Дом на Тара-Роуд - Мейв Бинчи

— Тебе нравился его запах, верно?

— Верно. — Почему-то его лицо стало грустным. Дэнни пошел в свою комнату переодеваться. Рия тоже приняла душ и надела желтые брюки и черный свитер.

— Очень красиво, — сказал Дэнни, когда они встретились на кухне.

— Энни говорит, что в этом наряде я похожа на осу.

— Энни! Что она понимает?

Они ходили по минам. Никто не говорил о случившемся. Или о том, что будет дальше. О Барни Маккарти, Бернадетте, будущем и прошлом. Но неловкости они не ощущали. Вместе сделали омлет с травами и салат, достали из холодильника бутылку и выпили по бокалу вина. На автоответчике мигала лампочка, но они не обращали на нее внимания. Все может подождать до завтра.

В половине первого они вернулись в кровать. В большую двуспальную кровать, принадлежавшую Грегу и Мэрилин Вайнам.

Телефон звонил не переставая. Казалось, кто-то отказывался признавать, что трубку снять некому.

— Ох уж эта техника… — зевнул Дэнни.

— Хьюби Грину хочется узнать номер телефона нашей дочери, — хихикнула Рия.

— Пойду сварю кофе. Заодно и послушаю, кому там неймется, — предложил Дэнни.

— Да, конечно. — На душе у Рии было легко и весело. Послышался звук перематываемой магнитной ленты. Пусть Дэнни делает что хочет, она на все согласна. Она натянула купальник, готовая отправиться в бассейн, и вдруг услышала взволнованный голос, записанный на автоответчик.

— Дэнни, мне все равно, сколько сейчас времени, с вами Рия или нет. Вы должны взять трубку, это экстренный случай. Пожалуйста, Дэнни. Это Финола. Дэнни, Бернадетту отвезли в больницу, у нее кровотечение. Она зовет вас. Вы должны позвонить мне, должны лететь домой.

Рия надела платье прямо на купальник, молча пошла на кухню, наполнила кофеварку и включила ее. Потом взяла телефонный справочник, открыла его на нужной странице и протянула Дэнни. Он должен быть дома сегодня же. Задерживать его она не собирается.

Она посмотрела на свое отражение в зеркале и увидела, что слегка улыбается. Это нужно было прекратить немедленно. Дэнни не должен был заподозрить, что она ощутила облегчение. Если Бернадетта потеряет ребенка, все их проблемы кончатся.

Взгляд у Дэнни был измученный.

— Одевайся, — сказала она. — Мы едем в аэропорт.

Он подошел и крепко обнял ее.

— Рия, на свете нет и никогда не будет второй такой, как ты, — прерывающимся голосом сказал он.

— Я тебя никогда не брошу. Сам знаешь, — прошептала она ему в макушку.

Мэрилин видела, как Розмари остановилась и поговорила с Герти на автобусной остановке. Она испытала облегчение, поняв, что в дом Розмари заходить не собирается. Мэрилин было бы трудно скрыть возмущение, которое у нее вызывало это предательство. Она бешено вгрызалась в землю. На первых порах она слегка опасалась соседей. Эти жители католической страны могли осудить ее за нарушение заповеди, запрещающей работать в субботу. Но Колм Барри ее успокоил. Работа в саду считается отдыхом. Не зря же по субботам открыты все магазины и проходят футбольные матчи.

Она слышала, как к дому подъехала машина. О господи, только бы не очередной посетитель! Ей ни с кем не хотелось разговаривать. Хотелось погрузиться в работу. Было множество вещей, о которых она не желала думать. Странно… Раньше она не желала думать только об одном. Но теперь, когда мыслей о Дейле можно было не бояться, она не желала думать о драчливом муже Герти, о сестре Колма, подсевшей на наркотики, и о вероломной Розмари.

У ворот дома номер шестнадцать послышались голоса. Мэрилин Вайн стояла на коленях, держала в руке совок и наблюдала за мужем. Слегка сутулясь, он стоял на подъездной аллее и рассматривал дом. Она бросила совок и побежала к нему с криком:

— Грег! Грег!

Сначала он отпрянул от нее. Месяцы отторжения сделали свое дело.

— Надеюсь, ты не против… — начал извиняться он.

— Грег…

— Я хотел позвонить тебе из аэропорта. Сидел там и ждал утра, — объяснил он.

— Всё в порядке.

— Я не хотел тебя тревожить, отнимать у тебя время. И пространство. Просто… просто хотел побыть с тобой дня два-три.

Мэрилин смотрела на него во все глаза. Он извинялся за то, что прилетел? Должно быть, за эти полтора года она вылила на него тонны ледяной воды.

— Грег, я рада, что ты здесь, — сказала она.

— Правда?

— Конечно. Тебе не приходит в голову меня обнять?

Грег Вайн обнял жену, не в силах поверить, что это наконец случилось.

В справочнике было и расписание местных автобусов. Рия нашла ближайший рейс и позвонила Шейле.

— Ты не могла бы спровадить их потактичнее? Все объясню завтра.

Шейла сразу смекнула, что к чему.

— Плохие новости? — спросила она.

— Не совсем. Все очень сложно. Вечером Дэнни улетает, и я хочу, чтобы он успел попрощаться с детьми.

— Что мне им передать?

— Только то, что планы изменились.

— Конечно, передам. Хотя должна предупредить: сказать это Шону Мэйну и Энни Линч будет нелегко.

— Папа, это Энни. Не могу поверить. Миссис Мэйн говорит, что ты улетаешь сегодня вечером. Это правда?

— Правда, принцесса. Я был бы рад, если бы вы вернулись.

— Но почему, папа? Почему?

— Принцесса, я все объясню при встрече.

— Мы собирались устроить пикник, вернуться вечером, а завтра совершить экскурсию по Манхэттену. Неужели все изменилось?

— Боюсь, что так, милая.

— Вы жутко поругались с мамой, и она сказала, чтобы ты улетал? Так, да?

— Ничего подобного, Энни. Мы с твоей матерью прекрасно провели время. Просто сегодня вечером мы хотим поговорить с вами, вот и всё.

— Ладно. Тогда пока.

— Извини, что помешал твоему роману.

— Какому роману, папа? Не будь старомодным.

— Извини, — повторил Дэнни и положил трубку.

В автобусе Энни и Брайан пытались понять, что все происходящее значит.

— Он возвращается к нам? — с надеждой спросил Брайан.

— Для этого они не стали бы нас вызывать, — проворчала Энни. Чудесный пикник у озера сорвался. Шон надулся как сыч. И даже предположил, что она возвращается в Стонифилд, чтобы встретиться с Хьюби Грином.

— А что же тогда? — Брайан терялся в догадках.

— Он разорился. Думаю, дело в этом.

— Я всегда это говорил! — возликовал Брайан.

— Неправда. Это говорила Финола, а ты ей возражал.