато было открытое окно в коридоре на задней стороне.

— Раз тут нет ни одной живой души, — сказал себе Пёс, — то и разрешения спрашивать не у кого. Придётся зайти так.

Пёс выбрал для ночлега комнату с письменным столом, потому что на полу было мягкое ковровое покрытие. Он устроил себе лежбище под столом, положил под голову рюкзак и укрылся шерстяным шарфом и пальто.

Засыпая, он думал: «Я, конечно, не имею права здесь находиться, так что утром надо будет смыться ни свет ни заря. А то учителя вызовут полицию, и меня посадят в тюрьму».

Но вышло всё по-другому. Пёс проспал и свет, и зарю. Проснулся он от оглушительного дребезжания. Это был звонок на урок. Пёс несколько секунд оправлялся от испуга, а потом осторожно высунул нос из своей подстольной пещеры. Дверь в комнату оказалась открыта.

Перед дверью в коридоре толпа детей окружила большого Медведя.

— Господин директор, придёт сегодня новый учитель? — спросил один ребёнок.

Медведь ответил:

— Мне обещали, что придёт. Но поскольку уже восемь часов, а учителя редко опаздывают на уроки в свой первый рабочий день, то, видимо, у них опять что-то сорвалось!

Пёс подумал: «Главное — неслышно выбраться отсюда. Сейчас сигану в окно!» Он подхватил свои вещи и тихонько вылез из-под стола.

Поясница у него по-прежнему не гнулась. Пёс хотел на цыпочках прокрасться к окну. Вообще-то он был мастер красться бесшумно. Но не с больной поясницей! Пёс неловко ступил, покачнулся и задел сумкой стол, а чемоданом — стул. Раздался грохот. Медведь обернулся, увидел Пса и зашагал к нему, радостно восклицая:

— А, так вот вы где! Добро пожаловать, коллега!

«Он меня принимает за нового учителя», — подумал Пёс. Но возражать не стал: лучше, чтоб тебя приняли за нового учителя, чем за грабителя.

— Школа у нас карликовая, сказал Медведь.

— А дети вроде нормального роста, — ответил Пёс.

— Ха-ха, да вы шутник, коллега! — засмеялся Медведь и похлопал Пса по плечу. — Отлично, мне нравятся учителя с чувством юмора. Ваш предшественник был брюзга. И поэтому лежит теперь в больнице с разлитием желчи.

— Бедняга! — побормотал Пёс.

В чём Медведь увидел шутку, он так и не понял.

— Вы каких предпочитаете? — спросил Медведь.

— Мне всё равно, — ответил Пёс, поскольку снова не понял, что Медведь имеет в виду.

— Тогда давайте я возьму больших, а вы берите маленьких, — предложил Медведь.

— Хорошо, — откликнулся Пёс, по-прежнему ничего не понимая.

«Там будет видно — каких больших и маленьких», — подумал он.

— Брюзга тоже вёл младших четыре класса, — пояснил Медведь.

Теперь Псу стало ясно, о чём речь.

— До какого места в программе успел дойти мой многоуважаемый коллега? — спросил он, ужасно гордый, что сумел сочинить такую солидную, правильную фразу.

Медведь задумался.

— Да как вам сказать… Первый класс проходил счёт, второй — таблицу умножения, третий — умножение двузначных чисел, четвёртый — деление. Но дети всё это, наверное, уже забыли. С тех пор как Брюзга попал в больницу, мы с ними только песни разучивали. Я же не могу вести уроки в восьми классах за раз!

Медведь привёл Пса в класс. Там за партами сидели двадцать детишек. Самые маленькие сидели в первом ряду, немного побольше — во втором, ещё побольше — в третьем, а самые большие — в четвёртом.

— Это наш новый учитель, — сказал Медведь детям. — Не обижайте его!

И вышел из класса.

Пёс уставился на детей. Дети уставились на Пса.

Пёс откашлялся.

— Будем знакомы, я — Пёс! — сказал он.

— А я — Анна, — сказала девочка в первом ряду.

— Очень приятно! — Пёс поклонился Анне.

— Я — Пётр! — крикнул мальчик с последнего ряда.

— Очень приятно. — Пёс снова поклонился.

— Врёт он! — крикнули две девочки с третьего ряда. — Он не Пётр вовсе, а Игнат.

— Если он хочет быть Петром, — сказал Пёс, — я ничего не имею против!

— Тогда я хочу быть Кармен! — сказала Анна.

— Рад познакомиться, Кармен! — отозвался Пёс.

Мальчик во втором ряду поднял руку:

— А если я тоже возьму себе новое имя, на какое имя вы будете проставлять четвертные оценки? На старое или на новое?

— Не люблю я оценки, — сказал Пёс.

— И что, у нас теперь оценок не будет? — удивился мальчик.

— Будут, к сожалению, — сказал Пёс. — До конца четверти Брюзга поправится, он и проставит.

— А у вас тогда можно ничего не учить? — спросил мальчик.

— Нет, учить всё-таки придётся, — ответил Пёс. — Нельзя ничего не учить. Если у меня тебе не придётся ничего учить, ты научишься тому, что у некоторых учителей можно ничего не учить.

Мальчик разинул рот от удивления и уставился на Пса. Пёс смутился. Поэтому он поспешно повернулся к другим детям и сказал:

— Давайте я вам перечислю, чему у меня можно научиться, а вы выберете, что вам больше понравится.

Тут все дети разинули рты и уставились на Пса.

— Или, может, лучше вы скажете, чему я могу у вас научиться? — Пёс обвел глазами класс.

Ни одна рука не поднялась.

— Ну что ж, — вздохнул Пёс, — тогда продолжим с того места, на котором остановился Брюзга.

Пёс, разумеется, прекрасно умел считать, умножать и делить. И таблицу умножения знал наизусть. Но как учить всему этому детей, он не знал. И уж тем более ему было невдомёк, как он должен одновременно объяснять одним одно, а другим — другое.

— Достаём тетради по математике! — сказал он, чтобы выиграть время. Эту фразу, вспомнилось Псу, всегда произносил в начале урока его школьный учитель.

Но у детей не было с собой тетрадей по математике. У них были только песенники, потому что в последние недели они с Медведем всё время пели.