Райское место - Франсуаза Бурден

– О чем ты думаешь? – спросила она.

Они стояли перед загоном Тонки – волчицы, прооперированной неделю назад. Ее рана на лапе плохо заживала, и животное выглядело неспокойным и угнетенным.

– Ты витаешь мыслями где-то очень далеко. Или я ошибаюсь?

Жюли дружески улыбалась, а он молчал. Не мог же он признаться, что думает именно о ней, о том, что потерял ее, и о своем жгучем сожалении из-за этой потери. Понимая, что он не ответит, Жюли снова обернулась к волчице.

– Я могла бы часами смотреть ей в глаза, – добавила она.

У волчицы действительно были изумительные глаза медово-желтого цвета, и она не спускала их с людей, опасливо следя за каждым их движением. Как и все животные в парке, она боялась ветеринаров и доверяла, да и то лишь отчасти, только своему смотрителю, к которому уже привыкла.

– После операции ее несколько дней держали отдельно от других волков, и она еще не вернула себе привычное место в стае. Бенедикта, которая за ней ухаживает, сказала, что другие самки сторонятся ее либо нападают.

– Если эта ситуация не изменится, придется забрать ее отсюда и обменяться с другим зоопарком.

– С каким?

– Недавно открылся зоопарк в Германии, и я узнал, что они ищут волчицу, способную дать потомство. Я видел фотографии их самца – великолепный экземпляр, и пока единственный.

– Ну, так не тяни, воспользуйся таким случаем, свяжись с ними!

Энтузиазм Жюли вызвал у Лоренцо улыбку.

– Ладно, а пока нужно залечить ей лапу. Попрошу-ка я Бенедикту прийти сюда, она человек опытный, у нее хорошо получится успокоить Тонку и провести местное лечение. А потом придется ненадолго изолировать ее от других волков.

Жюли еще несколько мгновений зачарованно глядела на волчицу и наконец с сожалением отвернулась; тем временем Лоренцо говорил по рации с Бенедиктой, давая ей советы и сообщая название мази, предписанной Тонке. Во время зимнего закрытия парка Бенедикта, как и другие ветеринары, использовала свой отпуск по частям, чтобы обеспечить животным беспрерывный уход.

– Хочешь поужинать у нас дома? – спросила Жюли, садясь в один из электрокаров, на которых сотрудники разъезжали по парку. В ресторане тоже шел ремонт, и в дневное время работающим в парке чаще всего приходилось довольствоваться сэндвичем, приготовленным в комнате отдыха, где стоял большой холодильник, имелись электроплита и микроволновка. Зато вечером все радостно возвращались к себе домой, чтобы приготовить настоящий ужин, обильный и вкусный. Жюли сильно подозревала, что Лоренцо останется в парке и перекусит наскоро чем попало.

– Спасибо за приглашение, но…

– Но – что? Да расслабься ты хоть немного! Поужинаешь с друзьями, чтобы хоть на часик отвлечься; мы не будем говорить о работе, обещаю тебе… Конечно, если у тебя нет других вариантов – например, встречи с красоткой Сесиль. Не стесняйся, говори – я пойму.

– Нет, сегодня вечером мы не увидимся.

– Ну, тогда приходи к нам.

Жюли видела, что Лоренцо колеблется, что ему неловко, и поняла, что он не хочет покидать парк, пока не организует ночное наблюдение. Он делал это всякий вечер, даже когда встречался с Сесиль, – теперь парк никогда не оставался без ночных обходов.

– Лоренцо, нельзя вести такой образ жизни, – вздохнув, сказала Жюли. – Ты постоянно в напряжении, спишь урывками, измучился вконец. Парк надежно защищен; стоит кому-то подойти к ограде, как твои прожекторы тут же зажгутся, а все помещения заперты.

– Да… – неуверенно протянул Лоренцо.

Он ласково смотрел на нее, и выглядел при этом слегка растерянно. Неужели его отношения с Сесиль сделали его таким уязвимым? Неожиданно для себя самой Жюли обняла Лоренцо и приникла к нему, собираясь поцеловать в лоб, но тут же почувствовала, как он напрягся. Значит, он позволял целовать себя только одной Сесиль? Жюли отстранилась и смущенно пробормотала:

– Если не придешь, упустишь мою знаменитую запеканку из макарон с овощами и будешь потом горько жалеть!

– Ладно, сдаюсь, ты победила, – покорно ответил он.

Сев за руль, Жюли так резко рванула с места, что они чуть не попадали друг на друга, и это ее рассмешило.

– Малышу это не понравится.

– Он уже шевелится?

– Пока нет, но я жду не дождусь, когда он начнет толкаться. Не забудь, что ты станешь его крестным.

– Мы еще обсудим это, Жюли.

Лоренцо говорил так тихо, словно боялся, что она его услышит.

– Что тут обсуждать?! Ты хочешь отказаться?

– Видишь ли… Роль крестного ко многому обязывает, к ней нельзя относиться легкомысленно; кроме того, вы же собираетесь уехать и работать в другом месте, наверняка где-то далеко, а я, как ты знаешь, никогда и никуда не езжу.

– Ну, мы еще ничего твердо не решили. Пока что подходящих вакансий нет. Из всех зоопарков приходит один ответ: либо им нужен смотритель, а не ветеринар, либо наоборот. Марк подсказал мне другое решение: открыть частный кабинет в том городе, куда его возьмут на работу, но я не хочу растерять опыт, который приобрела здесь благодаря тебе. Мне будет не хватать прямого контакта с дикими животными, и я не представляю, как буду врачевать одних только кошек и собак. А вот здесь я каждый день сталкиваюсь с чем-то новым, здесь все возможно, даже незнакомые патологии, для которых приходится изобретать оригинальные методы лечения! Нет, я не смогу жить без этого, да и Марк, конечно, тоже.

Жюли казалось, что Лоренцо подпрыгнет от счастья, услышав, что при нем останутся и старший смотритель, и помощник ветеринара, но он ничего не ответил, только молча кивнул. И Жюли, обиженная таким равнодушием, не добавила больше ни слова.

* * *

– Твой отец этого не одобрит! – предрекла Мод.

Тем не менее казалось, ее позабавила инициатива Валера, который только что выложил на кухонный стол три картонки с пиццами.

– Вы же никогда не едите пиццу, вот вам удобный случай!

– Но отец еще не пришел из аптеки, так что, боюсь, ужинать мы будем поздно.

– В любом случае ты успеешь их разогреть, это минутное дело. Они очень вкусные, только хорошо бы сделать к ним легкий салатик…

Валер прекрасно видел, что мать одолевает смех. Отвращение Ксавье ко всему итальянскому давно было известно и огорчало его домашних. Мод воспользовалась отсутствием мужа, чтобы спросить Валера, нет ли у него известий от Лоренцо.

– Он день и ночь пропадает на своих стройках, а еще он завел романчик с очень красивой девушкой.

– Всего лишь романчик? Ну-ка, расскажи!

– Ее зовут Сесиль, ей около тридцати лет, высокая улыбчивая блондинка с длинными волосами, работает в региональном совете и млеет перед Лоренцо. Сперва это она за ним гонялась, но теперь, мне кажется, он отвечает ей взаимностью!