Сделай это нежно - Ирэн Роздобудько

Набирает Петя в Интернете сведения о Наполеоне. Но не о том, что ему сегодня мозги пудрил, а о настоящем – императоре. И выпадают ему картинки – репродукции портретов знаменитого полководца и бесславного изгнанника в разном возрасте.

И видит Петя картину Поля Делароша: сидит его собеседник, ноги в белых лосинах и высоких сапогах расставил, взгляд тяжелый, «из-под бровей», вокруг – беспорядок, камзол скомкан. И так он похож на того, чья физиономия на экране маячила!

И о Джеймстауне – порте на острове Святой Елены, – о Лонгвуд-хаусе, окруженном стеной, есть.

И можно обо всем этом не думать.

Разве что сделать еще один прикол, так, для развлечения.

Хотя ничего себе – развлечение! Выводит Петя на скайпе одним пальцем имя Саши Ломаного. Того самого, о котором сегодня Ленька написал.

И думает про себя, что он скоро совсем рехнется, хоть на стенку лезь. Можно было бы, конечно, спиться, как нормальному человеку в его состоянии полной свободы и одиночества. Можно эмигрировать куда глаза глядят или просто путевку купить в Шарм-аль-Шейх. Можно пойти в какой-нибудь клуб, снять себе хорошую шлюху, деньги есть – «субару» подождет.

«Кликает» Петя на вызов, ждет. Звонки идут.

На экране возникает лицо Сашки – радостное и немного растерянное.

– О, старик! – кричит Петя. – Привет! Прикинь: Ленька – ну, ты его знаешь! – написал, что ты, что ты… Прости! Что ты ласты склеил! Прикинь, какой козел! Это ж надо так пошутить! У меня из-за этого весь вечер наперекосяк! Рад тебя видеть! Как ты?

– Привет, – говорит Ломаный. – Я тоже рад! Не ожидал, что ты меня вспомнишь…

Петя подумал, что, да, действительно, какой же он остолоп, почему никогда не звонил Саше. В школе они были не разлей вода! И, если честно, это он расквасил ему нос в той давней драке. Интересно, помнит об этом Саша, простил ли? Почему же никогда не спросил у него?

Как-то лет шесть назад случайно встретились в городе: «Как ты?» – «Нормально. А ты?» – «О’кей!» И разбежались в разные стороны. Словно не было тех кухонь с портвейном и гитарой, тех экзаменов по алгебре, когда они друг другу «шпоры» подсовывали и оба оказались за дверью – для пересдачи.

Что же за жизнь такая нынче – «нормальная»? Что означает это «нормально» и это «о’кей»?

Нормально – это два билета на автобус с работы домой, два жетона на метро.

А «о’кей»…

Ну что там еще: коплю на машину, есть работа. Пиво, сауна, тренажерный зал три раза в неделю, порнушка по вечерам.

И вот теперь Саша смотрит на него с экрана – лицо в тумане – и говорит, что не ожидал, что его вспомнят. И это уже что-то, а не это «нормально-о’кей».

– Ну что тут такого, – говорит Петя, – я тебя и не забывал! Просто такая карусель, сам понимаешь.

И он хочет рассказать другу о…

О чем?

Об испорченной пароварке?

О банке?

О клиентах своих, достигших большего, чем он?

О том, какую машину планирует купить?

Но говорить по компу – это ерунда, это не заменит живого хлопка ладони о ладонь.

– Давай на пиво! Говори – когда? Все брошу на фиг! – радостно кричит Петя.

Саша улыбается. Такой же рыжий-конопатый – почти не изменился. И когда-то расквашенный нос – «уточкой».

Смотрит на него Петя и понимает, что вот оно – главное и важное: стукнуть кулаком друг друга в плечо на углу Прорезной и Пушкинской.

А возможно, что-нибудь сделать вместе. Еще не поздно!

Скажем, была же у них мечта открыть придорожную кафешку с автозаправкой для дальнобойщиков. И чтобы там, вместо попсы, крутилась на «плазме» старая добрая голливудская классика: «Касабланка», «Пролетая над гнездом кукушки»…

Или – выкупить старый кораблик, оснастить его по последнему слову техники и дизайна.

Сделать на нем мини-отель для невест. Возить их после свадьбы пару дней по Днепру.

Чем не хорошая идея? Р-р-романтика! Сейчас свадьбы пышные, богатые, клиенты найдутся!

– Помнишь? – захлебывается от радости Петя. – А что? Два дня возим их вдоль побережья. Кухню и все коммуникации беру на себя, за тобой – техническое обеспечение. Два дня делаем свадебный круиз – два дня на уборку и отдых. Раскрутимся – возьмем парочку горничных и повара. Ну и маршрут может быть интересным, с выходом в море.

За спиной у Саши молочный туман.

Наверное, снег пошел.

– Ну так что, забиваем стрелку на завтра? Я отгул возьму! Ну его все к черту! – уговаривает Петя. – Работа – не волк! Жизнь проходит!

– Старик, – говорит Саша, – постой, старик. Как бы тебе объяснить…

Он жует губами воздух.

– Что – жена не пустит? – сердится Петя. – Работа? Заболел? Что мешает?

– И жена, и заболел, и работа… – жует губами слова Саша. – Но, знаешь, ты обращайся ко мне! Хорошо? Обещаешь? А?

Петя скисает, сдувается, как воздушный шарик, кивает.

– Ну-ну-ну, – успокаивает его Саша и подносит к экрану кулак: – А ну, давай, как раньше!

Петя медленно поднимает свою сжатую ладонь к самому экрану, упирается в стекло – в кулак друга. Это означает: мир, никто никому ничего не должен.

– Так-то вот! – улыбается Саша.

Он молчит, мнется, а потом тихо добавляет:

– И еще одно… Ты не шути так больше. Это оскорбительно для местных. Они хорошо знают друг друга…

– Ты о чем? – не понимает Петя.

– Ну… Тут один… Один чувак сказал, что ты выдаешь себя за Леонардо да Винчи. Я понимаю, конечно, что это шутка. Но они здесь к шуткам не очень… А Леонардо просто таки озверел!

Связь прерывается.

Петя сидит перед заставкой на экране. На ней – горы, море, одинокая пальма.

Переваривает услышанное, улыбается приятным воспоминаниям. Эх, жаль – не договорили.

О каком Леонардо речь, о Леньке, что ли?

Не проблема! Вспоминает Петя, что в старом блокноте, кажется, был домашний телефон Ломаного.

Точно – так и есть.

Набирает номер. Слышит длинные гудки. Наконец трубку берет какая-то женщина с сонным заторможенным голосом. Петя боится жен своих приятелей. Сашину он видел только на сайте в свадебном наряде.

Красивая такая.

– Простите, можно поговорить с Александром? – вежливо спрашивает Петя.

– Его нет… – отвечает заторможенный голос.

– А когда будет? – спрашивает Петя.

– Уже никогда! Никогда!! – кричит голос.

И трубка пищит и пищит Пете в ухо пронзительными гудками отбоя.