Тени Радовара - Марлус Морсхёйс

Время течет медленно и густо, как застывший сироп. Эту неделю Йона прожила на автопилоте. Школа, уроки, мелкие поручения, чтобы отработать минус-баллы за кражу в парке. Один из светлых моментов – из земли появились зеленые ростки. После школы они с бабушкой вместе смотрели, как распускаются крохотные листочки.

В пятницу вечером раздается звонок. За дверью стоит Велла Муссер. Она уже к ним приходила, сразу же после переезда, с тортиком и копией правил двадцать восьмого этажа. Но сейчас она не кажется такой любезной.

– Йона, верно? Бабушка дома?

– Бабушка почти всегда дома, – отвечает Йона. – Но она не очень хорошо себя чувствует.

– А мама тоже дома?

Йона кивает. Они вдвоем проходят в гостиную, где бабушка в кресле смотрит в окно на темное небо, а мама на диване читает книжку. Как только она видит, кто пришел, она сразу встает.

– Велла! Будешь кофе?

– Нет, Марли, в следующий раз. Я слышала странную вещь. Не могу поверить, что это правда, но проверить надо. Я за это отвечаю, как ты знаешь.

Велла внимательно осматривает комнату.

Улыбка сходит у мамы с лица.

– Ты что-то ищешь? Нам нечего скрывать.

– Ты уверена?

Велла идет к бабушке, которая упрямо продолжает смотреть на улицу.

– Извините, можно задать вам вопрос? Вы случайно не прячете где-нибудь растение? Вы ведь знаете, что в Звездном Свете это строжайше запрещено в связи с опасностью для здоровья? Вам в вашем возрасте надо быть вдвойне осторожной.

Йона пытается незаметно выйти из гостиной, чтобы попасть в бабушкину комнату. Но у Веллы как будто глаза на спине, она резко разворачивается и говорит:

– Йона, куда ты собралась? Я с тобой.

– Не надо, Велла, подожди здесь, – говорит мама. Она быстро проходит мимо Веллы и Йоны и возвращается с горшком с зелеными росточками. – Ты об этих смертельно опасных диких зарослях?

– Потише, Марли. Не я устанавливаю правила. И не важно, какого они размера. Со времен Большой Уборки по отношению к растениям и животным у нас политика нулевой толерантности. Внутри зданий Радовара не разрешается содержать НИ-ЧЕ-ГО. Ты прекрасно это знаешь. За первое нарушение полагается пятьсот минус-баллов, так что вы сразу оказываетесь за порогом, допустимым на нашем этаже. Мне жаль.

– Слетаются черные птицы, – шепчет бабушка.

– О чём это она? – спрашивает Велла.

– Ей в городе плохо. Она думает, что черные птицы – вестники зла. Что скоро случится что-то плохое. Она всегда была немного суеверной, а в Радоваре это стало проявляться сильнее.

– Пожалуйста, не забирайте у нее цветы, – шепчет Йона. – Ей только-только стало лучше.

– Я вижу, – говорит Велла. – Вашей бабушке нужен специальный уход. Хоть сегодня ее бы могли забрать в дом-плюс, но нет, твоей маме надо обязательно оставить ее при себе. А ведь ей только исполнилось семьдесят пять, и уже нате вам.

– Велла, пожалуйста. Мы только что переехали. Если Роб узнает, что надо опять спускаться… Он так много работает, чтобы остаться в числе пяти самых быстрых продвиженцев. Мы оба.

– Это как раз значит, что на вас теперь еще больше ответственности. Если вы как семья с ней не справляетесь, то вам здесь не место, Марли.