Звездочка и Коробок - Дарен Кинг

— Нет, Звездочка. Ты послушай. Кто я, когда говорю вот так? — И я говорю чужим голосом: — О, моя девочка.

Моя девочка даже не смотрит на меня, как будто вообще не знает, кто я. Не потому что я изображаю кого-то другого, а потому что сама занята чем-то другим.

— О, моя девочка.

Посмотри на меня, Звездочка. Ну пожалуйста, посмотри. А то ты вообще на меня не смотришь. Да, я все понимаю. Ты сейчас занята. Собираешь свой паззл. И тебе надо сосредоточиться. На синем ковре.

— О, моя девочка. — Она не врубается, и я объясняю: — Я просто копирую того дяденьку в школе. Когда ты была маленькой. — Звездочка молча кивает, как будто она меня даже не знает. Не знает, кто я такой. Или как будто она меня знала, ну, раньше, а потом я ей вдруг надоел, и ей больше не хочется меня знать. — О, моя девочка...

Нет, Звездочка, стой, ты куда, нет, не надо, вернись. Кусочки паззла разбросаны по полу, и Звездочка носится по квартире, и кусочки картона прилипают к ее ногам, кусочки разрезанного парового катка прилипают к ее ногам...

— Звездочка...

Она стоит в кухне. Растерянно смотрит по сторонам. Ее ноги облеплены кусочками паззла, который она собирала в комнате. На ковре.

— Что с тобой, Звездочка?

— Ствол, помоги мне... пожалуйста...

— Что с тобой, моя маленькая?

Что ты делаешь? Да, моя девочка. Я обожаю, когда ты меня обнимаешь. Вот так, крепко-крепко. Двумя руками. Мы стоим с ней на кухне, и она прижимается ко мне. Как будто я большой, а она совсем маленькая. Кусочки паззла прилипли к ее ногам. На ней только оранжевая футболка, а под футболкой — вообще ничего. Даже трусиков нет. И можно потрогать ее волосатую дырочку. Мы стоим с ней, обнявшись. И на мне только джинсы. Вот здесь, на кухне. У металлической раковины.

Звездочка молчит.

Скажи что-нибудь, Звездочка. Не молчи.

Звездочка говорит:

— Мне страшно, Ствол. Не пугай меня больше. Не говори чужим голосом.

— Я просто скопировал того дяденьку, в школе. Когда мы были маленькими. Его было несложно скопировать.

— Я не помню тебя, когда мы были маленькими, и никакого дяденьку в школе тоже не помню. — Звездочка говорит: — Я просто хочу, чтобы мне не было страшно. Хочу сидеть в комнате, собирать паззл. И чтобы никто меня не пугал.

— Я не хотел тебя напугать. Я не хочу, чтобы тебе было страшно.

Звездочка смотрит на меня. У нее такое лицо... ну, такое... Как будто она села писать. Ну или задумалась. Она точно не писает. Значит, задумалась.

— Но, Ствол...

Звездочка отстраняется и отпускает меня. Мы уже больше не обнимаемся. Просто стоим.

— Я тут кое-что вспомнила... — Звездочка говорит: — Да, я вспомнила. Ты сказал, что тебе хочется посмотреть на меня, когда мне будет страшно. Еще сильней, чем бывает тебе. Ну, чтобы ты посмотрел, как это выглядит со стороны.

— Но, Звездочка, ты же сама говорила, что тебе интересно. Что тебе хочется испытать на себе, как это бывает, когда вдруг становится страшно. После того, как ты съешь много-много таблеток. Я тут вообще ни при чем. Я... я... — Я подхожу ближе к ней. — И потом, ты сама говорила, что тебе никогда не бывает страшно, вообще никогда, даже если ты съешь целую кучу таблеток.

— Я забыла.

— Ты говорила, что от таблеток тебе никогда не бывает страшно.

— Я забыла. Я вообще... я вообще ничего не помню. — Звездочка говорит: — Я даже не помню, когда я в последний раз что-то помнила, так чтобы это запомнить и потом не забыть. Все как будто в тумане. И эти... как их... провалы в памяти. И все ломается, как мой паззл, рассыпается на кусочки, и они прилипают к ногам... ну, кусочки...

— Слушай, Звездочка. — Я прикасаюсь к ее плечу. Думаю, чего бы такого сказать, ну, чтобы ее успокоить. И ничего не могу придумать. И поэтому говорю так: — Может быть, мы с тобой вместе подумаем и вспомним чего-нибудь из того, ну, что прилипло. К твоим ногам. Типа... ну, типа того, что прилипло.

Звездочка говорит:

— Ты о чем? Что прилипло?

— Ну, ты же сама говорила, что, когда ты вообще ничего не помнишь и все забываешь, это похоже на кусочки паззла, ну, который сломался... и эти кусочки, они прилипают к ногам. Ну, как будто кто-то прошелся по твоей памяти, и от этого она рассыпалась на кусочки, как паззл, и кусочки прилипли к его ногам, и он так и ушел, ну, с кусочками на ногах... или нет, он не ушел... просто он разломал твою память, и кусочки прилипли к твоим ногам. Но мы можем их отлепить. Эти кусочки, которые воспоминания. А потом мы их сложим заново. Ну, как паззл. Если паззл рассыпался на кусочки, его же можно сложить еще раз.

Звездочка смотрит на меня и кивает.

— Хорошо, Ствол. Давай их отлепим. Эти кусочки, которые воспоминания. И сложим их заново. Как паззл.

И мы...

Я...

Мы возвращаемся в спальню, чтобы собрать кусочки, которые воспоминания.

Я говорю:

— Звездочка. Слушай, я кое-что вспомнил. Того дяденьку, в школе. Ну, чьим голосом я говорил. Он приходил в школу и трогал тебя. Да, я помню.

Звездочка качает головой.

— Я вообще не представляю, как мы будем делать... Ну, то, что хотели.

— Все очень просто. Давай возьмем книжку, где много слов, и разрежем ее на слова, и составим из них эту фразу, которую тебе говорил тот дяденька из школы. Он говорил: «О, моя девочка».

— Я тоже кое-что вспомнила. — Теперь Звездочка улыбается. — Когда мы были на вечеринке у Коробка. Мы лежали под пакетом с таблетками. Он был очень большой.

— Замечательно, — говорю. — Это и называется «вспоминать». А где наш пакетик с таблетками?

— Вот. — Звездочка подбирает пакетик, который лежит на полу у кровати. На синем ковре. Только он не с таблетками, а без таблеток. То есть раньше там были таблетки, а теперь он пустой. Ну, пакетик. — Только там ничего не осталось.

— Да, — говорю. — Потому что мы все съели.

— И поэтому мне страшно? — Звездочка говорит: — Потому что я съела столько таблеток?

— Ага.

— А зачем я их съела столько?

— Ну, — говорю, — понимаешь. Ты хотела проверить, как это будет. Ты сама так решила, я тебя не уговаривал. Я тебя, наоборот, отговаривал. Говорил, что не надо тебе столько есть, что лучше оставить их для людей, которые знают, как это бывает. Вот типа меня.

Звездочка говорит, резко меняя тему:

— Ладно, Ствол, давай сделаем, что собирались. Давай сложим воспоминания.

И мы делаем, что собирались. Ну, сложить воспоминания, которые прилипли, и их надо теперь отлепить и слепить заново...

— Звездочка. Черт, что мы делаем?!