Как Сюй Саньгуань кровь продавал - Юй Хуа

Сюй Саньгуань сказал сыновьям:

– Мы едим кашу уже месяц. Вы побледнели, отощали, только и кричите «есть хочу!»… Сейчас всем в городе трудно, вы спросите у соседей, у одноклассников. Кто каждый день может есть кашу, тем, считайте, уже повезло. Вы хотите рису без кукурузной муки. Мы с матерью договорились, она вам приготовит. Но не сейчас. Пока надо потерпеть. Вы говорите, каша с каждым днем все жиже – ваша правда. Но выхода нет. Для нас с матерью главное, чтобы вы выжили. Не зря говорят: «Будут горы – будет и хворост». Вы пока потерпите, жизнь свою сохраните, а потом будет у вас много сытых дней. Вы говорите, после каши стоит раз сходить по-маленькому, и опять в желудке пусто. Это кто придумал? Знаю – Первый. Ах ты, щенок! Вы такие маленькие, каши едите не меньше, чем я, а вам голодно. Почему? Всё по улице бегаете. А Третий сегодня орал на улице. Теперь все еле шепчут, а вы орете. Вот что. После еды ложитесь-ка вы в кровать и не шевелитесь. И мы с матерью так будем делать. Все, больше говорить не могу. Только что поел каши, а сил уже нет.

С того дня они ели два раза в день, а все остальное время лежали на кровати, не шевелились и не говорили, чтобы не урчало в животе. Конечно, они быстро засыпали и спали с утра до вечера и с вечера до утра. Так они проспали до шестого декабря. В этот день Сюй Юйлань сварила особую кашу: на одну плошку больше и очень густую. Потом весело разбудила их:

– Сегодня будет вкусно!

Сюй Саньгуань и три сына сели за стол и вытянули шеи: что же им сегодня дадут? Увидев, что это все та же каша, Первый разочарованно протянул:

– Опять размазня!

И оба младших повторили:

– Опять размазня!

Сюй Саньгуань сказал:

– Посмотрите внимательней, она гораздо гуще, чем обычно.

Сюй Юйлань добавила:

– Попробуйте, и сразу поймете.

Дети попробовали и замерли с ложками во рту. Сюй Саньгуань тоже попробовал.

Сюй Юйлань спросила:

– Знаете, что я туда положила?

Сыновья покачали головами и стали быстро хлебать.

Сюй Саньгуань воскликнул:

– Вы что, совсем одурели? Ведь сладко!

Тут до Первого дошло:

– Это сахар.

Второй и третий закивали, засмеялись, но хлебать не перестали. Сюй Саньгуань от них не отставал.

Сюй Юйлань спросила:

– Знаешь, почему я это сделала? Вообще-то сахар я на Новый год берегла, но у тебя сегодня день рождения! Я специально для тебя сварила еще одну плошку.

Сюй Саньгуань ответил:

– Точно! Ну, раз так, я ее съем!

Но он опоздал. Сыновья уже все доели и поставили на стол пустые плошки. Сюй Саньгуань сказал:

– Лучше отдай им.

– Нет, это я сварила для тебя.

– Отдай им. Пусть потом вместо меня на горшок ходят.

И дети опять взяли плошки и, шумно прихлебывая, доели кашу.

Сюй Саньгуань сказал:

– А теперь поклонитесь мне, стукните каждый головой об пол, и будем считать, что вы меня поздравили. Что же это за времена такие – дети не помнят, что такое сахар…

В тот вечер, когда вся семья лежала в кровати, Сюй Саньгуань сказал сыновьям:

– Я знаю, о чем вы мечтаете – о еде. У меня сегодня был день рождения, вам тоже счастья перепало, даже сахара поели. Но вы ведь еще хотите риса, жареных в масле овощей, рыбы, мяса… Давайте я вам состряпаю ужин. Только стряпать буду на словах, а вы ешьте ушами. Попробуете есть ртом – ничего не почувствуете. Каждый может заказать, я угощаю. Третий, начинай!

Третий тихонько сказал:

– Я хочу риса.

– Риса можно есть сколько влезет. Я спрашиваю, какое блюдо ты хочешь заказать?

– Мясо!

– Приготовлю Третьему мясо в соевом соусе. Беру пополам жирную и постную свинину, с кожицей, отрезаю три куска с палец толщиной…

– Папа, отрежь мне четыре куска.

– Отрезаю четыре куска…

– Пять.

– Если съешь пять – лопнешь. Отрезаю четыре куска мяса и отвариваю в воде, но так, чтобы не переварились. Потом высушиваю на солнце и обжариваю в масле. Потом наливаю соевый соус и рисовое вино, кладу пять пряностей, добавляю воды и томлю на медленном огне два часа. Воды почти не осталось, вот и готово…

Сюй Саньгуань услышал звук глотаемой слюны.

– Открываешь крышку и чувствуешь аромат мяса. Берешь палочки, подцепляешь кусок мяса, кладешь его в рот… Первый, Второй, вы что, тоже слюни глотаете? И ты, Сюй Юйлань? Вам я потом приготовлю, а это блюдо только для Третьего. Слушай, сынок. Кладешь кусок в рот… Ни жирно, ни жестко, а сытно и вкусно. Недаром я томил на медленном огне. Ешь, не торопись. Второй, а ты что будешь?

– Пять кусков мяса в соевом соусе.

– Хорошо, тебе можно и пять. Отрезаю пять кусков мяса…

– Папа, Первый и Третий глотают слюни!

Сюй Саньгуань строго сказал:

– Первый, сейчас не твоя очередь! Отрезаю пять кусков мяса, отвариваю в воде…

– Папа, а Третий глотает слюни!

– Он ест свое мясо, твое еще не готово. Отвариваю мясо в воде, сушу на солнце…

Когда заказ Второго был готов, Сюй Саньгуань спросил:

– Первый, а ты что будешь?

– Мясо в соевом соусе.

– Что же вы мне, щенки, сразу не сказали, что будете есть одно и то же? Я бы вам сразу приготовил… Отрезаю пять кусков мяса…

– Шесть.

– Отрезаю шесть кусков мяса, беру пополам жирное и постное…

– Мне только жирное.

– Так будет невкусно.

– Мне только жирное.

Тут Второй и Третий заявили:

– Мы тоже хотим только жирное.

Когда Сюй Саньгуань приготовил для Первого жирное мясо в соевом соусе, он принялся за карася в прозрачном бульоне для Сюй Юйлань. Нашпиговал его ветчиной, имбирем, грибами, натер солью, полил рисовым вином, посыпал мелконарезанным луком и час тушил в кастрюльке, а когда снял крышку…

От карася слюни потекли у всей семьи. Сюй Саньгуань отчитал сыновей:

– Это же для матери приготовлено! Мало вам мяса? А ну, спать быстро!

Наконец Сюй Саньгуань приготовил для себя самого жареной печенки:

– Беру свиную печенку, шинкую, посыпаю крахмалом для нежности, поливаю рисовым вином для аромата, посыпаю зеленым лучком и бросаю в котелок с кипящим маслом. Обжариваю один раз, второй, третий…

Первый, Второй и Третий сказали:

– Четвертый… пятый… шестой…

Сюй Саньгуань их остановил: