Сделай это нежно - Ирэн Роздобудько

А Юра смотрел в глубь квартиры и видел, как оттуда идет какой-то теплый голубой свет. Так хотелось пройти дальше: что там и как?

И вот теперь наконец Миша торжественно пригласил Юру в гости.

И не только его. Оказывается, ему разрешили собрать дома полкласса. Ведь девять лет – почти юбилей!

И торт будет не какой-нибудь, а из мороженого! И желе с фруктами. И что-то такое, название чего Миша не запомнил.

Юра с самого утра пребывает в волнении, ведь пока неизвестно, что он подарит другу.

Все – мама, папа и старший брат сидят себе, своими делами занимаются, на Юру внимания не обращают. Если бы у Юры были деньги, он бы побежал в магазин и сам что-нибудь купил.

А так приходится ждать решения взрослых. А они говорят: не переживай, будет тебе подарок, нашел проблему. Всем сейчас некогда: папа что-то чертит за столом, Стасик, брат, в наушниках сидит, мама на кухне возится.

Как не переживать, если эти «гости» – впервые в жизни? И не на пороге – а в самой середине, там, где голубой свет светится!

Миша друг хороший. Выходит во двор и сразу белые гольфы снимает, скатывает в аккуратные трубочки и в карман кладет и еще ладони о стену трет, чтобы чистюлей не дразнили. А потом, вечером, когда набегаются, снова гольфы натягивает, руки в луже моет и маленьким гребешком, который всегда у него в кармане, расчесывается на «косой пробор». Подмигивает Юре, мол, пусть о нем дома лучшего мнения будут! Ведь родители у Миши серьезные.

Папа – конструктор на каком-то заводе, его на машине возят, а мать, как идет через двор, всегда нос платком прикрывает – мол, от свалки очень пахнет, и не позволяет Мише карбид в лужу бросать. На это действо Миша только издалека смотрит – как этот карбид в луже шипит и пенится.

Может, набрать на стройке этого карбида, думает Юра.

Миша наверняка обрадуется.

Но что это за подарок? Может, велосипед отдать? Жалко.

А время идет и приближается к заветному часу, хоть плачь.

Наконец мама от кухни оторвалась, а папа от чертежа.

Начали судить-рядить. И наконец решили: достала мама того кита с антресоли, протерла.

– Как-то неудобно, – говорит папа. – Кит старый…

– Ничего неудобного. Кто об этом знает? – говорит мама. – Это же формальность! Я хорошенько упакую, лентой перевяжу, ну и все. У них своего добра полно! Тратиться на них не собираюсь!

Юре чуточку жаль своего кита – он ему как брат. Все детство на нем по ковру проплавал. А с другой стороны – другого выхода нет и в магазин бежать поздно. Но никто и не собирается бежать – до папиной зарплаты еще две недели. А мама Мишиных родителей не любит, это ясно.

– Ты, как придешь, положи свой подарок в общую кучу и сразу к столу иди, чтобы внимания не привлекать, – учит мама, собирая Юру в гости.

Упаковала кита в целлофан, красную ленту пристроила, на бант завязала – такой красивый подарок получился!

По дороге к Мишиной квартире Юра поглаживал этот целлофан, мол, отдаю тебя, друг, в хорошие руки.

На пороге встречает гостя Миша, за его спиной уже толпятся ребята из их второго «Б», все ждут, что Юра имениннику даст. Они уже свои подарки вручили и теперь все внимание на Юру.

Мама с папой даже вышли, бабушка выглядывает из кухни.

А Юрин подарок шуршит, светится в целлофане сине-зеленым. Схватил его Миша, развернул:

– Ого! Да это же целый кит!

Так обрадовался, даже запрыгал на одной ножке, Юре сразу захотелось это «ого» отобрать, жалко стало – еще как!

Мама сказала подарить и сразу к столу идти. Но Мише не до стола.

– Давайте его надуем! – кричит.

– Котлеты остывают, – кричит мальчикам бабушка.

Но они уже в комнате – дуют поочередно в кита, смеются.

Юра сразу успокоился – наверное, самый лучший у него подарок вышел. Даром, что старый. Да кто об этом знает?

Кит внутри от времени склеился – никак надуваться не хочет. Немного неловко и тревожно Юре.

Но ничего, пришел папа-конструктор, как дунул, так кит сразу и расправился.

Начали его рассматривать. Такой большой китяра! Только одному Юре видно, что цвета на нем уже не те, не такие яркие. И синие полосы кое-где пооблезали. Давно же Юра его не надувал!

Лег Миша на кита, руками размахивает, будто плывет.

Пока все не полежали – никто за стол не пошел.

Вот и хорошо, думает Юра, пусть окончательно его запачкают. Ведь только теперь он видит, как выцвел его старый кит, а на боках даже черные пятна проступили. И резиной очень попахивает. А сбоку – только Юра это слышит! – потихоньку воздух выходит…

Мать Миши заглянула, платок у носа держит:

– Что у вас тут так воняет? Идите лучше к столу.

Пошли к столу.

Юра ест и думает: вот было бы хорошо, если бы о ките все забыли. Он бы тогда его снова сложил, упаковал и куда-то под кровать сунул – не скоро найдут.

И торт из мороженого ему не в радость, и то, название чего трудно произнести, тоже. Даже о мамином наказе забыл – хорошо рассмотреть, «что у них там такого, что они людей на порог не пускают». Глаза опустил, о ките думает, как бы так сделать, чтобы о нем все забыли.

Но не забыли!

– Айда в пиратов играть! – говорит гостям Миша. – Будем на ките кровать штурмовать!

Побежали.

И видит Юра, что лежит посреди комнаты вместо кита грязная резиновая тряпка.

– Ну, ничего, – успокаивает Мишин папа, – вы во что-нибудь другое поиграйте…

…Утром Миша за Юрой не зашел, чтобы вместе в школу бежать.

А когда Юра вышел, он увидел, что на мусорном контейнере лежит его кит – аккуратно расправленный, прикрывает своим брюхом мусор.

Осмотрелся Юра, чтобы никто не видел, и стянул оттуда своего кита. Свернул в трубочку и быстренько домой отнес. Только на антресоли не положил – спрятал у себя под кроватью.

Чтобы в следующий раз не пришлось его опять кому-нибудь дарить…