Миссис Креддок - Уильям Сомерсет Моэм

— Что ж, — веско произнес доктор Рамзи, — лично я за тех, кто придерживается своего сословия. Сегодня всякий мечтает взлезть повыше: чернорабочий подделывается под ремесленника, ремесленник — под человека с профессией.

— При этом человек с профессией — хуже всех прочих, любезный доктор, — сказала мисс Лей, — поскольку этот подражает благородному лорду, который редко являет собой достойный пример. Самое смешное, что каждый класс считает себя не хуже того, что стоит над ним, и одновременно питает глубочайшее презрение ко всем, кто расположился на более низких ступенях. В сущности, единственные члены общества, которые оценивают себя должным образом, — это слуги. Мне часто приходит в голову, что прислуга в аристократических домах Южного Кенсингтона в несколько раз порядочней своих господ.

Ни мисс Гловер, ни доктор Рамзи не взялись бы обсуждать подобную тему, поэтому в разговоре повисла пауза.

— Назовите хоть один довод в пользу этого союза, — неожиданно потребовал доктор.

Мисс Лей посмотрела на него так, будто всерьез задумалась, и с насмешливой улыбкой произнесла:

— Дорогой доктор, мистер Крэддок — земной, прозаичный человек. Луна в небе никогда не приведет его в поэтический экстаз.

— Мисс Лей! — умоляющим тоном воскликнула сестра священника.

Мисс Лей обвела собеседников взглядом.

— Хотите знать, что я на самом деле думаю? — осведомилась она более серьезным, чем обыкновенно, тоном. — Милый доктор, наша девочка любит Крэддока. Если на то пошло, брак — настолько рискованное предприятие, что оправдывает этот риск одна лишь страсть.

Услышав последнее слово, мисс Гловер явно заволновалась.

— Да, мне известно, как вы все тут в Англии считаете, — продолжила мисс Лей, прочитав взгляд мисс Гловер. — По-вашему, причины для брака могут быть какими угодно, за исключением истинной, то есть инстинкта продолжения рода.

— Мисс Лей! — воскликнула сестра священника и покраснела.

— Послушайте, вы уже достаточно взрослая, чтобы трезво смотреть на вещи! — отрезала мисс Лей. — Берта — просто самка, которую влечет к самцу. Инстинкт продолжения рода — единственная достойная основа супружества; все остальное — сплошная порнография! Какая разница, что мужчина принадлежит к другому сословию? Общественный статус не имеет ни малейшего отношения к природному инстинкту. Если бы я полюбила, мне было бы все равно, кто мой избранник, и я бы вышла даже за трактирного слугу, предложи он мне стать его женой!

— Вот так разговор! — хмыкнул доктор.

Мисс Лей, однако, уже разошлась и не дала ему продолжить.

— Главное предназначение женщины — производить на свет себе подобных, и мудрая женщина выберет отцом для своих детей сильного и здорового мужчину. Терпеть не могу тех дамочек, которые выходят замуж за «умных». Что толку от мужа, который выполняет малопонятные математические расчеты? Женщине нужен мужчина сильный как бык и с таким же здоровым пищеварением.

— Мисс Лей, — вмешалась мисс Гловер, — конечно, я не могу тягаться с вами в том, что касается ума, однако убеждена, что вы не правы. Мне не следует слушать ваши речи; уверена, Чарльз бы их тоже осудил.

— Милая, вас воспитывали так же, как большинство английских девушек, то есть растили из вас дурочку.

Бедная мисс Гловер покраснела еще гуще.

— Во всяком случае, меня учили почитать священные брачные узы. В земной жизни мы все должны умерщвлять плоть, а не потакать ее желаниям. Надеюсь, у меня никогда не появится искушения посмотреть на эти вещи так, как смотрите вы. Если в будущем мне суждено выйти замуж, мысли о чувственных наслаждениях будут для меня на последнем месте. Для меня супружество — это духовный союз, в котором мой долг — любить и почитать мужа, повиноваться ему, беречь и поддерживать, — то есть вести бок о бок с ним такую жизнь, чтобы быть готовыми к смерти, когда она за нами придет.

— Чепуха! — заключила мисс Лей.

— Я считал, что вы более остальных станете возражать против этого брака, — высказался доктор Рамзи.

— Они не будут счастливы! — воскликнула мисс Гловер.

— Почему же нет? — возразила мисс Лей. — В Италии я знавала одну даму, леди Юстицию Шоу, которая вышла замуж за своего лакея. Благородная леди дала ему свою фамилию, и они пили как сапожники. Супруги прожили сорок лет в полной любви и согласии, а когда однажды он допился до смерти, бедная леди Юстиция так горевала, что первый же приступ белой горячки унес ее жизнь. Очень трогательная история.

— Думаю, что вы вряд ли мечтали бы о подобной судьбе для своей единственной племянницы, мисс Лей, — промолвила мисс Гловер, которая восприняла все всерьез.

— У меня есть еще одна племянница, — ответила мисс Лей. — У моей сестры, которая вышла замуж за сэра Джеймса Корта, трое детей.

— Полагаю, вам более не стоит беспокоиться, — вмешался доктор Рамзи, — поскольку я имею основания утверждать, что помолвка Берты и молодого Крэддока расстроена.

— Что? — воскликнула мисс Лей. — Я вам не верю!

— В самом деле? — одновременно с ней пискнула мисс Гловер. — О, какое облегчение!

Доктор Рамзи, сияя от удовольствия, потер руки.

— Я должен был это сделать, — произнес он. — Ну, что вы теперь скажете, мисс Лей?

Замешательство мисс Лей доставляло ему явную радость, и это ее разозлило.

— Что я могу сказать, пока вы не объяснились? — пожала она плечами.

— Крэддок пришел ко мне вчера вечером — помните, он сам просил меня о встрече? — и я выложил ему все напрямик. Я сказал, что этот брак невозможен, что в Блэкстебле и Линхэме его будут называть охотником за приданым. Я просил его подумать о Берте. Крэддок — порядочный, честный парень, я всегда это говорил. Я убедил его, что он поступает неправильно, и под конец он пообещал разорвать помолвку.

— Крэддок не сдержит подобное обещание, — заявила мисс Лей.

— Еще как сдержит! — крикнул доктор. — Я знаю его с малых лет, он скорее умрет, чем нарушит слово.

— Бедняга, — сокрушенно промолвила мисс Гловер. — Должно быть, он ужасно страдал.

— Он держался как мужчина.

Мисс Лей поджала губы так, что они превратились в одну тонкую ниточку.

— И когда же Крэддок намеревается выполнить ваше нелепое указание, доктор Рамзи? — спросила она.

— Он сказал, что сегодня приглашен к вам на ленч и воспользуется этим случаем, чтобы просить Берту освободить его от клятвы.

— Идиот! — пробормотала мисс Лей вполне отчетливо.

— А я считаю, что мистер Крэддок повел себя весьма благородно, — сказала мисс Гловер, — и я обязательно скажу ему об этом.

— Я имела в виду не мистера Крэддока, — процедила мисс Лей, — а доктора Рамзи.

Мисс Гловер бросила взгляд на почтенного доктора, ожидая увидеть его реакцию на грубость, но в эту секунду дверь отворилась и в гостиную вошла Берта. Мисс Лей мгновенно уловила ее настроение. Берта явно не впала в отчаяние, слез не было и следа, но щеки раскраснелись ярче обычного, а губы были плотно поджаты. Тетушка без слов поняла, что племянница не на шутку рассержена. Тем не менее Берта моментально стерла с лица гневное выражение и поздоровалась с гостями, сияя приветливой улыбкой.