Сетевой - Екатерина Осянина

Домовой проявился рядом со мной, с любопытством рассматривая нашу живописную композицию.

– А ты не мог бы его… обратно того?

– Обратно – не, – серьезно ответил он, заложив руки за спину, – только туда. А ты его поцелуй! – глумился он.

– Я сейчас тебя поцелую! Ну что, «скорую» вызывать?

– Нет, погоди. Сейчас попробую.

Тролль уставился на него. Пару секунд ничего не происходило, потом Алексей дернулся, забился и схватился руками за голову, пытаясь зажать уши.

– Хватит! – сказала я Троллю, вспомнив свои ощущения от его «ангельского гласа».

Бедолага на моем полу скорчился и, застонав, обмяк, продолжая держаться за голову.

– Смотри-ка, на него тоже действует! – радовался Тролль. Я шикнула на него, чтобы он тут не отсвечивал, но он и не думал исчезать или замолкать.

Я убрала Лешину руку от головы и легонько пошлепала его по щеке.

Он наконец открыл глаза. Некоторое время бессмысленно таращился перед собой, потом сфокусировался на мне.

– Че пришел? – Мне вдруг стало весело, и я взяла быка за рога.

– Ольга… – невнятно просипел он, еле ворочая языком, – ты что тут делаешь?

Гениально!

– Живу я тут, – сообщила я ему. И с наигранным весельем в голосе спросила: – А ты? Погреться зашел?

Это его, похоже, слегка отрезвило. Он сел, потряс головой, с силой потер лицо рукой.

– Тебя же не было дома, – невнятно пробурчал он в руку.

Домовой хихикал и приплясывал.

– Время тянет, ответ придумывает, – наябедничал он мне. – Сейчас начнет врать и подлизываться.

Я была с ним согласна, но проигнорировала реплику.

Алексей наконец поднял на меня прояснившийся взгляд и признался:

– Я веду себя как кретин.

– Это понятно, – веселилась я, – а ко мне-то зачем пришел?

Утешает, что я не одна такая, кто начинает вдруг творить идиотские вещи, за которые потом стыдно перед собой и хочется побиться головой об стену – себе же в назидание.

– Затем и пришел – убедиться, что ты тут не одна.

– Ну и как? – осведомилась я.

– Убедился.

Я оторопела. Неужели он видит домового? Тот, кстати, ничуть об этом не заботясь, стоял прямо перед ним и кривлялся.

– То есть как это? – Я демонстративно покрутила головой, якобы ища глазами того, кто вместе со мной мог находиться в квартире.

– Ну кто-то же огрел меня по башке. И это совсем точно не могла быть ты. – Он кивнул на мой электрошокер, который я все еще сжимала в руке.

Я смущенно сунула его в карман спортивных штанов и протянула ему его смартфон.

– На. Тебе там Вадик названивает. «Юстас – Алексу. Объект вернулся домой».

Леша явственно скрежетнул зубами, и я усмехнулась. Он смущенно схватил свой смартфон и сунул его в карман куртки.

Мне надоело сидеть на полу, и я поднялась на ноги.

– Давай-давай, чаю ему предложи, – подзуживал меня домовой. Мне хотелось ответить ему что-нибудь язвительное, однако я не торопилась выдавать наш с ним маленький секрет – присутствие воображаемого собеседника!

– Чай, кофе? – процедила я Алексею сквозь зубы и протянула руку, чтобы помочь встать. Ох, прямо дежа-вю. Второй раз за последние полчаса я помогала вставать мужчинам, валяющимся у моих ног.

– Потанцуем?.. – услужливо подсказал Тролль.

Мне пришлось сжать зубы, чтобы рот не разъехался в идиотской ухмылке. Тролль, зараза, чтоб его…

Алексей с трудом встал, повиснув на моей руке всем своим весом. Я уперлась в стену, чтобы не упасть. Он привалился спиной к входной двери и закрыл глаза, видимо, справляясь с приступом головокружения.

– Тошнит?

Он помотал головой и изобразил рукой какой-то знак в том смысле, что сейчас все пройдет.

Я уже устала торчать в прихожей, мне хотелось сесть и вытянуть ноги, и я еще не ходила в душ после пробежки. Н-да, веселенькая вышла пробежка.

– Так чай или кофе?

– Или все-таки потанцуем? – не унимался Тролль, и я ему потихоньку показала кулак, так, чтобы Алексей не видел. – Может, все-таки пройдешь и мы поговорим по-человечески, раз уж ты заглянул ко мне на огонек? Или тебя там Вадик ждет?

Секунд десять парень мучительно соображал, потом достал телефон, набрал Вадика и буркнул: «Меня не жди, я задержусь… Да… Вызови такси». Нажав «отбой», сунул телефон обратно и решительно снял ботинки. Его шатало, но он справился. Стащил с себя свою тонюсенькую кожаную курточку и повесил ее на вешалку. Под курткой на нем оказался модный обтягивающий трикотажный джемперок, и все мышцы рельефно так под ним выступали…

Я поспешно отвернулась, приказав себе не отвлекаться на мышцы, и потопала в кухню ставить чайник. Алексей молча побрел следом, придерживаясь за стены. Видимо, Тролль здорово его приложил, и правильно сделал. Нечего было лезть куда не просят.

Я усадила его на свое любимое место возле окна, и он подпер голову обеими руками. Тролль устроился на подоконнике, не сводя с него глаз, и пока помалкивал.

Я не знала, с чего начать разговор, и занялась приготовлением кофе. Мой гость так и не ответил, что он будет пить, и я решила за него, поставив под кофеварку обе чашки.

Пока я занималась какими-то полезными действиями, изображающими радушие и гостеприимство, у меня было время, чтобы ответить себе на главный вопрос. И пришлось признаться самой себе, что он мне чертовски нравится и я с этим уже ничего не поделаю. Видимо, только поэтому я не вызвала полицию, как поступил бы на моем месте любой разумный человек. И в этой ситуации я могу только постараться не наделать и не наговорить глупостей. Для этого, решила я, надо меньше говорить и больше слушать.

Слушать, правда, тоже было пока нечего, а тему Закидонского я решила не затрагивать. Пусть сам начнет.

Я развернулась к холодильнику, чтобы достать пакет сливок, и неожиданно ткнулась носом прямо ему в грудь. Как это он так бесшумно ко мне подкрался? И Тролль не предупредил, гаденыш этакий. Краем глаза я видела, как он млеет там, на подоконнике, и не хватает ему только ведерка попкорна.

Справившись с секундной паникой, я отступила на шаг, обошла неожиданное препятствие и, открывая холодильник, безразличным тоном предупредила:

– А если тебе вдруг захочется сделать что-то непозволительное, можешь снова получить по голове… электрошокером, – добавила я, покосившись на подоконник.

Тролль заговорщицки подмигнул, скривив при этом всю рожу, и показал мне большой палец: мол, понял, если что – прикрою. Я в этом не была уверена, но на Алексея угроза, кажется, подействовала.

– Я просто хотел извиниться, – смущенно произнес Алексей, – прости, если я тебя напугал.