Дом, который построил… - Елена Тат

Да и вообще, если разобраться, она почти всю свою сознательную жизнь чувствовала себя счастливой. Может быть потому, что ей всегда совсем немного для этого нужно было?… только однажды, в юности у нее был период, когда казалось, счастлива она уже никогда не будет… но те события давно в прошлом и ей нет нужды туда возвращаться…

Незаметно небо опустилось ниже, задвигалось облаками, словно зашевелилось. Там, в вышине, невидимый и непреклонный ветер сгонял облака в стаи. Они сердито куксились, пыхтели, раздувая щеки, и прижимались друг к другу лохматыми боками все теснее, словно сбившиеся в кучку школьники, замышлявшие какую-то тайную проказу, и, готовясь пролиться не по-летнему холодным дождем.

И еще пожелание любви… Однажды у них с Адамом чуть не вышла ссора из-за этого понятия. Это было как раз в тот день, когда Анна обнаружила на своем участке пруд.

Гуляла, как обычно, среди деревьев, и вдруг услышала громкий всплеск. Поначалу она от неожиданности даже слегка струхнула, но потом решилась, и пошла в ту сторону, откуда донесся звук. Среди зарослей её взгляду открылся небольшой квадрат водной глади, и она обомлела от удивления. Она самоуверенно полагала, что уже давным давно тут все отлично знает, каждый уголок, каждую кочку и каждое дерево, а на самом деле не заметила ни что-нибудь, а целого пруда.

Адама она встретила, сияя улыбкой.

– Пойдем, пойдем, – дергала она его за рукав, – пойдем, я тебе что-то покажу!

– Куда ты меня тащишь, Ани? – улыбался Адам, идя за ней, – ты нашла золото гномов? Или самого гнома и хочешь его с моей помощью пытать?

Но Анна лишь смеялась и торопливо неслась, почти бежала, через лес, а ему не оставалось ничего другого, как так же торопливо догонять ее.

– Вот он! – выдохнула она, остановившись и торжествующе вытянув вперед руку. – Вот мой пруд!

– О-о! И вправду. Прудик! Откуда он тут? – сказал Адам. Он нагнулся, подобрал камешек и бросил его в воду. Звук ему понравился. – Да тут метра полтора, а то и больше, пожалуй, есть, – изрек он удовлетворенно. – Ничего себе. Это же замечательно!

– Да, совершенно замечательно, Адам! – воскликнула Анна. – Как тут красиво, правда? У меня, оказывается, все это время был пруд, а я даже не подозревала об этом! Это просто чудо, не так ли?

– Да, это действительно чудо, – согласился с ней Адам. – Дождей давненько не было, а он полон до краев, значит, там могут быть ключи. А если это так, ты сможешь экономить на поливе, у тебя будет бесплатная вода, – практично рассудил он.

– Да при чем тут полив? Я тебе говорю, что красиво, а ты мне про экономию. Вот всегда ты такой…

– Ну, знаешь, я мужчина, и более прагматичный человек, чем ты… Так что, экономия средств, да еще и при этом красота – это настоящий подарок.

– А еще там есть рыбы, – сказала Анна с гордостью.

– Рыбы? – удивился Адам. – Да ладно тебе, уж этого ты мне не сочиняй… откуда там взяться рыбам?

– А я тебе говорю, что есть, я сама слышала, как там плюхнуло!

– Что там плюхнуло? Утопленник? – засмеялся Адам. Его юмор частенько грешил черными тонами.

– Ну, вот, вечно ты придумываешь какую-нибудь гадость! – возмущенно поморщилась Анна. – Фу! Все настроение испортил. Прямо, как с ёжиками.

Накануне они ездили на его машине в районный центр за очередными документами, и видели на дороге сбитого ежика. Потом еще парочку. Когда увидели четвёртый трупик, Анна, вся в слезах, спросила, что могло случиться?

– Трудная ночь, – с тяжелым вздохом скорбно ответил ей Адам. – А ты не знала?

– Нет, – тревожно округлила глаза Анна. – А что такое? Что случилось?

– Наши вчера проиграли… Ежики, видимо, ходили с приятелями в спорт-бар смотреть футбол, но… после проигрыша дали лишний стаканчик с горя… вот и случилась трагедия… или сами попали под машину… или покончили с собой. Сама понимаешь, это же чешские ежики… патриотизм и все такое… мда-а…

Адам сокрушенно покачал головой.

Анна слушала его совершенно серьезно и внимательно, тщательно переводя в голове чешский текст на русский. Именно поэтому ее реакция всегда немного запаздывала и, когда, наконец, до нее дошел смысл сказанного, возмутилась и не на шутку рассердилась:

– Ну, у тебя ничего святого нет! Что ты за человек! Тебе лишь бы смеяться! Да? Неужели тебе их не жалко?

– Жалко, – подтвердил Адам, – очень даже жалко. Но что мы теперь можем сделать? Их ведь уже не воскресишь.

Анна насупилась и отвернулась к окну.

– Да ладно тебе, я же пошутил, – сказал он тогда. То же самое сказал он и теперь.

– Ани, я пошутил. Если там рыбы, так еще лучше. У тебя будет не только бесплатная вода, но и своя рыба. Супер! Поздравляю! Тебе не нужно будет на рыбник ездить.

Но Анна уже никак не отреагировала на его слова. Она застыла, созерцая водную гладь, где плавали листочки ивы, какие-то пушинки и сновали торопливые водомерки.

– Адам, – медленно сказала она в раздумье, – скажи, а как ты думаешь… в пруду тоже бывают приливы… и отливы?..

Адам в изумлении посмотрел на нее и рассмеялся.

– Ани, ты хорошо училась в школе? Какие приливы и отливы? Это ведь всего лишь крошечный прудик!

– Да, но это ведь тоже вода, ее тоже, наверное, притягивает Луна… и не такой уж он крошечный… мой прудик… тем более, если там бьют ключи…

– Ну, ты даешь! – искренне восхитился Адам, – Вот фантазерка! Как тебе только в голову такое могло прийти? Хотя… что же я спрашиваю-то, ты ведь писательница, можешь придумать, что угодно…

Он помолчал немного, а потом спросил:

– Скажи, Ани, а о чем ты пишешь?

– Зачем тебе?

– Ну, просто так, интересно же. Могу я спросить? Разве это секрет?

– Нет, не секрет… Да про жизнь всякое такое…

– Что всякое такое?

– Ну, допустим, я пишу романы, – ответила Анна и, отчего-то смутилась.

– Романы, значит? Ясно… Как-то это странно…

– И что тут странного? Мало ли кто о чем пишет? На мой взгляд, гораздо более странно писать детективы или триллеры всякие. А романы… что тут странного… я ведь никого не убиваю, наоборот. У меня всегда хороший конец.

– Все равно странно… Мне всегда казалось, что человек должен знать предмет, о котором пишет. А ты учишь плавать там, где не плавала сама.

Анна вспыхнула:

– Ну, знаешь ли! Много ты понимаешь! Что еще за глупости? Да по моим книгам уже два фильма сняли, и еще будут! А ты мне тут замечания делаешь! Ты ведь моих книг не читал?

– Не читал, – легко согласился Адам, – но глаза же у меня не завязаны. Я видел тебя весь год почти каждый день. И всегда ты была одна. Если бы у тебя кто-то был, то уж за год он тут хоть раз появился. Или я не прав?