Фигня - Александр Житинский

Его партнерша вернулась к столику.

– Ваш брат просил передать. Его срочно вызвали домой, – сказала она, выкладывая перед Алексом пятнадцать рублей.

– Ай да Вася… – покрутил головой Алекс.

– Ты чем-то недоволен? – спросила Барбара.

– Нет, все о’кей. Сейчас принесут шампанского… Слушай, я ведь все понимаю, что ты говоришь! – удивленно сказал ей Алекс.

– Это твои знакомые? – показала она на девиц.

– Нет, я их не знаю…

Официант принес шампанское и салат из крабов. Он откупорил бутылку, налил Барбаре и Алексу.

– И девушкам, пожалуйста, – сказал Алекс.

Официант налил девицам. Те оживились, заулыбались. Теперь они поглядывали на Алекса подобострастно. Алекс поднял фужер, чокнулся с Барбарой и с девицами.

– За встречу, – сказал он и перевел ей: – За нашу встречу.

– О да! Это ты хорошо придумал!

– Вы не спросите у вашей дамы, может быть она продаст валюту, – пискнула первая девица.

– Оставим эти неуместные разговоры, – сказал Алекс.

Как вдруг рядом с их столиком вырос Николай. Он молча смотрел на Алекса, покачиваясь с пятки на носок и засунув руки в карманы. Алекс выдержал его взгляд, утер рот салфеткой и спросил небрежно:

– Я чем-нибудь вам обязан?

– Ты обязан уйти в ноль секунд, – тихо, с расстановкой, отвечал Николай. – Тобой еще займутся. Отпусти иностранку и вали отсюда!

– Простите, не понял, – улыбнулся Алекс.

Барбара нервно переводила взгляд с Алекса на Николая.

– Алекс, я пойду… я не хочу для тебя неприятностей…

– Неприятности будут, мисс, – успокоил ее Николай.

– Слушай, чего ты ко мне пристал? – миролюбиво спросил Алекс.

– Сказать, да? Я отвечаю за безопасность этих людей. Это раз. Я не знаю, какие у тебя намерения: фарцовка, валютные операции… Ты же не просто так ее обхаживаешь! – воскликнул он. – Кроме того, вы, гражданин Стебликов, работаете в закрытом учреждении. Это тоже входит в нашу компетенцию… Не говоря о том, что вы женаты…

– Ах, вы еще и моралист? – спросил Алексей.

– Да, я – моралист. Поэтому мораль такая: дуй отсюда, пока цел. Не то я сдам тебя милиции за фарцовку и тебя там так отделают… – Николай по-хозяйски взялся за шубку Барбары, сделал ей знак: – Мисс Барбара, за мной, пожалуйста!

И тут Алекс, распрямившись, как пружина, нанес Николаю сильнейший удар в челюсть. Николай повалился на пол в проходе между столиками. Алекс достал деньги, швырнул их на столик, обернулся к Барбаре:

– Пойдем отсюда. Здесь нас не любят.

Он вновь подхватил шубку, взял Барбару под локоток, но тут подскочил официант.

– Что случилось? Стой!

– Он приставал к моей женщине, – кивнул на Николая Алекс и прошествовал с Барбарой мимо официанта к выходу.

Николай, бормоча что-то и держась за челюсть, медленно поднялся с пола. Он попытался броситься вдогонку за Алексом, но был остановлен девицами, которые буквально вцепились в него, усадили за столик, щебеча:

– Сиди! Сиди! Сам же виноват! Зачем приставал к штатнице? Давай лучше выпьем… Не надо за ними ходить, он тебе еще врежет, он каратист, я его хорошо знаю…

Официант повертелся рядом со столиком, увидел, что инцидент улажен, и удалился.

В гардеробе Алекс получил свое пальто, помог одеться Барбаре и оделся сам. Он ждал, что сейчас выскочат из ресторанного зала дюжие молодцы, схватят, собьют с ног… Но никто не выскочил.

Они миновали швейцара и вышли на мороз. Алекс взял Барбару под руку и быстрым шагом повел вдоль Невы к Петроградской стороне. Барбара обеспокоенно взглядывала на него.

– Куда мы идем? Может быть, пойдем ко мне в номер?

– Меня там схватят… Не бойся. Ты веришь мне?

– Да, вполне. Делай так, как считаешь нужным, – сказала она.

Он остановился, привлек ее к себе, и они вновь слились в поцелуе напротив освещенного крейсера «Аврора».

– Выпить бы чего достать… – пробормотал он, когда они снова зашагали к мосту Свободы.

Они перешли через мост и оказались на углу улицы Куйбышева и Чапаева. У закрытого киоска стояла группа людей характерного вида. Они словно бы кого-то ждали, переминаясь на холоде. Алекс и Барбара направились к ним.

– Мужики, выпить не продадите? – тихо спросил Алекс.

– Чего нужно? – конспиративно ответил один.

– Шампанского.

– Ну, ты даешь! – рассмеялся торговец. – У нас только водка и крепленое.

– Крепленое сколько?

– Как всегда, восемь…

– Давай бутылку, – сказал Алекс.

Барбара с нескрываемым любопытством слушала этот разговор, хотя ничего не понимала. Судя по ее лицу, ей эта сцена очень нравилась.

Торговец, оглядевшись, подозвал подручног с сумкой. Алекс полез в карман, нашел пятерку. Он порылся еще, но больше денег не обнаружил.

– Черт! – выругался он. – Не хватает…

– Ну, чего ж ты тогда… – сказал мужик.

– Что нужно, Алекс? – с готовностью произнесла Барбара.

– Мани, – сказал он, и она тут же протянула ему бумажку в десять долларов.

– Что это? – удивился он.

– Десять долларов. Мало? Я могу дать еще.

– Мужики, десять долларов возьмете? – Алекс показал им бумажку.

Торговцев словно ветром сдуло. Бормоча страшные ругательства, они кинулись в темную подворотню. Алекс вернулся деньги Барбаре.

– Не берут. Неконвертируемая валюта…

Он зашел в телефонную будку, вытащил из кармана записную книжку, а в ней нашел визитную карточку. Он опустил монетку и набрал номер.

– Иди ко мне! – позвал он в будку Барбару.

Она втиснулась к нему и прижалась всем телом.

– Сергей Ильич! Простите, что поздно… Это Алексей, ваш вчерашний попутчик… – сказал Алекс в трубку.

Новенькая «Тойота» с ленинградским номером подъехала к мрачному дому на старой ленинградской улице. Сергей Ильич вышел из-за руля, обогнул машину и открыл дверцу. С заднего сиденья вылезли из машины Барбара и Алекс. Сергей Ильич подхватил портфель, запер машину и пригласил гостей в подъезд.

Они поднялись на второй этаж по темной, полуразрушенной лестнице.

– Осторожней… – говорил Сергей Ильич. – Мы только что купили этот дом. Успели отремонтировать только офис. Скоро мы его восстановим…

Он отпер ключом резную дубовую дверь, и они оказались в просторной прихожей. Сергей Ильич зажег свет, и перед Барбарой и Алексом предстало настоящее великолепие со вкусом отделанной старой квартиры.