Дом, который построил… - Елена Тат

Она до крови кусала губы, чтобы не издать ни звука, а незнакомец все шел и шел, неумолимо приближаясь к месту, где она стояла, словно чувствовал ее присутствие.

Не было сомнений, что это был сообщник того, кто находился сейчас в ее доме. Значит, их, как минимум двое. И по тому, как уверенно и быстро он шел, было понятно: для него эта дорога не была новой, он здесь уже бывал…

Анна осмотрелась вокруг, ища хоть что-то для своей защиты – корягу, палку, ветку, – но ничего не было. Она сама просила расчистить парк, чтобы ничего под ногами не валялось, сетовала, что спотыкается на прогулках… Ах, какую же глупость она сделала…

«Грабли!» – внезапно вспомнила Анна. Там, на газоне, с обратной стороны дома она оставила грабли. Утром собирала упавшие листья, потом ей позвонили, и она, бросив работу, заторопилась на автобус. Скорее всего, они там и лежат, нужно только к ним как-то подобраться, тогда у нее было бы хоть какое-то средство для самозащиты. Но незнакомец с фонариком был все ближе, и она боялась даже шелохнуться…

В этот момент молния осветила высокую фигуру в капюшоне и новый раскат грома сотряс небосвод.

– Чертовщина! Вот напасть! – ругнулся незнакомец и Анна, узнав голос, не помня себе, закричала:

– А-ада-ам! Адам!

С плачем она выскочила из-за дерева и бросилась ему на шею.

– Господи! Ани! Как ты меня напугала. Боже мой! Откуда ты тут взялась? – изумился Адам. – Что с тобой? Почему ты такая мокрая? Что ты здесь делаешь, в лесу, под дождем… ты с ума сошла… – бормотал он, обнимая ее трясущуюся спину. – Пойдем в дом скорее, ты простудишься! Пойдем, Ани!

– Нет, – замотала она головой, – нет, Адам, я не пойду туда… туда нельзя… Там кто-то есть… был в кухне… что-то искал…и фонарь не горел… я боюсь… я не пойду… и ты не ходи… бежим отсюда, Адам!..

– Чего ты боишься, глупенькая? – сказал он, отводя мокрые пряди волос от ее лица. – Что там могло случиться? Бог мой, Ани, ты слишком много смотришь телевизор. Это ведь Ртыне, а не Нью-Йорк или Москва. На, надень на себя пока, – сказал он, протягивая ей свою куртку, – а я пойду, посмотрю, что там тебя так напугало.

– Нет, Адам, не уходи, не оставляй меня… я боюсь… не уходи… пожалуйста, не уходи…

– Тогда пойдем со мной.

– Нет… я туда тоже боюсь…

– Так, ладно. Стой тут, Агата Кристи, я через минуту вернусь, хорошо?

И не дожидаясь ее согласия, он побежал и скрылся в доме, а Анна снова припала к своему дереву, озираясь по сторонам и поскуливая от переживаний и страха. Через несколько минут он появился на крыльце и позвал в голос:

– Ани! Не бойся, иди сюда. Тут никого нет. Анна выбралась на дорожку и приблизилась к крыльцу.

Адам стоял в освещенном проеме и ободряюще улыбался ей.

– Как это никого нет? – спросила она растерянно. – Я же сама… видела… там…

– Что ты видела, трусиха? – засмеялся он. – Фантазерка ты. Там пусто. Никого нет, – повторил он. – Заходи в дом уже, хватит тебе мокнуть. И дверь закрывай. Вон как дождь льет.

– А фонарь… он не горел, когда я пришла…

– И что с того? – Адам пощелкал выключателем. – Возможно, лампочка попалась бракованная. Утром заменим и все.

– А мусор… Как же мусор? – не сдавалась Анна. – Ведро и стул… Это я тоже придумала по-твоему?

– Нет, не придумала. Пойдем со мной, я тебе что-то покажу.

Анна опасливо переступила порог собственного дома. С нее текла вода, тапки на ногах превратились в грязных зверьков неизвестной миру породы.

Критически оглядев ее фигуру, Адам внес коррективы:

– Нет, вначале иди-ка ты лучше переоденься и высуши голову. А то заболеешь, чего доброго… кто тогда мной командовать будет.

– Я не командую, – возразила, шмыгнув носом Анна, – это ты… ты здесь вечно командуешь…

Но она все же сменила обувь и покорно поплелась в спальню переодеваться. Она безумно устала, замерзла и измучилась, и сил на возражения у нее совсем не было.

Он поджидал ее в холле второго этажа и, как только она показалась из-за двери, поманил за собой на кухню.

– Иди, иди, не бойся, – не оглядываясь, подбадривал ее Адам. – Чего ты там крадешься?

Анна молча и с опаской шла следом за ним.

– Ну, вот видишь? – сказала она, указывая рукой на перевернутое ведро, валявшееся в центре кухни. – Это кто сделал? Я что ли? Или, может быть, оно само сюда выскочило?

– Нет, не само. – Адам улыбнулся и присел на корточки рядом с рассыпанным мусором. – Дай мне перец, пожалуйста, – попросил он.

– Что дать? – не поняла Анна.

– Перец. Молотый перец. Есть у тебя? Или паприка.

– Есть… а зачем тебе?

– Ты просто дай, не спрашивай.

Анна подошла к шкафчикам, открыла дверцу, за которой стояли приправы, и подала Адаму.

– Спасибо. А теперь садись рядом и смотри, – сказал он и стал осторожно посыпать пол перцем. – Видишь? Ты это видишь? – спрашивал он, смеясь, как ребенок.

– Что? Что там? – заморгала глазами Анна, но и она уже видела, как на светлых плитах пола проступают темные следы чьих-то маленьких лапок.

– Что пани Морозова изволили сегодня кушать, а? – Адам двумя пальцами поднял в воздух с пола консервную банку и прочитал надпись. – Ах, сардинки! Ну, прекрасно! Просто замечательно! Вот вам и ответ, кто тут похозяйничал.

– Кто? – Анна округлила глаза.

– Это ласичка!

– Ласичка? Ты хотел сказать лисичка?

– Лисичка? – поднял брови Адам. – Нет, я не знаю кто такая лисичка.

– Это лиса (…) – перевела Анна.

– Не-ет, что ты. Нет, это не она, – замахал руками Адам, – лиса по деревьям не может лазать, и в окно не прошмыгнет. Это ласичка, – уверенно сказал он. – И только она. Больше некому.

– Ты хочешь сказать… что у меня в доме… живет какое-то дикое животное… эта самая ласичка… которая может лазать по деревьям… живет вместе со мной?… – спросила Анна дрожащим голосом.

– Ну и что такого? – пожал плечами Адам. – Что же ты хотела? У тебя тут вокруг лес, а в нем ясное дело кто-то живет. И раз ты кушаешь такие соблазнительные продукты, то ваши пути с кем-нибудь из его обитателей могут и пересечься. Вот как сейчас. Тут, в Чехии, знаешь ли, свои жестокие законы. Ласичку не пускают в супермаркет, а иногда ведь так хочется побаловать себя деликатесами, разнообразить свое меню…

Адам хохотал, а Анна в ужасе смотрела не него.

Она испугалась еще больше, чем, когда думала, что в доме находился грабитель. Ни слова не говоря, она размашистым шагом снова направилась к себе в спальню и через минуту вылетела оттуда с объемистым словарем в руке.

– Ласичка, ласичка… – бормотала она себе под нос, быстро и привычно листая страницы, – кто же это такая? Ага, вот. «Lasicka – ласка, некрупный лесной зверек семейства куньих». Так это, оказывается, ласка? У меня в доме поселилась ласка! – воскликнула она, поднимая глаза на Адама. – Тут живет ласка, дикое и, возможно, опасное животное, а тебе смешно? – возмутилась она.