Портрет леди - Генри Джеймс

потерявшая надежду на спасение. Когда Изабелла сказала, что не говорила с ней о вещах, касающихся ее замужества, и что подобное молчание было продиктовано не равнодушием и безразличием, а только лишь желанием предоставить ей свободу, Пэнси подалась вперед, приближая свое лицо к Изабелле. Шепотом, очевидно, от сильного волнения, она высказала свое давнее страстное желание поговорить об этом, а также стала умолять ее дать совет.

– Мне трудно советовать, – ответила Изабелла. – Я не уверена, что могу взять на себя ответственность. Совет тебе должен дать твой отец, а ты должна его послушаться.

Пэнси опустила глаза и некоторое время молчала.

– Мне бы хотелось получить совет от вас, а не от папы, – наконец прошептала она.

– Это неправильно, – сухо заметила Изабелла. – Я очень люблю тебя, но папа любит тебя еще сильнее.

– Дело не в вашей любви… дело в том, что вы женщина, – ответила Пэнси с очень серьезным видом. – Женщина может дать девушке лучший совет, чем мужчина.

– Тогда я советую тебе уважать волю отца.

– О да, – пылко согласилась Пэнси. – Я ее уважаю.

– Но если я говорю сейчас с тобой о замужестве, то не для тебя, а скорее для себя, – продолжила Изабелла. – Если я пытаюсь узнать от тебя, чего ты ждешь, каковы твои желания, то это потому, что только в этом случае у меня будет возможность действовать верно.

Пэнси взглянула на мачеху и очень быстро спросила:

– Вы выполните любое мое желание?

– Перед тем, как ответить «да», я должна знать это желание.

И Пэнси сказала ей, что больше всего хотела бы выйти замуж за мистера Розье. Он уже сделал ей предложение, и она ответила, что согласится, если на то даст разрешение папа. Но он против.

– Ну, тогда это невозможно, – сказала Изабелла.

– Невозможно, – эхом отозвалась Пэнси. Выражение ее лица не изменилось.

– Значит, ты должна подумать о ком-то другом, – продолжила ее мачеха.

Девушка вздохнула и сказала, что предпринимала такие попытки, но безуспешно.

– Всегда думаешь о тех, кто думает о тебе, – произнесла она с печальной улыбкой. – Я ведь знаю, мистер Розье тоскует по мне.

– А он не должен этого делать, – наставительно проговорила Изабелла. – Твой папа решительно требует, чтобы он забыл тебя.

– Тут ничего нельзя сделать – мистер Розье знает, что и я думаю о нем.

– Ты не должна думать о нем. У него, возможно, есть какие-то оправдания, а у тебя – нет!

– Не могли бы вы подыскать хоть какое-нибудь для меня? – взмолилась девушка, словно обращаясь к Мадонне.

– Это было бы с моей стороны не слишком хорошо, – ответила Мадонна с необычной для нее суровостью. – Если бы ты знала, что кто-то еще думает о тебе, стала бы ты думать об этом человеке?

– Не существует того, кто так бы тосковал по мне, как мистер Розье. Да никто и не имеет такого права.

– Но я не признаю этого права и за мистером Розье! – раздраженно воскликнула Изабелла.

Пэнси молча смотрела на мачеху – очевидно, она была озадачена. Воспользовавшись этим, Изабелла заговорила об ужасных последствиях неподчинения отцу. Девушка прервала ее, сказав, что никогда не ослушается его и не выйдет замуж без родительского благословения. А далее Пэнси совершенно спокойно заявила, что, если ей и не суждено выйти за мистера Розье, думать о нем она не перестанет никогда. Казалось, девушка смирилась с мыслью о вечном одиночестве, и Изабелла подумала, что Пэнси не понимает всего до конца. Пэнси говорила совершенно искренне и была готова оставить своего возлюбленного. Это могло бы быть серьезным шагом по направлению к другому человеку, но только не для Пэнси. Девушка не испытывала горечи по отношению к отцу. В ее сердце не было злобы, а лишь только нежная преданность мистеру Эдварду Розье и странное чувство – ей казалось, что она скорее докажет свою верность Розье оставшись одинокой, чем выйдя за него замуж.

– Твой отец мечтает о более достойной партии для тебя, – заявила Изабелла. – Состояние мистера Розье не слишком велико.

– Что имеется в виду под «более достойной»? Значит, мистер Розье – все же достойная партия? Зачем мне гнаться за деньгами? К тому же у меня самой нет состояния.

– Вот именно поэтому, – сказала Изабелла. Она была рада, что в комнате царил полумрак, поскольку чувствовала, каким неискренним было сейчас выражение ее лица. Она делала это для Озмонда. Вот что приходится ей делать для Озмонда! Ее глаза встретились с грустными глазами Пэнси, и Изабелла слегка смутилась. Ей стыдно было подумать о том, что она словно признавала чувства девушки несущественными.

– Как я, по-вашему, должна поступить? – мягко спросила Пэнси.

Вопрос был страшен, и Изабелла малодушно увильнула от прямого ответа.

– Подумать о том, какую радость ты можешь принести папе.

– Выйти замуж за кого-то другого… если он попросит?

Изабелла на мгновение задержалась с ответом, затем в полной тишине услышала свои слова словно со стороны.

– Да… выйти за другого.

Взгляд Пэнси становился все более испытывающим. Изабелле показалось, что девушка засомневалась в ее искренности и потому поднялась с колен. Она застыла с опущенными руками и затем с тяжелым вздохом произнесла:

– Я надеюсь, никто не станет делать мне предложение!

– Этот вопрос уже возникал. Кое-кто уже готов сделать тебе предложение.

– Не думаю, что он готов, – сказала Пэнси.

– Так было бы… если бы он был уверен в успехе.

– Если бы был уверен? Тогда он не готов!

Изабеллу поразила эта мысль. Она тоже встала и стояла некоторое время, глядя в камин.

– Лорд Уорбартон оказывает тебе много внимания, – произнесла она. – Ты, конечно, понимаешь, что я говорю о нем.

Изабелла неожиданно почувствовала себя так, как будто бы ей надо было оправдываться, и потому заговорила куда более прямо, чем хотела сначала.

– Он очень любезен со мной. Он мне очень нравится, но если вы считаете, будто лорд сделает мне предложение, я думаю, вы ошибаетесь.

– Возможно. Но твоему отцу это бы очень понравилось.

Пэнси со слабой и мудрой улыбкой покачала головой.

– Лорд Уорбартон не станет делать мне предложение только ради того, чтобы доставить удовольствие папе.

– Твой папа хотел бы, чтобы ты пошла ему навстречу, – механически продолжила Изабелла.

– Что я должна делать?

– Не знаю. Твой отец сам должен сказать тебе это.

Пэнси молчала и вдруг улыбнулась – словно ее осенила приятная мысль.

– Мне кажется, что от лорда не может исходить опасность, – сказала она.

В ее словах прозвучала такая уверенность, что Изабелла почувствовала себя неловко. Она ощутила укол совести, и мысль о своей нечестности показалась ей отвратительной. Дабы восстановить самоуважение,