Свидание вслепую - Татьяна Алюшина

– Да что ты! Ритка считает себя самым везучим человеком на земле. На каждое сетование и переживание родных о ее невезучести она начинает цитировать книгу рекордов Гиннесса, раздел самых нелепых смертей или самых нелепых травм. Например, случай с одним путешественником, совершавшим кругосветное одиночное плавание. Вот представь: плывет себе мужик, один в бескрайнем океане, погода чудная, никаких штормов – и ему прямо в темечко попадает метеорит! И – насмерть. А Ритке всего лишь приходится участвовать в ликвидации последствий спровоцированных ею же несчастий с другими, и то не в одиночку, а со всей семьей.

– Зина, ты не обижайся, но звучит это неправдоподобно, – осторожно высказал свое мнение Захар, – комично, не спорю, но гротесково, как рассказы Зощенко или Ильфа и Петрова.

– А представь, как мы все хохочем, когда вспоминаем разные подобные случаи. Потом, конечно, после всех переживаний и экстренных мер по устранению. Вот так и живем: попадаем с Риткиной нелегкой руки, потом ликвидируем, а потом хохочем часами до слез и икоты. Да у Риты вся жизнь – сплошной гротеск!

– А у тебя? – неожиданно спросил он.

– У меня…

Зинаида задумалась: как бы сформулировать…

А какая у нее жизнь?

Она не задумывалась раньше над таким, казалось бы, простым вопросом.

И надолго замолчала. Захар не торопил – тоже молчал.

И там, в полной темноте и тишине, обострившей все чувства, неожиданно для себя она осознала и поняла: какая у нее жизнь.

– Не поверишь! – веселым, но совсем тихим шепотом, поделилась с ним выводами она. – Радостно-свободная! Не в смысле полной свободы от всего. Для такой свободы надо на острове каком-нибудь жить, и то полно ограничений: и в передвижении, и в рационе, и в общении, да и в образе жизни. Я о другом, я – о свободе выбора решений. Всякая жизнь была, и трудная, и хорошая, но всегда – свободная. Наверное, меня этому невольно Ритка научила.

Когда она в семь лет сделала первый осознанный выбор, сев за парту с Риточкой, и почувствовала (нет, не поняла, она тогда еще не могла этого понять – маленькая была, а именно почувствовала), что ничьи мнения, навязываемые даже из самых благих намерений, не могут повлиять на ее решение – она стала свободной!

Но силу привычки и годами внушаемые «аксиомы» поведения не так-то легко перебороть. Порой, когда Зиночка по привычке старалась делать все правильно, как учили, «как положено», Ритка одним замечанием, каким-нибудь незначительным высказыванием или действием, сама не осознавая того, возвращала ее в это состояние свободы – свободы от мнения других.

У всех людей на земле, у каждого из нас, есть основная, главенствующая, жизненно насущная потребность – быть любимыми.

Быть любимыми всеми!

И каждый ищет для себя путь к этой недосягаемой любви.

Не будем брать крайности, когда люди готовы на любые жертвы: «Вот я какая: все стерплю, перенесу, ради вас – любите меня за это!» Или противоположность – палач, скажем, маньяк-убийца: «Я заставлю вас меня любить!»

Это все извращенные формы требования и ожидания любви.

По большей части, обыкновенные нормальные люди свое желание и потребность быть любимыми проявляют по-другому – изо всех сил стараются стать хорошими для всех, в той мере, в которой каждый индивидуум научен пониманию слова «хороший».

Мы так сильно стараемся соответствовать образу правильного во всех отношениях, идеального человека – образу, который придумал, закрепил и навязывает нам социум! Этот самый социум уж точно, до запятой, знает, как именно надо правильно жить, поступать, действовать, говорить. Вот мы и стараемся изо всех своих сил, тужимся, чтобы нас хвалили, в пример ставили, уважение выказывали и любили!

Много любили. Все!

И забываем: а чего и как хотим мы сами? И позволяем себе только изредка побыть самими собой – втайне, за закрытыми дверями и, желательно, в темноте, чтобы никто не узнал! А то вдруг разлюбят?..

И детей учим тому же: чтобы тебя любили и принимали, ты должен поступать по принятым правилам, ты должен это, и это, и это… учись, запоминай, повторяй, как мы!

И будешь хорошим и всеми любимым!

В один момент маленькая Зиночка познала это счастье – свободу от мнения других, от навязываемых стереотипов поведения, и жила с этим дальше, а если забывала, Ритка ей напоминала. Всенепременно!

Ну, например. Как-то зимой, во втором классе, девчонки шли к Рите домой после школы. К ним подошел какой-то пожилой дядечка. Про чужих дядечек и тетечек, которые заговаривают с маленькими девочками на улицах, им давно и подробно объяснили родные, но без особых страшилок, предполагая, что Риткин дар и сам девчонок защитит лучше всякой милиции, но объяснили и инструкции дали.

Дядечка был любезен, улыбался приветливо.

– Таким двум симпатичным девочкам – по конфете! – радостно сообщил он и протянул девочкам по большой вафельно-шоколадной конфетке в бумажном фантике.

И начал радостно смеяться, когда недоумевающие дети развернули пустые обертки.

Пошутил так…

– Дядечка, вы дурак! – сообщила ему Ритка.

– Ритуля, так нельзя говорить со взрослыми! – тут же припомнила «правила хорошего поведения» Зиночка.

– А почему? – искренне удивилась Риточка.

Зина призадумалась. А действительно: почему?

Если он на самом деле – дурак? Потому что взрослых надо уважать, они всегда правы? Правило такое. И кто его придумал, это правило? Взрослые, чтобы наказывать детей?

Она подумала-подумала – и поняла, что это неправильное правило, глупое! Если взрослый плохой, которого в тюрьму сажают, или дурной, как вот этот дядечка, то и уважать его нечего и слушаться тоже! Осмыслив свои выводы под продолжающийся хохот дядьки, Зиночка ответила подруге:

– Наверное, взрослым так легче, когда дети их всех должны считать правыми.

– А почему это им должно быть легче, а нам труднее? – спросила Ритуля.

– Не знаю, они так придумали…

– Знаешь, что я тебе скажу, Зиночка, – вынесла свой вердикт жизни Ритка. – Они придумали – вот пусть они с этим и носятся, а дядька этот дурак!

– Да! – радостно согласилась подруга простоте решения. – Не очень умный!

Они вдвоем посмотрели критически на дядьку, в тот момент вытиравшего с глаза слезу, выступившую от смеха.

– Девочки, это же шутка такая! – разъяснил он, увидев их серьезные мордашки, и пояснил добавочно:

– Это смешно!

– Кому? – спросила Зинуля. Она взяла Риту за ладошку и распорядилась:

– Идем, Ритуля, нечего нам разговаривать с глупыми дядьками!

Девчонки развернулись уходить.

– Подождите, девочки! Так разговаривать со взрослыми нельзя! – решил их повоспитывать мужчина.