Жестокие игры - Джоди Пиколт

Джордан пожал плечами.

— Знаете что? Давайте пойдем на компромисс. Скажем, прошло десять минут. По-честному?

Девочка яростно закивала.

— Пока вы десять минут преодолевали целых пятьдесят пять метров, ваша подруга, находившаяся предположительно в пятидесяти пяти метрах от вас, подверглась нападению. Учитывая такое достаточно близкое расстояние, неужели вам не кажется, что вы должны были что-то слышать?

Уитни сглотнула.

— Я ничего не слышала. Было слишком далеко.

— Вы не слышали, как вас звала подруга?

— Нет.

— Не слышали треска ломающихся веток? Шума потасовки?

— Нет.

Джордан внимательно посмотрел на Уитни. Потом подошел к судье.

— Ваша честь, предоставьте мне свободу действий для наглядной демонстрации.

Судья Джастис прищурилась.

— Словесного запугивания уже недостаточно?

— Я бы хотел более наглядно представить происходящее присяжным.

— Ваша честь, — вмешался Мэтт, — совершенно неуместно воссоздавать события той ночи.

Судья перевела взгляд с одного на другого, потом на свидетельницу, съежившуюся за трибуной.

— А знаете, мистер Гулиган, я, пожалуй, разрешу. Начинайте, мистер Макфи.

Джордан взял у сидящей в зале Селены измерительную линейку.

— Я собираюсь отмерить пятьдесят пять метров, — пояснил он.

Все разговоры стихли. Он направился по проходу и через двойные двери вышел в коридор, миновал ряды синих стульев, кабинет секретаря суда и нескольких кофейных автоматов. Наконец Джордан стукнул линейкой по полу и посмотрел в сторону трибуны, где сидела свидетельница.

— Мисс О'Нил, вы меня слышите? — спросил он.

Он видел, как она кивнула головой, и по губам прочел ответ «да». Джордан вернулся в зал суда.

— Благодарю, — сказал он, — у меня все.

Уитни привстала, намереваясь как можно быстрее покинуть место свидетеля. Но не успела она подняться, как вскочил взбешенный Мэтт.

— У обвинения возникли еще вопросы, Ваша честь! — крикнул он. — Мисс О'Нил, вы слышали, как мистер Макфи окликнул вас с расстояния пятидесяти пяти метров?

— Да.

Мэтт указал в сторону коридора.

— А как вы думаете, если бы мистер Макфи находился от вас в пятидесяти пяти метрах, но был прижат к земле и с зажатым ртом боролся с насильником за собственную жизнь, вы могли бы его услышать?

— Не-ет, — протянула Уитни.

Мэтт повернулся к судье.

— Больше вопросов не имею.

За завтраком Томас поинтересовался, будет ли проводиться перекрестный допрос Челси.

— Точно не знаю, — ответил Джордан. — Все зависит от того, что она скажет на прямом допросе.

После его слов Томас сгорбился и чуть не уткнулся лицом в тарелку с хлопьями.

— Сделай одолжение, — попросил он, — постарайся вести себя с ней помягче.

Именно поэтому Джордан и собирался не оставить от показаний Челси Абрамс камня на камне. Потому что эта симпатичная девочка будет смотреть на него с легкой улыбкой и видеть перед собой отца Томаса, а должна видеть адвоката.

— Мисс Абрамс, — Джордан встал с места, чтобы начать перекрестный допрос, — скажите мне еще раз, кто был той ночью в лесу.

Челси смущенно опустила глаза, поняв, что он шутить не намерен.

— Мэг, Уитни, Джилли и я.

— А Джек, мой подзащитный?

— Да.

— И Джек ушел первым?

— Да.

— Остальные постояли минутку вместе, до того как разойтись по домам?

— Да.

— Следовательно, если бы кто-то из четверых что-то сказал, вы бы услышали?

— Конечно.

— Вы утверждали, что перед уходом предложили Джиллиан проводить ее домой.

— Да.

— Где была Уитни, когда вы задавали этот вопрос?

— Рядом со мной.

— После того как вы с Уитни и Мэг ушли, вы разговаривали?

— Нет, — ответила Челси. — Просто шли рядом по тропинке.

Он посмотрел на присяжных, надеясь, что они прекрасно, черт возьми, запомнили, что Уитни говорила совсем иное.

— Правда ли, что тридцатого апреля — ночь, когда вы встретились в лесу, — отмечался Белтайн?

Джордан вынужден был отдать ей должное: Челси непонимающе смотрела на него.

— Что?

— Разве в субботу, согласно языческой традиции, не отмечался Белтайн?

— Понятия не имею.

— Протестую! — воскликнул Мэтт. — Свидетель явно не владеет этой информацией.

— Ваша честь, если вы дадите мне одну секунду…

— Чтобы отмерить расстояние до Коннектикута? — поинтересовался Мэтт себе под нос.

Джордан нахмурился.

— Сейчас увидите, к чему я веду, Ваша честь.

— Я позволяю вам задать еще один вопрос, мистер Макфи, — заявила судья.

— Мисс Абрамс, правда ли то, что вы с подругами пошли в ту ночь в лес, чтобы отпраздновать Белтайн… как и все ведьмы на земном шаре?

Мэтт Гулиган даже задохнулся от возмущения. Или, может быть, он боролся с тем, чтобы не закричать во весь голос: «Протестую!»

Но Челси опередила прокурора, не дав ему возможности вмешаться. Ее щеки раскраснелись от злости, у нее было такое выражение лица, какое бывает только у подростков, которые хотят показать взрослому, в данном случае Джордану, что о нем думают: что он распоследний подонок и жлоб.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите. О каких там Белтайнах-тайнах? Мы с подругами пошли проветриться. И точка.

— Мистер Макфи, — позвала судья, — продолжайте. Не тяните время!

Присяжные смотрели на Джордана с таким же презрением, как и Челси. Ладно, возможно, он слишком поторопился… и его намеки сочли бредом. Он прекратит допрос свидетельницы. Если повезет, правда все же выплывет наружу. И Томас не перестанет с ним разговаривать.

Томас…

Джордан мысленно попросил у сына прощения.

— Мисс Абрамс, вы носите украшения?

Опять этот взгляд. Господи, чему только их учат в школе?

— Нет, — ответила девочка.

— А сережки?

— Иногда.

— А браслеты, ожерелья, кольца?

— Нет.

— Правда ли, что сейчас на вас надет медальон?

— Да, — выдавила она.